Я его у тебя уведу

28

Захожу в Димкин кабинет и застываю в дверях.

Димкины коллеги Коля и Мишка – соучастники его вранья! – поднимают головы и смотрят на меня выжидающе.

А я кусаю губы. Сложно найти и произнести первое слово.

– Карин, что хотела? – не выдерживает Коля.

Бросаю взгляд на опустевший Димкин стол. Вот его любимая кружка с видом Нью-Йорка… на спинке стула висит забытый им новый свитер. Он купил его без меня. И видимо, покупал, чтобы понравится не мне…

Подхожу к столу и опускаюсь на стул. На миг закрываю глаза. Приходила ли в этот кабинет к Димке Ленка после работы, когда он задерживался, а офис пустел?

От приступа новой боли открываю глаза и спрашиваю:

– Коля, помнишь, у Ильи две недели назад день рождения был?

– Ну? – настораживается и подбирается Коля.

– Дима остался с вами праздновать. Вы начали отмечать на работе, а потом пошли куда-то продолжать. Куда вы ходили?

Коля секунду молчит. А потом осторожно спрашивает:

– Тебе Димка не сказал разве?

– Сказал, что вы были в антикафе «Гейм-Хаус». Но оно закрыто уже месяц как. Где вы были?

Парни растерянно переглядываются. Мишка густо краснеет. Бормочет что-то, хватает наугад бумаги со стола и пулей вылетает из кабинета. Оставил друга одного расхлебывать. Он – слабое звено…

– Да? – наконец говорит Коля. – Слушай, я и не помню уже. Ну, ходили куда-то… в бар какой-то, что ли… Ты у Димки спроси!

– В какой бар вы ходили?

– Да не помню я!

– Кто с вами был?

– Это что еще за допрос?! – сердится Коля.

– С вами была Лена Суворова, так?

Коля, кажется, подавился. Кашлянул, глаза забегали. Он задумчиво почесал подбородок, чтобы выиграть время.

– Ну, были с нами какие-то девчонки… Оля, кажется…

И вдруг его озаряет:

– Говорю же, не помню! Я много выпил тогда! Все из башки вылетело! Домой на бровях пришел.

И этот врет. Коля пьет еще меньше Димки. Он не мог быть пьян. Он выгораживает друга. Мужская солидарность, понятно.

Коле неловко врать, и поэтому он злится. Говорит грубовато:

– Ты что, в сыщика играешь? Спроси мужика своего, я-то причем?

Молча встаю и ухожу. Мне глубоко противно.

Но я не возвращаюсь к себе. Иду в кабинет, где работает Ленка. Понятия не имею, что я ей скажу, о чем буду спрашивать. «Суворова, мой тебе с тобой изменяет?» Или: «Ах ты сучка крашена…» Я нервно смеюсь. На меня удивленно оглядывается сотрудник у принтера.

В Ленкином кабинете светло и пахнет знакомо. Моими духами. Нет, теперь это и ее духи тоже…

Но Ленки в кабинете нет. Там вообще сотрудниц не видно, лишь сидит за столом у окна полная, добродушная Софья Сергеевна.

– Софья Сергеевна, где Суворова? – спрашиваю беззаботным тоном. Но волнение делает мой голос хриплым и неестественным.

– Нет ее, Кариночка, – спокойно отвечает Софья, не отрываясь от монитора. – В командировку укатила.

– Куда?

Но я уже знаю ответ. И все же, когда Софья произносит название города, меня точно в живот ударили.

– Она с Димой поехала?

– Ну да, – Софья смотрит на меня с недоумением. – Его ведь тоже послали курсы проводить? От нас должна была Ольга Викторовна ехать, но у нее ребенок заболел. Прямо сегодня утром температура поднялась, кошмар такой, тридцать восемь и пять! Леночка как узнала, так сразу к шефу пошла и напросилась вместо нее. И уехала сразу, часов в десять, с автовокзала. Боялась на автобус не успеть. Ну да, в офисе же скучно сидеть, проветриться ей захотелось… – выкладывает Софья с легкой обидой.

В десять! Значит, они уехали по отдельности. Встретятся там. Или Димка ее подождал и взял в машину?

Мысли плывут в голове холодно и отчетливо. Сердце бьется о грудную клетку, как ледяной камень.

– У тебя какое-то дело к ней? Давай, помогу. Эти три дня мне за нее придется работать, вот еще не хватало мне! – жалуется безмятежная Софья. Видимо, она не в курсе о шашнях моего жениха с ее подчиненной.

– Нет, спасибо.

На онемевших ногах захожу в свой кабинет. Беру сумку и пальто.

– Карина, ты куда? – вскакивает Катя.

– Домой. Голова болит.

– Карина… – начинает Вика жалостливо.

– Передайте шефу, меня сегодня не будет.

Захлопываю дверь с грохотом и очень быстро иду к выходу. Пиликает телефон – сообщение от Димки.

«Нас на обед в роскошный ресторан повезли, прикинь? Смотри, чем кормят!»

И фотка: тарелка, на ней мясо, красиво украшенное зеленью.

У нас так с ним заведено: если кто-то ест в кафе в одиночестве что-то вкусное – посылает другому фотографии блюд и обстановки. Мы делим с Димой все впечатления, даже если переживаем их по отдельности.

Так было раньше…

Но, оказывается, это все ложь. И этот улыбающийся смайлик в конце сообщения – ложь. И эта яркая фотография… И общие впечатления ложь! Теперь у Димки есть другие впечатления, который он пожелал от меня скрыть. Полученные с другой женщиной. С Ленкой.

Палец на миг замирает над экраном. Я думаю напечатать: «А Лена напротив тебя сидит? Что она себе заказала?»

Но я убираю телефон. И чуть не роняю, потому что мои руки нещадно дрожат.

На улице не сворачиваю на дорогу к дому, а иду прямо, к вокзалу.

…Автобусы в соседний город ходят три раза в день. До вечернего еще далеко, но скоро будет электричка. Город, куда отправился Димка, меньше нашего, но там много научных центров и предприятий, люди ездят туда часто, транспорт всегда можно найти.

На электричке даже быстрей можно добраться, часа за два с половиной.

В вагоне пусто и холодно. Прижимаюсь щекой к ледяному стеклу и закрываю глаза. И постепенно успокаиваюсь.

Всю дорогу я занята тем, чем и миллионы обманутых женщин – пытаюсь убедить себя, что я все придумала. И у меня получается.

…Димка не мог так поступить. Я прекрасно знаю его, знаю всю взрослую жизнь! Он добрый, он не любит делать людям плохо. Он честный и прямой. Это какое-то недоразумение. А я веду себя как ревнивая истеричка. Всему можно найти нормальное объяснение.