Я любила тебя, предатель!

Глава 4

Проснулась и не поняла, где я. Не сразу сообразила, что спала сидя на диване в зале. Почему я не в постели? Тело затекло, ломило колени, голова гудела. И вдруг мозг стрелой пронзила страшная мысль. Я вспомнила – Матвей в больнице после страшной аварии. Вскочила с дивана, путаясь в полах халата.

Почему я не рядом с ним? Почему безмятежно спала, когда Матвей на грани жизни и смерти?

Откинула спутавшиеся волосы с лица и поспешила на звуки посуды, доносящиеся с кухни.

- Доброе утро, - кивнул мне Олег. – Как раз собирался разбудить тебя. Через мгновение будет готов кофе. Бутерброды на столе, - кивнул он.

- Из больницы звонили? – это единственное, что волновало меня.

- Нет. Если бы позвонили, я бы тебя разбудил. Так что спокойно завтракай, и я отвезу тебя в клинику.

- Я не буду завтракать. Поехали сейчас. Немедленно!

- Зачем? На время посмотри. Начало восьмого. Раньше девяти в больницу никого не пускают.

- С чего ты взял? – я была зла на Олега. Не до еды сейчас, главное узнать, как там Матвей.

- Вчера спросил у врача. Сиди, пей кофе, и не волнуйся. Случись что, мне бы позвонили.

- С какой стати тебе, а не мне?

- Я попросил дежурную медсестру.

У Олега, как всегда, все схвачено. Но я все равно злилась на него. Холодный, бесчувственный! Брат в тяжелом состоянии, после сложной операции, а он попивает кофеек!

- Поехали, - снова потребовала я.

- Чего ради? Сидеть в машине перед закрытыми дверьми? Угомонись. Бесполезной суетой ты ничего не изменишь.

Он был прав, но я не могла вот так сидеть дома и ждать девяти утра.

Опустилась на стул, и замерла. Ничего нет хуже ожидания и неизвестности. Олег поднял над огнем турку, подул на пенку и снова начал греть кофе. Гурман! Мне сейчас не до изысков, я бы выпила обычный растровыми и не заметила бы разницы.

Олег подал мне крохотную фарфоровую чашечку. Я пользовалась кофейным сервизом от силы пару раз. Мы с Матвеем пили кофе большими бокалами. Матвей крепкий черный, я с молоком и корицей.

Но я не стала возражать, и отхлебнула то, что подал мне Олег. Кофе не просто бодрил. Он встряхнул меня. Такой напиток я варить не умела. Горький, крепкий, ароматный. Именно то, что мне сейчас нужно.

Взбодрилась после первого глотка, и паника немного отступила.

- Вкусно, - призналась я.

- Вот именно, а ты не хотела пить, - улыбнулся Олег располагающей улыбкой. – Съешь бутерброд. Тебе надо поддерживать силы.

Не стала спрашивать для чего. Темные мысли снова полезли в голову. Чтобы как-то прогнать их, позвонила сотруднице Кате:

- Доброе утро.

- Доброе, - сонно пробурчала та. – Что так рана звонишь?

- Я на работу сегодня не приду. У меня муж попал в аварию. Сообщи, пожалуйста, руководству. Я потом зайду, напишу заявление за свой счет.

- Ужас какой, - выдохнула Катя. – Все сделаю, не волнуйся. Удачи тебе и супругу. Пусть скорее поправляется.

Нужное пожелание. Я все-таки взяла бутерброд. Олег прав, мне нельзя раскисать, надо поддерживать силы и не падать духом.

Ровно в девять мы стояли у стойки администратора. Нас попросили подождать и ожидание длилось вечность. Минут через пятнадцать подошла дежурная медсестра.

- Состояние стабильное, ночь прошла спокойно, - заверила она меня. – Доктор придет в десять. Он все вам расскажет.

- А вы что можете сказать? – с надеждой посмотрела я на медсестру.

- Только то, что уже сказала. Состояние стабильное. Главное, что ночью не было кризиса. Это обнадеживает.

Вот так, и больше ничего… Стабильное, наверное, это хорошо. Но может быть и стабильно тяжелое.

Олег взял меня за руку и отвел к диванчику.

- Слышала? Все стабильно и под контролем.

Ничего не стала говорить ему. Он не поймет, что у меня на душе. А там холод и пустота.

Врач пришел не в десять, а почти в половине одиннадцатого.

- Состояние вашего мужа мы стабилизировали.

- Что это значит? – испуганно произнесла я. Надежда мешалась с отчаянием.

- Жить будет, - заверил меня врач. – Но потребуется еще несколько сложных операций.

- Можно его увидеть? – молитвенно прижала я руки к груди.

- Да, разумеется, медсестра проводит вас. Он без сознания, в искусственной коме.

Против моей воли из глаз потекли слезы. Не то облегчения, не то жалости к Матвею.

Олег обнял меня за плечи:

- Вот видишь, все хорошо. Матвей сильный, он обязательно выкарабкается. Главное, что будет жить.

- Да, это главное, - всхлипнула я.

Пусть в инвалидном кресле, пусть прикованный к постели. Я смогу поставить его на ноги, чего бы мне это не стоило. А если не смогу, не перестану любить. Лишь бы был жив.