Я календарь переверну и снова жить начну

Глава 13.

Наши дни перед отпуском были наполнены активной подготовкой. Детям предстояло провести время с папой, а мне – отправиться в долгожданное путешествие с друзьями по Карелии. Эти сборы вымотали нас всех до предела, каждый вечер мы засыпали без сил. Чемоданы, списки, любимые игрушки, которые дети ни за что не хотели оставлять дома – все это превратилось в хаотичный вихрь, затягивающий нас все глубже.

И вот, наконец, настал тот самый день. День свободы для меня и день воссоединения детей с отцом, которого они видели теперь очень редко. Мы приехали к офису, где работал Вадим, ведь его нынешнее место жительства мне было неизвестно. Я знала только адрес его работы, и это было единственным способом передать ему детей.

Когда Вадим появился на парковке, дети, не дожидаясь ничего, выбежали из машины и бросились к нему.

Увидев нас всех вместе, Вадим был явно удивлен, так что даже забыл поздороваться с детьми, а лишь спросил:

-Что вы тут делаете? - его голос звучал резко, даже немного раздраженно. Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна обиды. Неужели он не рад видеть своих детей?

-Я уезжаю в отпуск, а дети хотят провести это время с тобой, - ответила я Вадиму, стараясь сохранить спокойствие в голосе.

Он нахмурился, окинул взглядом наши чемоданы и детей, стоящих перед ним с надеждой в глазах.

-Отпуск? Сейчас? Ты бы могла провести это время с детьми, что это за эгоизм? - Слова Вадима ударили меня, как ледяной душ. Буря негодования захлестнула меня, заставив на мгновение потерять дар речи. Эгоизм? Я?

За последние несколько месяцев Вадим провел с детьми всего один день. Один. Все остальное время, все заботы, все радости и трудности воспитания легли на мои плечи. Утренние подъемы, школьные уроки, кружки, болезни, бесконечные вопросы "почему?" – все это было моим.

И если изначально, когда я думала о своем долгожданном отпуске, я действительно колебалась. Может, отправить детей к моим родителям? Они всегда рады внукам, и это было бы для них хорошей компанией. Но после слов Вадима, после этого обвинения в эгоизме, сомнения испарились без следа. . Ближайшие недели дети будут с ним. В конце концов он отец и обязан заниматься детьми на равне со мной.

-Дети хотят провести это время с тобой, – проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, несмотря на клокочущую внутри злость. – В конце концов, ты отец, и ты тоже обязан заниматься детьми.

Я видела, как напряглись его плечи, но продолжала, потому что дети были рядом, и я не хотела, чтобы они слышали наш спор.

-Они скучают по тебе. Им нужен отец. А мне нужен отдых. Отдых, который я заслужила. - С этими словами я оставила чемоданы и обняла детей .

-— Постой, Вера! Зачем ты привезла детей? Я не могу! Мы с Машенькой собирались ехать отдыхать в Турцию. -Голос Вадима прозвучал так визгливо, что я невольно вздрогнула. Никогда прежде я не видела его в таком состоянии, даже в день нашего развода, когда мы делили совместно нажитое имущество.

— Отлично. Значит, ты купишь билеты и на детей. Им как раз нужно солнце. Пусть наслаждаются каникулами с папочкой.

Я смотрела на своего бывшего мужа, и в голове билась одна мысль: как я могла быть так долго слепа? Как могла так долго и безответно любить этого человека? Если раньше я видела в нем Аполлона, сильного мужчину, то теперь… теперь это был слизняк. Огромный, визгливый слизень. Чувство брезгливости лишь усиливалось при виде его. Нет ненависти, нет ничего подобного – только безграничная, всепоглощающая брезгливость.

— Ты это специально, да? Думаешь, так нас с Машей рассоришь, и я к тебе вернусь?

— Успокойся. Ты мне уже давно не нужен. Дети у нас общие. Все эти три месяца ты наслаждался общением со своей любовницей, о детях не вспоминал. Заезжал к ним всего один раз. Так что пора возвращать свой отцовский долг.

— Я это так не оставлю.

— Да-да, я уж боюсь. В чемоданах вещи на детей, ровно на месяц. Если они захотят со мной пообщаться, всегда смогут позвонить. Всё, пока.

После этих слов я развернулась и направилась к машине. Мой долгожданный отпуск начался, и я уезжаю с лёгким сердцем, без каких-либо угрызений совести.