Я — дочь Повелителя демонов (и мне это не нравится)

Глава 4. Академия Тьмы

Ночь окончательно уступила место утру, но свет здесь, в этих проклятых землях, не становился легче. Серое небо, затянутое плотными пепельными облаками, будто отражало мои собственные мысли — такие же тяжелые, вязкие, чужие. Карета с глухим стуком остановилась у массивных ворот.

— Академия Тьмы, — ровным, лишенным эмоций голосом произнёс Райс и резко открыл дверцу, выпуская меня наружу.

Я вышла на каменистую землю — и замерла, не в силах сделать и шага.

Передо мной во всем своем зловещем величии возвышалась цитадель из чёрного камня, казавшаяся выточенной из единого колоссального куска обсидиана. Её башни — острые и зазубренные, как клыки неведомого хищника, терялись в низком небе, словно стремились проколоть его насквозь. Окна были узкими, похожими на прищуренные щели глаз чудовища, и в них тускло горел неестественный фиолетовый свет. Вся эта готическая архитектура казалась живой. Угрожающей. Будто само здание пристально наблюдало за каждым, кто осмеливался приблизиться к его порогу.

— Добро пожаловать, миледи, — рядом со мной бесшумно, точно из воздуха, появился мужчина в длинной багряной мантии. Он был неестественно высокого роста, с мертвенно-серой кожей и странными глазами, в зрачках которых медленно крутились гипнотические спирали. — Меня зовут Наставник Крот. Я сопровожу вас к ректору.

Я с трудом сдержалась, чтобы не спросить вслух: «К кому-кому?» Имя существа звучало как какая-то издевательская насмешка. Но лицо Наставника оставалось абсолютно непроницаемым, каменным.

Мы вошли в главный холл, и у меня перехватило дыхание. Стены здесь были выложены темной глянцевой плиткой, на которой тускло мерцали руны Хаоса — одни из них лениво пульсировали в такт нашим шагам, другие — будто поворачивались вслед за нами, следя за каждым движением. По обеим сторонам колоссального зала стояли изваяния: не прекрасных героев или богов, а уродливых палачей. Их каменные лики были искажены яростью, зубы обнажены в вечном оскале, а длинные пальцы вытянуты вперед, словно когти.

Ни одной улыбки в этих стенах. Ни единого намека на надежду. И среди всего этого кошмара теперь должна была жить я — обычная девчонка из цивилизованного мира.

— Как это… вообще здесь работает? — едва шевеля губами, тихо прошептала я Райсу, пока мы быстрыми шагами шли за наставником по бесконечному гулкому коридору.

— Академия делится на четыре основных факультета, — так же тихо, искоса поглядывая на меня, отозвался парень. — Иллюзия, Разрушение, Проклятья и Управление. Ты… ну, настоящая ты, — он на мгновение запнулся, словно подбирая слова, — училась на Проклятьях. Была лучшей на курсе, кстати говоря.

— Замечательно. Просто идеальный выбор, — мрачно пробормотала я под нос.

— Учти, в этом здании царит жесткий принцип иерархии, — его голос стал еще тише, почти неразличимым. — Чем сильнее и разрушительнее твоя магия — тем выше твой статус среди студентов. Здесь уважают и признают только чистую силу. Слабых тут ломают сразу. Если не физически, то морально. Алия… помни, раньше ты была безоговорочной королевой этой тьмы.

Эти слова ударили по моему самолюбию, как хлесткая плеть. Я вовсе не хотела быть «королевой» этого жуткого места. Не хотела носить её невидимую корону, сомнительно сплетенную из чужих костей и страха.

Но мои шаги по холодному мраморному полу против воли отдавались той уверенностью и грацией, которой у моего собственного, земного разума никогда не было. Тело Алии помнило, как нужно ходить царственной походкой. И уже на подходе к широким аркам аудиторий до моего слуха донеслись первые приглушенные шепотки пробегавших мимо студентов:

— Она вернулась…

— Смотри, это точно она!

— Да посмотрите же на её глаза. И на эту походку… Это Алия Избранная. Она выжила.

Я почти физически чувствовала, как этот ядовитый шепот проникает мне под самую кожу. Словно я шла не по учебному коридору, а по арене гладиаторов, где каждый встречный взор жаждет увидеть мою осечку, ошибку… или первую кровь.

Мы остановились перед высокими, окованными сталью дверями, украшенными жуткими рельефами: сцена из какого-то древнего сражения, где огромный демон голыми руками ломает пополам меч светлого воина. Мои пальцы невольно сжались в кулаки.

Наставник Крот обернулся, его спиральные глаза на мгновение замерли на мне:

— Ректор примет вас немедленно. Не забудьте склонить голову, когда войдете. Он… настоятельно этого требует от всех. Даже от королевской крови.

Я молча кивнула и, сглотнув вязкий ком, сделала шаг вперёд, за открывшиеся створки.

Внутри нас ждал тронный зал — пожалуй, не менее жуткий и давящий, чем личные покои моего «отца». Но здесь не было багрового пламени Бездны. Только мертвенный, вымораживающий холод, буквально сочащийся из черных стен, и один-единственный взгляд. Пронзительный, острый, как стальной стилет.

Из густой тени по левую сторону от судейского трона медленно вышел он.

Высокий. Одетый во всё чёрное, без единого яркого пятна. Его лицо до половины скрывала изящная темная маска, из-под которой на меня смотрели глаза — ледяные, пугающе ясные, совершенно чужие. Они мгновенно встретились с моими рубиновыми зрачками. На мгновение мир вокруг меня покачнулся. Я знала это лицо по тем редким, смутным вспышкам в голове. Это был он. Луций. Мой будущий куратор.

Он не произнес ни слова приветствия. Только смотрел на меня в упор, изучая каждую черточку, каждое микродвижение. До тех пор, пока его губы под маской едва заметно не дрогнули. Луций сделал едва заметный шаг вперед и прошептал — так тихо, одними губами, что звук предназначался исключительно для моих ушей:

— Ты… не она.

Мир вокруг меня окончательно содрогнулся. Моё человеческое сердце испуганно замерло, пропустив удар. «Он понял. С первого же взгляда понял, что перед ним самозванка», — паническая мысль обожгла сознание.

Но Луций, застывший в полутени, не стал кричать охраны или разоблачать меня перед остальными. Его глаза цвета старого, лишенного всякого тепла серебра задержались на моем побледневшем лице еще на долю секунды дольше, чем того требовал строгий этикет Академии. А затем он вдруг плавно склонил голову в безупречном, почтительном поклоне: