Я хотела остаться

Глава 1.

Пространство без времени.

Я чувствую пробирающий до костей холод кафеля под босыми ногами и пристальные взгляды настенных икон — будто глядящих в самые дальние уголки сознания. Свеча в руке чуть слышно потрескивает, огонь колышется от моего дыхания, тёплый воск медленно стекает на ладонь, оставляя неприятный липкий след.

Передо мной — большое пространство с высоким потолком. От него — несколько комнат в разные стороны. Резные чаши для огня, множество икон в золотых рамках, беспорядочно развешенных по стенам, мягкий свет от витражей — и несколько человек, словно не по собственной воле, ходивших по храму.

Мама ушла вперёд, и я потеряла её из виду, как будто она растворилась где-то в сердце храма. Теперь я стою одна посреди зала, и что-то подсказывает идти ставить свечи.

Первая комната.
Бордовые шторы почти не пропускают солнечный свет от маленького окна в конце помещения. Несколько стеклянных бра в золотой оправе на бетонных стенах. Низкий деревянный столик с оловянной подставкой для свечей в углу комнаты. И огромный саркофаг посередине.
Я долго стою, не решаясь подойти к покойному. Но, собрав в себе силы, оставляю пламя и направляюсь дальше.

Мальчик в голубой футболке, внимательно изучающий икону — где он?

Из комнат поодаль медленно проплывают знакомые силуэты — Рамир и его друг. Ритм оглядывается и смотрит на меня. Он понимает. Он читает замешательство в моём взгляде.

Я срываюсь и бегу за ними, роняя из сумки пару свечей у порога следующей комнаты. Длинный коридор с тусклым зелёным светом, исходящим от крошечного светильника на полу посередине. Прикрываю лицо рукой, избегая едкого запаха сырости. Пол, покрытый какой-то травой, словно шатается — то подкидывает меня к потолку, заставляя пригнуться, то плавно опускает назад.

—Рамир? Ритм?

Стены эхом отражают мой голос, играют с его громкостью и тональностью. Их здесь нет. Я оставлю свечу и пойду дальше.

Женщина в фиолетовом платье с массивной шляпой, провожавшая меня взглядом между комнатами, — ушла.

Мои люди снова мелькают у входа в другую комнату и растворяются в ярко-красном свете.
Я следую за ними.
Комната наполнена туманом. На стенах — множество гирлянд, режущих глаза. Запах напоминает что-то сгоревшее. Саркофаг в углу завешан похоронными венками настолько, что его бордовую крышку еле видно среди зелёных ветвей.
Я чувствую, как меня начинает тошнить. Свеча поставлена. Нужно идти.

Мужчина в сером пальто, стоявший на входе в храм, — исчез.

Они не могли уйти, не обойдя все склепы. Мне надо в последний.

Тишина.
В этой комнате — абсолютная тишина.
На голубых стенах — несколько зеркал, создающих эффект бесконечного коридора. Я иду по белоснежному ковру, напоминающему облака. Внутри нет саркофага, нет даже подсвечника, что очень хорошо, потому что последнюю восковую фигуру я оставила в комнате ранее.
Это место — воплощение спокойствия. Но здесь нельзя оставаться. Я продолжу искать их.

Девушка в красной рубашке, сидящая на стуле в углу главного зала, — пропала.

Храм медленно опустел, пока я посещала святилища.

Я поспешила на улицу в надежде догнать знакомые лица. Цветущие вишни и яблони бросали лепестки на каменную дорожку, по которой я ступала. Ветер играл с моим белоснежным платьем и золотистыми волосами. Откуда-то издали слышался звук ручья. Я оглянулась — не было уже ни храма, ни близких, лишь бесконечный сад.

Меня вернул в реальность звук будильника.
Осматриваюсь — я дома. Время — три часа ночи.

Это был просто сон.