Я купил тебе мужа

Глава 14.

Глава 14.

После суда Грэнс не отходил от Нейрис ни на шаг.

- Мне кажется, что если я тебя оставлю одну, случится что-то страшное, - говорил он, прижимая жену к своей груди.

Лекарь Сорен теперь почти все время находился в доме, так как после перенесенного нервного потрясения Нейрис чуть не потеряла ребенка.

Сама Нейрис как могла, утешала мужа и всех остальных. Ей так хотелось верить, что все закончено, но почему-то какое-то чувство подсказывало, что страшное еще впереди. Она пыталась понять, откуда придет беда, беспокоилась за Грэнса, который часто пропадал на своей пилораме, так как заказов было много, рабочие спешили и часто ошибались, что приводило к травмам. Она каждый раз просила мужа быть осторожным.

***

Праздник зимы Нейрис встретила в кругу семьи и близких друзей – Сорена, Джойниса, Олвера. Также верные слуги были приглашены за праздничный стол. Она даже попросила привезти на праздник Гленду и Бронта, которые сначала чувствовали себя лишними, но потом, пообщавшись с Героном и Ютой, расслабились и праздник получился веселым и незабываемым. Все были удивлены, когда Нейрис подарила каждому небольшие, но приятные подарки, а Гленде она подарила теплую шаль, так как однажды Грэнс пожаловался, что его любимая кухарка стала часто мерзнуть. Женщина растрогалась до слез и долго не могла успокоиться.

После праздников вновь наступили будни, Нейрис в основном время проводила дома, решала в своем рабочем кабинете все неотложные вопросы. Грэнс мотался по фабрикам и на свою пилораму.

На восьмой день после праздников, когда Грэнс и Нейрис сидели в чайной комнате после ужина и просто делились тем, как прошел их день, к ним постучал Герон.

- Хозяин, от Бронта просили передать.

Он протянул конверт, в котором лежала записка. Грэнс достал ее и прочитал: «Хозяин, приехал Ваш старший брат. Хочет Вас срочно увидеть, злится».

- Интересно, что привело Вайрона сюда? – удивился Грэнс.

- Ты сейчас к нему поедешь? – спросила обеспокоенная Нейрис, заметив, как изменился в лице муж.

- Не хотелось бы, но чем быстрее встречусь с ним, тем быстрее поговорю. Честно – видеть его совершенно не хочется.

Грэнс собрался и вместе с Бронтом, который приехал на коляске и ожидал ответа, уехал к себе домой.

Брата он нашел в гостиной на первом этаже. Тот недовольно посмотрел на часы, когда Грэнс вошел в комнату.

- Ты долго, брат. Мог бы поторопиться, когда тебя ожидает глава рода, - надменно проговорил Вайрон.

- Дорогой мой брат, хочу уведомить тебя, что пятью днями ранее решением палаты родов одобрен мой выход из твоего рода. Так что прости, я не обязан торопиться по первому твоему зову.

Вайрон скривился от этой новости. Значит будет сложнее сделать то, зачем он приехал.

- Итак, брат, я слушаю тебя. С чем ты приехал?

- Мы решили перебраться из столицы сюда. Сейчас я продаю наше имущество в Пармансе. Думаю, что через месяц мы переедем сюда окончательно. Сначала я пошлю сюда мать. Потом приеду я с семьей.

- Прости, я не понял. Куда вы приедете?

- Сюда, в этот город, в этот дом. Постарайся к этому времени подготовить нам комнаты. Будет тесно, но я слышал, что ты сейчас живешь у своей жены, - от слова «жена» брат скривился, словно съел что-то противное, - поэтому ты не стеснишь нас. Ты будешь еще обязан нанять слуг, еще одну кухарку, купить карету. Пока я еще не могу сказать, что нам понадобится, я не успел осмотреть весь дом. Да. Твой кабинет я заберу себе.

Грэнс слушал брата и улыбался. Он уже давно понял, что брату уже и продавать нечего, от бывшего богатого наследства, что осталось старшему брату от отца, ничего не осталось. Вайрон был таким напыщенным и даже не замечал, как на него смотрит брат.

- Ты понял меня? – наконец закончил Вайрон.

- Конечно, понял, - с улыбкой ответил Грэнс. – А почему ты решил перебраться в этот дом?

- Как почему? Это дом нашего отца. Мы продадим все наше имущество в столице, переедем сюда. Сейчас мне не выгодно вести дела там, поэтому, я думаю, я смогу вместе с тобой управлять пилорамой. Соответственно, мы будем делить наши доходы один к семи.

- Это почему? – удивленный такой наглостью спросил Грэнс.

- Нас семеро членов семьи, - в голосе брата звучала такая уверенность в своих словах, что Грэнсу хотелось рассмеяться ему в лицо.

- Это кого ты посчитал? – поинтересовался Грэнс, сдерживая усмешку.

- Я, моя жена, наших трое детей, матушка и ты.

- М-м-м, понятно. Но знаешь ли, братец, ты ни лурда медного не получишь с моей пилорамы. И ты никогда не будешь жить в этом доме. Ни ты, ни твоя жена, ни твои дети, ни матушка. Если вы решили сюда перебираться, покупайте жилье и живите там. Это мой дом. Он достался лично мне от отца. Все бумаги у меня на дом есть. Оспорить ты их не сможешь. Это мое личное имущество и твоему роду оно не принадлежит.

- Это и мой отец тоже, поэтому все имущество осталось нам двоим.

- Двоим? Да? А как же тогда ты отказал мне в части права на дом в столице, на наши торговые предприятия, кареты, коляски, на деньги, которые ты получил, как глава рода? Ты мне сам заявил, что я не имею на это никаких прав. Так вот – ты не имеешь никаких прав на этот дом, на мою пилораму, которую я купил и запустил на деньги своей жены. От тебя я не получил ни лурда. Наоборот, напомнить, сколько я отправил тебе денег, чтобы ты смог погасить свои долги? Так это ты мне еще должен вернуть хорошую сумму. Я буду не против, если ты начислишь проценты к своему долгу.