Я её не трону

Ты опять?

Аня

У меня нервно подрагивали колени, хорошо, платье длинное, не так заметно. Мы с другими музыкантами стояли за кулисами. Следующий номер – наш. Виктор излучал уверенность и спокойствие, шутил с ребятами, подбадривал меня:

- Ты великолепна! Тебе можно просто стоять на сцене, ничего не делая, и зрители будут в восторге…мммм… - зажмурился мечтательно.

Я улыбнулась. Вдруг среди других увидела лицо Сергея. Он подозвал меня осторожно, чтобы мой партнёр не видел. Извинившись, я отошла в сторону, где прятался Кирпичев. Вчерашний недотепа сегодня выглядел вполне сносно. Он сделал самое серьёзное лицо и сказал:

- Ань, я нашёл того, с кем этот тип опять на тебя поспорил, сказал, что уложит. Парни в туалете обсуждали, и я случайно услышал…

Он что-то ещё говорил, но я уже не воспринимала. Слёзы застыли на ресницах. Я боялась разреветься. Сердце ныло. Я снова пережила события двухлетней давности, когда Нестерова вот также «по-дружески» сообщила мне новость. На ватных ногах я отправилась к сцене. Нас обьявили, и мы заняли свои места. Как же теперь горько звучали слова песни, которую он специально выбрал, чтобы я поверила в его раскаяние и купилась. На автомате отыграла все, как положено. После аплодисментов быстро выдернула шнур из гитары, оставила ее где-то за кулисами, и пулей вылетела из зала. Я бежала по коридору, не сдерживая слез. Меня догонял этот предатель.

- Аня! Постой!

- Отстань от меня, Шмелев!

- Что случилось?

- Уходи! – голос у меня срывался.

Он догнал, взял под локоть и, толкнув в пустую аудиторию, прижал к стене. Я оказалась с ним лицом к лицу. Он был в ярости. Смотрел на меня исподлобья. Собрала всю свою гордость и выкрикнула:

- Я все знаю! Ты опять! Как ты мог? Пусти меня! Двуличный…

Обида захлестнула с головой. Я замахнулась, чтобы снова ударить его, как тогда, но он перехватил мою руку. Нашёл вторую, закинул их вверх, наши ладони оказались на уровне моих висков. Придавил телом плотно, так, что я не могла пошевелиться. Я запаниковала, таким решительным не видела его никогда. Испугалась за себя, но когда он заговорил, все встало на свои места:

- Почему ты поверила ему, а не мне? – в интонации боль и гнев. – Хочешь или нет, ты выслушаешь то, что я столько времени готовился раскрыть.

И он рассказал всё: как встретил после концерта Прыткова, как тот недвусмысленно угрожал мне, как придумал в экстренной ситуации единственный способ защитить свою девушку. Какой выдержки ему стоило изображать беспристрастие. Что чувствовал на самом деле, когда говорил мне те проклятые слова. И о предательстве бывшего товарища.

Я закрыла глаза. Почему я так легко поверила Кирпичеву? Ведь он все лгал. Сейчас это казалось таким очевидным. Сколько страданий пережил Витя? Ему пришлось гораздо труднее, чем мне. Слёзы катились беззвучно. Виктор молча продолжал держать меня, только ослабил хватку. Я подняла веки и встретилась с ним взглядом. Видимо, в моем он прочёл все мысли, потому что медленно наклонил голову и, наконец, поцеловал. Очень нежно, наслаждаясь каждым мгновением. Мы словно встретились после долгой разлуки. Сердце ухало, наполняя все тело истомой. Дыхание стало сбивчивым. Он переплел мои пальцы со своими. Когда поцелуи спустились на шею, я задрожала и не смогла сдержать лёгкий стон. Витя отпустил мои руки, я порывисто обняла его, вцепившись в тугие мышцы плеч. Он вернулся к губам и теперь целовал требовательно, не сдерживая эмоций. Его ладони уверенно трогали мою спину, и я радовалась, что выбрала такое платье. Чувствовать его прикосновения кожей было невероятно приятно. В какой-то момент он отстранился и прошептал, чуть дыша:

- Я люблю тебя, Аня!

 Это было сказочно! Не описать того счастья, что переполняло меня в тот момент. В самых смелых мечтах я не могла вообразить такого поворота событий. А он продолжал ласково гладить меня вдоль позвоночника, обнимать за талию, придерживать одной рукой голову, когда я запрокидывала ее для очередного умопомрачительного поцелуя. Мы пробыли в аудитории очень долго. И все это время Витя держался в рамках приличий, ни одного компрометирующего жеста. С ним я чувствовала себя в безопасности, всегда.

Эпилог 

- Если я когда-нибудь начну писать романы, вы будете прототипами моих первых героев, - сказала Лена, провожая нас с Витей в парк аттракционов. Вот уже год, как мы вместе. И я бесконечно счастлива!

Между делом, Виктор уговорил меня пострелять в уличном тире. Он обнял сзади, сжал мои ладони, в которых я держала пистолет, как тогда. Мое тело тут же отозвалось, я вытянулась в струнку. Всегда так реагирую на него. Он нежно поцеловал в шею, и мы вместе выстрелили. Попали в мишень. Работник тира мило улыбнулся:

- Вы выиграли приз, - и протянул букет роз.

Я удивилась, взяла цветы, и в основание композиции увидела бархатную шкатулку. В ней было кольцо.

- Ты выйдешь за меня? – спросил Витя, хитро улыбаясь, знает ведь ответ.

- Да, - я смотрела на своего любимого, и радость переполняла.

Спустя много лет, пути наши пересеклись и с Прытковым. Он водил сына в ту же школу, что и мы своих. Егор остепенился, изменился до неузнаваемости. Бывший сорвиголова как-то однажды даже попросил у нас прощения.

Маша тоже встретила свою любовь, но это уже совсем другая история.