Я — дочь Повелителя демонов (и мне это не нравится)

Глава 3. Карета и кнут

Карета была чёрной, как грех, и медленно каталась по булыжникам внутреннего двора, будто обдумывала, достойна ли та, кто сядет внутрь, её мрачного нутра. Колёса украшали стальные шипы, боковины резали взгляд гербами — изломанный рог, пылающий меч и око, смотрящее в бездну. Всё в ней кричало: «Смерть рядом. И она будет ждать терпеливо».

Я стояла на ступенях и смотрела, как слуги крепят последнюю лямку на вороного в упряжке. Конь дернулся — будто чувствовал, что дорога будет не простой. Вокруг — ни одного слова, только ритмичное позвякивание брони охраны и лёгкий скрип кожаных седел.

— В путь готовы, миледи, — прошипел один из сопровождающих, низкорослый, с глазами, полными скуки и затаённого презрения.

Я не отреагировала. Уже привыкала к подобным взглядам. Они не знали, что я — не она. Но чувствовали: что-то в ней стало другим. Не хищным. Не своим.

Внутри кареты пахло старой кожей, сухими травами и едва уловимым сладковатым ароматом, от которого по телу пробегали мурашки. Я села на жесткое сиденье осторожно, словно на мину. Дверь захлопнулась, погружая нас в полумрак.

— Ты изменилась, — раздался из темноты тихий, вкрадчивый голос. Я вздрогнула. Напротив меня сидел парень примерно моего нового возраста, в строгой темной мантии Академии. Его глаза в полумраке отливали опасным желтым блеском, а пальцы лениво постукивали по рукояти длинного кинжала.

— Я и не знал, что буду делить экипаж с самой дочерью Повелителя, — он изобразил шутливый поклон, не сводя с меня хищного взгляда. — Меня зовут Райс.

— Алия, — выдохнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Парень хмыкнул, в его улыбке промелькнула опасная сталь.

— Да уж, это я понял. Вот только три месяца назад ты бы за такую наглость приказала вырвать мне язык и скормить его гончим Бетрезена. А сейчас... ты смотришь на меня, как напуганная кошка. Что с тобой, принцесса? Куда делась твоя хваленая спесь?

Я отвела взгляд.

— Усталость. Это всё.

Он ничего не ответил. Только улыбнулся — тонко, без тепла. И продолжил смотреть в окно.

Дворец остался позади. Мир за стенами был другим: низкие леса с красными листьями, тёмные холмы, чёрные скалы, испещрённые рунами. Я видела деревни с покосившимися башнями, над которыми витали черные знамена. Мир не казался мёртвым — он был… застывшим. Будто выжидающим.

— Никогда не выезжала за пределы замка? — снова спросил Райс.

Я покачала головой. Алия — возможно. Я — нет.

— Ты многое пропустила, — его голос стал тише. — В этом мире никто не живёт, не оставив крови. Если хочешь выжить — начни с простого: не доверяй никому. Даже себе.

Я прищурилась:

— Себе?

Он не ответил. Только улыбнулся той же странной улыбкой и снова отвернулся к окну. Стук копыт внезапно изменился. Карету резко швырнуло в сторону. Снаружи раздался истошный визг коней и хриплые крики охраны. В следующее мгновение крышу экипажа с треском распороло что-то огромное и когтистое. В прореху хлынул холодный воздух и запах гари. — Засада! Сиди внутри! — рявкнул Райс. Кинжал в его руке окутался черным пламенем, и он буквально вылетел наружу, в самую гущу драки.

Я прижалась к стенке кареты, задыхаясь от ужаса. Сквозь разбитое окно я видела, как на нашу охрану нападают жуткие твари, похожие на изломанные скелеты, окутанные сизым дымом. Один из гвардейцев упал прямо возле колеса, его горло было перерезано.

«Я умру. Я снова умру, теперь здесь!» — дикая, первобытная паника затопила сознание.

Дверца кареты слетела с петель, и внутрь протиснулась костлявая морда твари с горящими синими глазницами. Она щелкнула клыками прямо перед моим носом. Закричав от ужаса, я инстинктивно выставила вперед руки, закрываясь от удара.

И в этот момент чужое тело сработало само. Из моих ладоней со свистом вырвались жгуты иссиня-черного тумана. Они напоминали живые плети. Смертоносная энергия с грохотом врезалась в тварь, буквально разрывая её на куски и впечатывая остатки в каменистую землю. Ударная волна была такой силы, что остатки кареты просто развалились.

Я упала на колени среди обломков, тяжело дыша. Мои руки дрожали, с кончиков пальцев всё еще срывались ленивые черные искры. Нападавшие были мертвы — кого-то добил Райс, но троих тварей моя слепая вспышка просто стерла в порошок.

— Что... что это было? — прошептала я, с ужасом глядя на свои ладони.

Райс медленно опустил клинок. Он тяжело дышал, его мантия была испачкана темной кровью. Он смотрел на меня совершенно по-новому. В его желтых глазах больше не было издевки — только глубокая, настороженная сосредоточенность.

— Ты применила технику прямого выброса Хаоса, Алия, — тихо сказал он, подходя ближе. — Без заклинания, без подготовки. Раньше ты так не умела. Твоя магия всегда была точечной и расчетливой, как удар стилета. А сейчас... ты едва не разнесла половину ущелья.

Я промолчала, поспешно пряча дрожащие руки в складки плаща. Мое новое тело умело убивать. И это пугало меня едва ли не сильнее, чем напавшие твари.

Карета покачивалась снова в пути, но её лёгкое поскрипывание стало тяжелее, будто сама древесина помнила — что произошло. Охрана отныне ехала в гробовой тишине. Трое из восьми не вернулись. Лица оставшихся были закрыты шлемами, но я чувствовала — они смотрят на меня иначе. Осторожно. Почтительно. И с оттенком страха.

Райс больше не сидел напротив. Он выбрался наружу, предпочитая ехать верхом. Сказал — «нужен свежий воздух». Но я знала: он не хочет быть рядом. Он видел то, что произошло. И если я сама не понимала, что это было — он, возможно, понимал.

Я провела пальцами по внутренней стенке кареты. Дерево было прохладным, и под кожей всё ещё покалывало — словно что-то не ушло до конца. Магия. Эта чужая, живая… не моя сила.

«Чья это магия? — думала я, вспоминая подозрительный взгляд Райса. — Неужели тело Алии само помнит, как уничтожать врагов?»

Скоро деревья редели, и мы выехали на старую трактовую дорогу, проложенную по жилам иссушенного ландшафта. Холмы были похожи на застывших чудовищ, изрытых бойницами старых сражений. В небе медленно плыли чёрные птицы — молчаливые, терпеливые. Мир за пределами дворца был… реален. Живой, но тёмный. Мрачная поэзия в камне и облаках.