Я куплю тебя, чтобы (не)спасти.

Глава 19.

Жуткая головная боль заставила меня схватиться за виски, будто это поможет. Только вот ни черта, она лишь усиливалась. Ещё и сухость во рту нагоняла это ужасное состояние… Казалось, что я вернулся с клуба, в котором неплохо так повеселился, а на утро проснулся с похмельем. Только вот это место мало было похоже на комнату родного дома или даже на тот самый клуб. Сырость, стены, заросшие мхом, и холод, что будто пробирался до самого сердца. Я открыл глаза, превознемогая боль, и вновь огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что это всё действительно не сон. Тусклый свет от одной-единственной лампочки едва ли мог осветить хотя бы половину всей комнаты, больше похожей на камеру пыток.

— Итан, — тихий шёпот заставил меня вздрогнуть. Я оглянулся, но никого не увидел, пока не попытался сделать шаг. Цепь со звоном дёрнула всё моё тело назад, и я, ещё не понимая, что произошло, с грохотом свалился на пол. Только теперь я смог окончательно отойти от мерзкого состояния, которое можно сравнить разве что с мутной речной водой, в которой ничего не видно, и понял, что моя нога прицеплена к столбу, с другой стороны которого сидела Тринадцатая, со слезами на глазах смотря на меня.

— С тобой всё в порядке? — я попытался дотянуться до неё рукой, но цепь слишком короткая, чтобы позволить мне сделать это, поэтому я лишь грязно выругался и сел на место, чтобы цепь не причиняла такую сильную боль.

— Да, кажется.       

Оставаться здесь — не самая лучшая идея, поэтому я изо всех сил старался сосредоточиться и найти глазами хоть что-нибудь, что поможет нам выбрать отсюда, но казалось, в этой комнате не было ничего, кроме противно мигающей лампы, что больше была похожа на старинный фонарь.       

Вдруг над нами что-то заскрипело, и в тот же момент дверь распахнулась, заставив меня зажмуриться от боли из-за невыносимо яркого света. По лестнице, которую я до этого момента даже не замечал, спустился мужчина в грязной одежде, на поясе которого покоился ремень с ножнами.

— Проснулись, голубки? — он мерзко усмехнулся и сплюнул на пол прямо рядом с моей рукой.

— Какого чёрта…

— Тихо, тихо, — он перебил меня и приставил к горлу Тринадцатой нож, не переставая улыбаться так, что были видны все его дырки, на месте которых должны находиться зубы.

— Не смей её трогать! — злость заполнила каждую клеточку моего тела, и мне даже показалось, что я прорычал эти слова, изо всех сил пытаясь высвободиться из этой цепи.

— Тише, пока ты отвечаешь на все мои вопросы, я её не трону.

— Какие к чёрту вопросы?!

— Например, кто вы такие и что забыли здесь?

— Знаешь, придурок, мне почему-то кажется, что тебя это не должно касаться.       

В ответ на это мужчина недовольно покачал головой и оставил на коже Тринадцатой маленький порез, из которого тут же потекла струйка крови, а меня будто пронзило током. Я уже представлял, как этот придурок лежит на полу весь в крови и молит меня о пощаде, проклиная себя за то, что посмел прикоснуться к Тринадцатой. Но слишком крепкая цепь только лишь продолжала оставлять на моей ноге красный след.

— Мне повторить этот вопрос ещё раз? Знаешь, думаю, я могу много всего сделать с этой шлюхой… — одной рукой он крепче ухватился за нож, а другой спустил воротник кофты, которая уже потеряла свой цвет из-за грязи. — Твою мать.       

Мужчина резко усмехнулся и вышел из комнаты, оставив нас одних. Я ничего не понял, пока Тринадцатая не прикоснулась к своей шее, где в «объятиях» крови красовалось небрежное число 13.

— Нужно сваливать, — Тринадцатая кивнула, но как бы мы не пытались освободиться, ничего не получалось.       

Неожиданный скрип двери, что будто диким криком прошёлся по вискам, нарушил тишину, и по лестнице спустился тот же мужчина, что до сих пор не выпускал из своих рук нож, на котором виднелись капельки крови, ещё один мужчина, только он был старше и массивнее, и миниатюрная женщина в белом халате, волосы которой локонами струились по плечам. Они все с интересом столпились вокруг нас, не переставая что-то шептать.

— Что здесь происходит?       

Я первый нарушил тишину, но, видимо, это не входило в планы этих странных людей, поэтому мне тут же влепили пощёчину, заставляя заткнуться. Я проследил за их взглядами и понял, что интересовала их только хрупкая девушка, которая сейчас крепко сжимала мою руку.

— Не могу поверить, что она выжила… — произнёс один мужчина.

— Я был уверен, что она сдохнет в тот же день, как выйдет за ворота.

— О, конечно, Борман, сколько неприятностей тебе доставила эта девчонка, — мужчина с ножом в руках рассмеялся, но его смех был больше похож на лай подбитой собаки.       

Он вновь прикоснулся к Тринадцатой и прошептал ей на ухо что-то мерзкое, потому что в тот же момент она крепче сжала мою руку и закрыла глаза, не переставая тяжело дышать.

— А я говорил тебе, что нужно было сразу убить её, а теперь посмотри, Лори, и скажи, что с нами будет, когда в правительстве узнают о том, что она жива?       

Мужчина схватил женщину за руку и притянул к себе, всматриваясь ей в глаза. Я ожидал, что она расплачется или растеряется, но вместо этого она коленкой ударила мужчину в пах и тот согнулся напополам, как щенок воя от боли. Второй мужчина лишь усмехнулся и кивнул ей, уже поднимаясь по лестнице.