Я любила тебя, предатель!

Глава 2

Холл больницы сиял болезненной чистотой. Бледно-голубые стены, такие же жалюзи на огромных окнах, светло-серый мраморный пол, обтянутая палевой экокожей больничная мебель. Все было до невозможности бледным, почти белым. Холодно сверкали хромированные элементы мебели. До чего же тут неуютно!

Запах лекарств и дезинфицирующих средств мешался с запахом кофе. Я все еще сжимала в руке уже успевший остыть стаканчик. Заставила себя выпить свой любимый капучино. Он оказался отвратительным на вкус – порошковый, приторно сладкий.

Олег приехал через полчаса. Окинул меня цепким взглядом, коротко кивнул и подошел к регистратуре. Ничего нового я не услышала. Администратор ответила ему то же, что и мне.

- Ты как? – коротко бросил мне Олег.

- Как видишь, - что за идиотский вопрос? Болезненный ком подкатил к горлу, и я судорожно глотнула воздух.

- Понятно, - Олег сел в соседнее кресло и закинул ногу на ногу. – Родителям звонила?

- Нет. Я хотела попросить тебя сделать это, - мне, наконец, удалось справиться, и я смогла вздохнуть полной грудью.

- Правильно, - кивнул он. – Не надо их волновать раньше времени. Я позвоню родителям после операции, когда будет понятно, что и как.

Разумные слова, но какие холодные! Словно не его родной брат попал в аварию, словно не жизнь Матвея висит на волоске.

Олег всегда отличался холодным и расчетливым умом. Он напоминал мне робота. Его рациональному уму были чужды эмоции. Даже улыбался он одними губами, а серые глаза оставались холодными и безразличными. Мне всегда казалось, что в свои тридцать Олег успел все повидать в жизни и ему безумно скучно наблюдать за тем, как суетятся окружающие его люди.

- Хочешь кофе? – поинтересовался он только из приличия.

- Да, пожалуйста, - кивнула я. – Черный без сахара.

Возможно, еще одна чашечка кофе поможет мне немного взбодрится. И возможно, черный кофе здесь не такой отвратительный.

Олег взял кофе себе и мне. Себе со сливками и сахаром. Странно для мужчины. Мой Матвей любит крепкий черный, иногда добавляет в него немного сахара или коньяка. А сливки — это так не по-мужски, под стать гламурной девушке… Глупые мысли лезли в голову. О чем я думаю, причем тут кофе? Матвей на грани жизни и смерти, а я размышляю о ерунде.

Надо бы и моим родителям позвонить, рассказать о случившимся. Но что им рассказывать? Олег прав, пока еще ничего не понятно. Возможно, все не так страшно, как мне представляется. Или наоборот, совсем ужасно...

Минуты тянулись бесконечно долго. Черные стрелки на больших настенных часах словно замерли и едва двигались.

- Все будет хорошо, - Олег положил ладонь на мою руку. – Надейся на лучшее.

Я молча кивнула. Пустые слова, пустое сочувствие. Звуки голоса Олега бесследно растворились в воздухе, не задев мою душу. Лучше бы Олег просто промолчал.

В холл вышел высокий полноватый врач, окинул усталым взглядом помещение и наклонился к регистратору. Она кивнула в нашу сторону. У меня замерло сердце, я порывисто поднялась с кресла.

- Вы жена Князева? – подошел ко мне доктор.

- Да. Как он? – у меня кружилась голова и подкашивались ноги. Сердце больно ударило в грудь. Раз, другой. И снова замерло в ожидании ответа. – Как Матвей? Не молчите! – умоляюще прошептала я, до боли прижимая руки к груди.

- Операция прошла успешно, - врач ободряюще коснулся моего плеча. – Пока ваш муж в реанимации.

- Ему ничего не угрожает? – радость сменила тревога, тревогу – надежда. – С ним все будет хорошо, правда?

- Операцию он выдержал, организм у вашего супруга молодой, сильный.

- Что значит «выдержал»? – с ужасом спросила врача.

- Это значит, что он ее пережил, - мягко произнес доктор. - Это уже немало. Другие пациенты при подобных травмах умирают на операционном столе. Я почти уверен - с вашим мужем будет все хорошо. Он родился в рубашке.

Из моих глаз хлынули потоки слез. Я закрыла лицо руками и разрыдалась в голос.

- Ну, ну, не плачьте, - похлопал меня по плечу доктор. – Вам надо успокоиться. Слезами вы мужу не поможете. Будем надеяться на лучшее. Отправляйтесь домой, тут вам делать до утра нечего.

Олег обнял меня за плечи. Я повернулась и уткнулась в его грудь лицом. Сейчас мне нужна любая поддержка. Рыдания рвались наружу, я не могла остановиться.

Олег погладил меня по спине:

- Ника, Ника, не плачь. Операция прошла хорошо. Мой братишка сильный, он поправится, обязательно поправится. Ты только верь и не вешай нос.

- Отвезите ее домой, - попросил хирург. – И дайте вот это, - он протянул Олегу серебристый блистер. – Таблетка поможет ей уснуть.

- Нет, я подожду здесь, - я вытерла слезы с глаз и обернулась к доктору. – Позвольте мне остаться!

- Это бессмысленно, - пожал плечами врач. – Ваш муж под надежным присмотром. В реанимационное отделение вас не пустят. Так зачем вам проводить ночь в холле? Поезжайте домой, выспитесь.

- Я все равно не усну, - мне казалось, если я уйду из больницы, то Матвей не переживет этой ночи.