Я хочу домой

Глава 43 На Дракошке прокатиться

Гвендик рисковал, выступив в коалиции с дроу и эльфой и … яйцом, ну, точнее будущим Хранителем, против деда. Ему было очень страшно, но просто смотреть, как дед сажает его на трон и руководит из-за его спины и от его имени, он не мог. Нет, ему не хотелось единоличной власти, просто было мерзко от той политики, которую вел дед. С тем, что королевство придётся возглавить он в итоге смирился. Или убедил себя в этом. Ведь с появлением в его серой жизни странного дроу Серго, всё изменилось кардинально. Ему снова захотелось жить, изучать что-то и творить свою жизнь самостоятельно.

В тот день, когда привезли пленников, Гвендику стало очень интересно увидеть дроу и эльфийку поближе. Издалека, очень издалека он их видел, но никогда не общался с ними. А этого очень хотелось, ведь это совершенно отличные от людей обитатели Мира. И к тому же их так ненавидел дед. Значит, это точно достойные его внимания жители Священных рощ. Тогда он отважился прийти в одну из наблюдательных комнат, в которых обычно работали писцы, записывая все разговоры пленников пока те думают, что они одни. А после начала ознакомления со стенографией разговоров дроу и эльфы, Гвендик словно окунулся в новый для себя Мир – сказочную страну. Прочитав за вечер все, что было записано, Гвендик на следующий день решил сам послушать пленников. И это было ещё удивительнее, ибо на слух воспринималось необычнее и образнее. Магия интонационных выделений была ещё интереснее, в исполнении этого дроу, нежели при прочтении в буквах.

«Да кто этот дроу такой? Какой магией он обладает? Или он знает, что я слушаю его и поэтому и ведет такие речи? Но получается у него так волшебно!»

Гвендик провел в тайной комнате весь день, и следующий и... На этом он понял, что не может больше пропускать свои дела, но и отпускать этого дроу или позволить его уничтожить не может! Тогда он принял решение, на которое его толкнуло отчаяние от мысли, что дед прикажет уничтожит пленников, и он никогда не узнает продолжение той волшебной истории про мальчика, который выжил.

«Может это тот знак, о котором я так мечтал? Я же тоже мальчик, которого не должно было вообще быть». Гвендик помчался к деду, с просьбой отдать ему дроу. Самое сложное было подать свою просьбу так, чтобы канцлер не понял, насколько Гвендик нуждается в этом пленнике! Он очень долго обдумывал весь разговор, и у него получилось провести его так, чтобы дед не заподозрил важность пленника для внука. Канцлер даже испытал гордость за этот поступок так выросшего его наследника, его надежду и опору, как он любил говорить, желая подкупить этим Гвендика. Но тот уже давно не велся на такие речи деда. Главное – пленника он получил! А после более близкого знакомства со сказками, Гвендик понял, что жизнь может быть совсем не такой, какую ему творит дед. И правители, они могут быть другие! Уважаемые, желанные и справедливые. Но строгие со своим народом. Во благо его. Вот таким правителем Гвендик быть был бы согласен. Разговоры с Серго всё больше изменяли мальчика. Без сказок он себе не представлял уже ни дня. А после ночного визита к пленнику их честной беседы, ему очень хотелось быть для Серго другом, но чтобы и тот в ответ был ему другом.

Про деда мальчику тоже многое стало ясно, а вот перспектива гибели вместе со всей планетой по вине некой мерзкой энергии, что завладела дедом, и многими людьми, просто пугала! Он же только начинает жить! А дед портит все, к чему прикасается. Пешкой быть не хотелось. И в то, что дед прислушается и изменит свои действия и отречется от Скредии, мальчик уже не верил. Его лишили детства, семьи, любящих людей, и возможности иметь друзей! Со временем мама даже стала на него смотреть, как на своего отца, испуганными глазами. Это было больнее всего! Ведь он не его дед! Но с этим ничего поделать Гвендик не мог. Мать жила теперь далеко от него, на этом он настоял сам. Было неприятно постоянно видеть страх в той, кому он не сделал ничего плохого, но от которой не смог получить защиты и понимания. Дед же этому его решению очень обрадовался. С тех пор он всё чаще звал его «Мой внук!». Причем, звучало это с таким торжеством, что Гвендику становилось ещё более мерзко на душе. Но он терпел, понимая, что пока ничего не может сделать, чтоб не погибнуть сразу самому. Визит к яйцу дракона, на которое он ходил посмотреть, после подсказки Серго, принесло сильно облегчение и даже успокоение. Вроде уверенность в завтрашнем дне появилась, ушла обреченность. Хотя, ничего в делах не изменилось. После объяснения Серго, что его почистили от Скредии, Гвендик ещё больше поверил Серго. И даже решимость пришла – этой энергии не место на его планете! Да и слова, что люди не приняли планету, не приняли её энергию очень сильно озадачили мальчика. И этом словам дроу он сразу поверил! Ведь всё указывало на его правоту. Люди жили сами по себе! Жили только своими инстинктами! Они не верили в Хранителя, не понимали суть служения эльфов и дроу. Он только отдаленно слышал упоминания, что эльфы и дроу живут в тесной взаимосвязи с Угаей, посредством Мелорнов. Энергии которых неимоверно важна для планеты. А не служит для того, чтобы людишки держались подальше от них, как преподносили многие опытные служаки его деда. Не понятно, во что же именно верил дед, но дроу и эльфов с их Мелорнами он ненавидел. Скорее всего в нем уже говорила Скредия, что пропитала его насквозь. А энергия Мелорнов, это суть Угаи, как сказала ему Милимия, при его визите в камеру. От нее тоже не было заметно заносчивости или высокомерия. Она общалась с ним, как с мальчиком. Это было и приятно и удивительно одновременно. Она ничего не ждала и не просила, не боялась его и не отскакивала в страхе. Хотя и знала, кто он и что он внук её тюремщика.

А вот наладить связь с Угаей хотелось, хоть он и не знал, как же это сделать? Как принять в себя энергию планеты, как стать для нее своим? Не рабом или пленником, а благодарным жителем, без раболепства. Ведь эльфы и дроу не пресмыкаются перед ней, ни им ни ей этого не надо. Они дети её, как сказала эльфийская девушка.