Я и кузен мистера Дарси

Глава 4

Я замерла, прислушиваясь к разговору.

Ответ на реплику мужчины был дан приятным баритоном, но отозвался собеседник, похоже, без особой охоты:

— Нам не следовало оставлять его одного в гостинице. Мы должны были предвидеть, что Уилкс не выдержит напряжения и кинется искать забвения от своих потрясений в крепких напитках.

Любопытство пересилило осторожность, и я, аккуратно скрываясь меж веток боярышника, выглянула из-за ограды, чтобы увидеть разговаривающих.

— О да, наш бедный старина Роберт еще в колледже отличался излишней впечатлительностью натуры. Можно было надеяться, что с возрастом он перерастет свою детскую чувствительность, но этого, увы, не случилось.

Голос, произнесший это, принадлежал высокому молодому человеку с рыжевато-каштановыми волосами и довольно приятным скуластым лицом. Одежда выдавала в нем принадлежность к весьма обеспеченной прослойке джентри и носилась им с изящной небрежностью, ни в коем случае не преступающей общественные нормы.

— Эта впечатлительность уже привела его и его семью к одной беде. Он должен взять себя в руки, чтобы не случилось беды еще худшей. Вы должны понимать это, Вудс.

— Эшворт, вы склонны мерить всех по себе, однако не каждый обладает вашим складом характера и умом, чтобы противостоять столь суровым жизненным невзгодам.

Мистер Эшворт выглядел ровесником Вудса, то есть примерно лет на двадцать восемь. Но имелось в нем нечто, что при первом взгляде заставляло считать его старше: то ли хмурая складка меж бровей, то ли более строгий взор карих глаз. Даже чуть вьющиеся темно-русые волосы лежали на его голове как будто жестче и консервативнее, чем у его собеседника.

По элегантно сидящему дорожному сюртуку и прочим элементам одежды можно было предположить, что доходы мистера Эшворта не уступают доходам его друга. А то, что они друзья, было совершенно очевидно из их манеры обращения друг к другу. Полагаю, только присутствие возницы на передке кареты останавливало мужчин от того, чтобы и вовсе перейти на имена. Впрочем, возможно, они не стали бы так делать. Порой и в приватной обстановке джентльмены, будь они трижды друзьями или родными, продолжали пользоваться обращением по фамилии. Хотя, вон, Роберта они помянули…

Но главное — названная мистером Эшвортом фамилия Вудс сказала мне о том, что к нам пожаловал не кто иной, как новый владелец Элдерхолла. И судя по всему, он вместе со своим товарищем привез нам моего легковерного непутевого братишку.

Пока я предавалась размышлениям, мистер Эшворт велел слуге-вознице принести воды из ближайшего ручья, налив ее в дорожную флягу. После чего Роберт был вытащен из кареты и довольно бесцеремонным образом приведен в себя.

Мой брат оказался милым на лицо юношей с буйными светлыми (такими же, как у Кэтрин) кудрями. По возрасту он, видимо, был немного младше своих товарищей — насколько я знала, этой зимой Роберту исполнилось двадцать шесть.

Мне показалось, что брат больше притворялся нетрезвым, нежели являлся им на самом деле. Похоже, он просто трусил вновь встретиться с матушкой. Однако его друзья вежливо, но бескомпромиссно объяснили ему, что такое стойкость и достоинство мужчины, и велели незамедлительно отправляться в дом.

— Вы должны пойти со мной, — удрученно промямлил Роберт. — Да, признаю, мне не достает храбрости одному предстать перед матерью и сестрами и выдержать все их справедливые упреки. Прошу, не оставляйте меня хотя бы в первые минуты встречи, так мне будет легче. А затем я уже не побеспокою вас.

— Мне будет неудобно идти, — покачал головой мистер Вудс. — Я бы предпочел не встречаться сейчас с вашими родными, Уилкс. Я же покупаю Элдерхолл, подумайте сами, будет ли им приятно видеть того, кто выставляет их из дома?

— Из дома их выставляет одна лишь моя глупость! А вы двое — буквально спасли меня и мою семью от полного разорения и краха. Уверен, миссис Уилкс будет только рада увидеть вас.

— В самом деле, Вудс, — с легкой насмешкой произнес мистер Эшворт, — мы только что порицали нашего товарища за слабоволие, неужто теперь убоимся сами?

— Это совсем другое. Мне просто не хотелось бы создавать для всех неловкую ситуацию, — помотал головой тот.

— Рано или поздно вы все равно увидитесь с миссис Уилкс и ее дочерьми — было бы неприлично оставить их совсем без внимания, раз уж вы теперь владелец их дома. Так чего медлить? Тем более что мы уже когда-то давно были представлены всей этой семье.

— Но не старшей мисс Уилкс. Она тогда находилась в отъезде, если мне не изменяет память.

— Полагаю, это не станет таким уж грозным препятствием. Идемте, Вудс, идемте, Уилкс. Мне уже до смерти надоело стоять и препираться здесь.

Пока джентльмены усаживались обратно в карету, дабы явиться в Элдерхолл при всем параде, я поспешила в дом короткой дорогой. Конечно, можно было бы не появляться там вовсе, притворившись, что я все еще гуляю, но я чувствовала ответственность за все происходящее, да и естественного в моем положении любопытства никто не отменял.

В общем, когда все трое мужчин вошли в гостиную, я уже была там, вместе с матерью и сестрой. Доложивший о прибытии хозяина и его гостей слуга тут же спешно ретировался на задний план, потому что эмоциональная миссис Уилкс немедленно вскочила с места и кинулась к сыну, едва он переступил порог комнаты.

— Боже мой, Роберт, дорогой, как же ты нас напугал! Ушел так быстро и потом ни одной весточки… Мы начали думать о самом худшем. А бедная Роуз даже пострадала из-за твоего преждевременного отъезда. Но как же ты мог нас оставить?! Неужели собственный сын не готов поддержать меня в столь тяжкие времена?

— Мадам, ну что вы, — забормотал смущенный Роберт. — Я снова здесь. И вернулся с добрыми новостями. Мои друзья, с которыми мы пересеклись в Лондоне, очень посодействовали мне и на сей раз. И даже были столь любезны, что доставили меня домой в целости и сохранности, как вы можете видеть.

— Что за друзья? — спросила миссис Уилкс, подслеповато щурясь. — Уж не те ли знаменитые лондонские приятели, которые своими советами оставили нас без пенни в кармане?!