Я и мой дрон

Глава 3

Глава 3

Когда я проснулась, солнце стояло уже высоко. Родителей дома не было, но на холодильнике меня ждала записка с просьбой быть хорошей девочкой и не шалить. Взяв маркер, я вывела: «Не буду». Получилось корявенько, но лучше, чем раньше. Потом я убрала остатки вчерашней пирушки, запустила посудомойку и задумалась, чем бы еще заняться? Очень хотелось позвонить Ваньке. Вообще-то мы созванивались почти каждый день, но разговор был на скорую руку – привет-привет, как дела, созвонимся, пока. Умница, он прекрасно понимал, что я загружена выше головы, что мне не до болтовни, даже с самым любимым другом. Вот сейчас я свободна, но он-то наверняка в школе.

Кстати, о школе! Какое сегодня число? Может, уже каникулы наступили, а я и не в курсе?

Органайзер показал, что сегодня последний учебный день. Это значит – торжественная линейка, поздравительные речи и прочая педагогическая тягомотина. И у меня созрел план.

Мамуля вечно упрекает меня в любви к дешевой показухе, а папа обзывает выпендрежницей. Что ж, спорить не буду, грешна, только называю я это по-другому. Самовыражение, вот самое подходящее слово. А если при этом я чуток переступаю грань общественной нормы, ну, так это не во всем. И не всегда. Да и вообще, правильно жить очень скучно.

Требовалось расписать свои действия чуть ли не по минутам, но я справилась. И появилась во дворе школы тютелька в тютельку: все классы построены в парадное каре, учителя в полном составе на широком крыльце, но директрисы перед микрофоном еще нет, она отдает последние распоряжения, и стоит обычный гомон, который кончится сразу, как только директриса выйдет вперед. И вот я такая скромная тихонько пробираюсь на свое место на левом фланге, и сначала меня не замечают, болтают, толкаются, малыши то и дело затевают возню, но постепенно шум стихает, все взоры прикованы ко мне, и я при всем честном народе смиренно прошу разрешения встать в строй.

Ну, директрису нашу этим не проймешь, человечище она матерый, такие, как я, ей на один зубок. Не моргнув глазом, она переждала шквал приветственных воплей, свиста и аплодисментов, взорвавших тишину нашего сонного городка, а потом величественно поздравила меня с возвращением в коллектив.

Ну и всех нас с каникулами.

Я осталась довольна.

А потом мы все отправились на пикник.

Пикник – это здорово, это так классно, что словами не передать! Во-первых, отключают Периметр. Во-вторых, можно валять дурака, как хочешь, никто и слова тебе не скажет. В-третьих, можно не спать всю ночь… Да чего я буду вам рассказывать!

Периметр уже был отключен, и мы дружной толпой стали спускаться с холма. На берегу озера уже хлопотали родители и воспитатели, расстилая прямо на траве пластиковые скатерти и распаковывая корзины с едой. Мы оставили там малышей (дистанция у них еще короткая для дальних прогулок), а сами пошли через лес к реке.

Отличная вышла прогулка! Мы дурачились вовсю, пели походные песни, потом я предложила поиграть в салки, не без тайного умысла еще раз похвастаться своим великолепным дроном, и мне таки удалось похвастаться, потому что никто не мог за мной угнаться, и было очень весело, пока мистер Сандрес не пригрозил, что отправит домой всякого, кто врежется в дерево.

- А персонально тебя, Сильвия, я возьму на поводок, - сурово заявил он. – На весь пикник! И пусть тебе будет стыдно.

И я присмирела. А что, с него станется! Он учитель, имеет право. И буду я, как дура, сидеть рядом с ним, пока остальные развлекаются. Про ехидные подначки и фальшивое сочувствие я уж вообще молчу.

Спору нет, поводок – вещь нужная, полезная и даже незаменимая порой. Но – для малышей. Для сосунков, которые только-только начали осваивать полеты. Потому что кто знает, куда их занести может. Мозгов-то еще нет, не понимают, что могут разорвать связь с личной капсулой, вот и приходится их контролировать. Но чтобы взрослого человека двенадцати лет взять на поводок… Позорище, да и только!

А потом мы вышли к реке. Там, на плоском травянистом береге, уже суетились родители, горели костры и жарилось мясо.

- Вкусно пахнет, - небрежно заметила я. – Но один кусок, по-моему, пересушили.

- Сильвия! – укоризненно воскликнул папа, а остальные ничего не поняли, и только Алекс расхохотался и показал мне большой палец.

Мистер Сандерс в последний раз напомнил нам о необходимости соблюдать благоразумие и контролировать дистанцию, еще раз поздравил с наступившими каникулами, и мы наконец-то были отпущены на свободу. Как любит говорить Ванькин дедушка: гуляй, рванина!

И мы стали гулять. Ух, как мы стали гулять! Небось, и в городе было слышно, так мы отрывались. И, понятное дело, довольно скоро у зарядника образовалась целая очередь из желающих подкрепиться.

- Не понимаю, - ворчал Ванька,- неужели так трудно взять пару зарядников? Или пусть один, но хотя бы с десятком разъемов?

- Ага, - ехидно поддакнула Надин. – И еще один, персонально для тебя, обжора!

Она отключила свой порт и изящным (на ее взгляд) пируэтом упорхнула к девчонкам.

- Давай ты первая, - великодушно предложил Ванька, кивая на освободившийся разъем.

- Спасибо, не хочу,- отказалась я.

- Ты, что ли, совсем не голодная? – удивился Ванька. – А носилась, как сумасшедшая, больше всех.