Я иду за тобой

Глава 5

—Что за шум?! – всплеснула руками старая Верея, кутаясь в потрепанную шаль и мы с Зоряной переглянулись, стараясь понять, что происходит. Снаружи нарастал гул голосов, будто шумел рой потревоженных пчел.

— Смерть, смерть наемникам! – раздался громкий крик с улицы, и подруга вздрогнула, услышав про наемников. Вскочив на ноги, она побежала на улицу, откуда и доносился шум, а я, естественно, бросилась за ней.

Там уже собралась, кажется, вся деревня. Люди галдели, перекрикивая друг друга, столпившись около дома деда Годуна. Пробившись сквозь толпу, мы, наконец, смогли понять, что происходит.

Посреди двора на коленях стоял изможденный и окровавленный мужчина. Народ окружил его плотным кольцом. Кто крепким словом, кто проклятием, а кто и камнем пытался выместить на нем злость, что накопилась у жителей к этим лихим людям. Небритый, со свежей раной на бедре и связанными за спиной руками мужчина выглядел жалко, но никто из собравшихся не испытывал к нему сочувствия. Пусть наемники и пришли в эти леса совсем недавно, но уже успели порядком насолить местным жителям.

Дед Годун, с которым я, как и с большинством соседей, познакомилась на днях, стоял напротив, растеряно глядя по сторонам. Глубокие морщины на его лице говорили об удрученности сильнее слов. Усталый взгляд человека, многое повидавшего на своем веку, обратился в сторону пленника. Почти лысая голова старика, что вечно была прикрыта шапкой, склонилась в раздумье. На первый взгляд, обычный дед, беда была в том, что месяц назад в стычке с наемниками погиб его единственный сын. Я сразу вспомнила этот факт, стоило одному из дружинников, что остался охранять острог, протянуть меч и пророкотать:

— Вот, дядька Годун, привел тебе взамен сына. Держи меч, руби ему голову, ты полное право имеешь!

Зоряна громко ахнула, при этих словах, побледнев так, будто сама вот-вот богу душу отдаст.

Мельком взглянув на подругу, не понимая ее такой бурной реакции я, как и все присутствующие, с волнением наблюдала за разворачивающимся действом.

— Руби, руби!

— Отомсти за сына!

— Смерть наемникам! – кричали люди со всех сторон.

Дед Годун взял в руки меч, примерился, несмотря на возраст он с легкостью поднял оружие, глядя на наемника сверху вниз. Разбойник все это время смотрел себе под ноги, но поняв, что старик занес меч и вот-вот придет его смертный час, поднял голову и смело взглянул в лицо своему палачу. Клинок рассек воздух и наконечник его рубанул землю, на четверть загнав в нее острое лезвие. Собравшаяся толпа хором ахнула, а я стояла, боясь даже вздохнуть.

— Пущай живет, - прошептал дед Годун и плюнул в сторону наемника, - Мы не такого племени, как эти, чтобы людей как свиней резать. К князю супостата вести нужно в Городище, что б все знали - жители Северного урочища закон знают и по нему живут!

— Верно!

— Пущай знают, что мы по закону живем, да по людскому, а не их, волчьему!

— Вот дружина вернется и отвезут его к князю нашему, он пусть и судит! – завопил народ, перебивая друг друга.

Мы еще постояли, наблюдая как пленного поднимают с колен и хромающего уводят со двора.

Вот уж действительно, не скучная жизнь в этом остроге и название у него оказывается есть «Северное урочище», нужно будет поподробнее расспросить об этом Зоряну. Но с вопросами я решила повременить, подруга шла ни жива ни мертва, видимо, была потрясена увиденным.

***

Ночь укутала деревья темным пологом, зажгла на небе умирающий месяц. Я ступала босыми ногами по мягкому мху, совершенно не чувствуя холода. Ступала меж высоких деревьев, трогая их шершавые стволы кончиками пальцев, чувствуя, что ничто не потревожит их вековой покой. Шла все дальше и дальше в глубь леса, будто знала дорогу, будто что-то вело меня или тянуло вперед. Сама не заметила, что тьма впереди стала сгущаться, что я все дальше ухожу от лунного света в чащобу, а ноги ступают уже по острым сучьям да бурелому, а не мягкому мху. Я посмотрела вниз, но увидела лишь туман, который словно полотно укрывал всю землю. Запахло полынью, горечь осела на губах и языке, заставляя поморщиться, но избавиться от нее, как и от надвигающегося чувства опасности я уже не могла. Тревога нарастала в груди, сердце колотилось как пойманная пташка, но я все шла и шла вперед…

-Влада, просыпайся! Да просыпайся же ты! - сквозь сон я почувствовала, как кто-то тянет меня за руку.

- Что случилось? – сев, не сразу сообразила, где нахожусь, вокруг была сплошная темнота, лишь голос Зоряны привел в чувство, заставив скинуть остатки сна и понять, что происходит.

- Пойдем, - подруга продолжала упорно тащить меня за руку. Быстро обувшись, я поспешила за ней. Когда мы вышли в сени, глаза, уже попривыкшие к темноте, различили фигуру Зоряны, нервно переминавшуюся с ноги на ногу, да державшую в руках мою одежду.

- Случилось что? – повторила я вопрос, встревожено глядя на девушку.

- Помощь мне твоя нужна.

- Говори, чем смогу, помогу, - ответила торопливо, понимая, что время не ждет иначе Зорянка не стала бы будит меня последи ночи.

- Сходи со мной к дому, где пленного наемника держат.

Я молчала, ожидая, что последует продолжение, но подруга как воды в рот набрала, а я силилась понять, зачем ей все это нужно.

- Чего смотришь на меня, будто я ума лишилась?

- Да ты и впрямь без ума, раз о таком просишь! Зачем нам идти туда?

- Не хочешь не ходи, заставлять не буду, но мне без твоей помощи не обойтись. Я тебя к травнице отвела, когда тебе понадобилось. Так и тут, раз попросила, значит причина на то имеется!

И то верно, Зоряна меня ни разу ни до, ни после не попрекнула тем, что к Раде отвела, хотя знаю, досталось ей крупно от бабки, за нашу самоволку. И даже легенда, что мы за ягодами ходили не сильно помогла.

Быстро надев протянутую мне одежду, я укутала плечи платком, заботливо принесенным подругой.

- Говори, что делать, - прошептала и отправилась за ней вслед, успев лишь мельком заметить облегчение во взволнованном взгляде девушки.