Я люблю звезду!

Глава 24. Билет

К концу лета мной овладело странное чувство, ощущение радости и предвкушения... предвкушения чего-то особенного и прекрасного. Я не понимала, что означает это предчувствие. Мне просто было хорошо. В воздухе витал какой-то совершенно особенный аромат - аромат перемен. Я ощущала его душой и кожей, но объяснить не могла.

Папа на выходные позвал нас на дачу. Погода была необычно прохладной для этого времени года. Часто шли дожди. Но на даче было хорошо. Свежий воздух, наполненный озоном, зеленая трава, покрытая узором из сверкающих капель... У меня слегка кружилась голва от обилия кислорода. Аллергия не беспокоила, и все было замечательно. Мы пожарили шашлыки, попарились в бане. Потом долго болтали с мамой на крохотной кухонке, попивая чай с мятой.

Но на даче меня всегда почему-то охватывало одно и то же чувство. Мне казалось, что, пока я вкушала прелести сельского бытия, где-то там проходила стороной моя полная приключений юность. Я боялась не успеть, опоздать куда-то. Тогда, терзаемая страстями, моя душа не в состоянии была оценить это прекрасное состояние тихой безмятежности и покоя... Кроме того, по выходным я вообще старалась не выходить из дома, потому что по телеку показывали много передач. И я все время ждала и надеялась, что в одной из них промелькнет до боли знакомое лицо моего любимого. Вот и теперь я волновалась. И это волнение, пожалуй, было более сильным, чем обычно. Все внутри меня дрожало и рвалось назад, домой. Даже шоколадное мороженное «Мирабелла», сделанное из сухого концентрата, не смогло меня успокоить, я почти с отвращением ела холодое лакомство с кучоками льда и скрипящим на зубах песком из нерастворившегося порошка, и безучастно слушала мамины рассказы о молодости.

Похоже, у нее была более насыщенная юность, чем у меня. А я все жду чего-то... И так, наверное, ничего не дождусь, я же загадала желание на Новый год... И вот, оно до сих пор так и не исполнилось. Все вранье. Эти дурацкие приметы.

Я неожиданно поняла, что перестала верить в чудеса. И от осознания этого мне стало очень грустно.

Перед сном я, накинув на плечи папину фуфайку, вышла на улицу и посмотрела наверх. Полярной звезды не было видно, мутное облако закрыло ее. Зато луна была полной. И вдруг стало происходить то же, что происходило тогда на Камилиной даче. Луна поменяла свой цвет и вновь постепенно превратилась в малиновую.

Второй раз в жизни вижу такое...Чудеса. К чему бы это?

Я легла спать, но сон так и не пришел. Всю ночь я проворочалась в постели. Утром была совершенно разбитой.

Проснувшись, мы быстро позавтракали и поехали домой. На пороге нас встретил сонный Радмир.

- Зря ты, Мирослава, дома не осталась... - насмешливо улыбаясь сказал он.

- Ты о чем? - насторожившись, спросила я. - Только не говори, что я просмотрела Polaris!? – скорчив мученическую гримасу, проговорила я.

- Не–а. Бери выше, - ухмыляясь, проговорил брат.

- В смысле - выше? По телеку их концерт показывали?! – готовая впасть в отчаяние, воскликнула я.

- Еще выше… - позевывая, продолжал меня мучить брат.

- Да что выше-то? Ты чего, издеваешься надо мной? – закричала я, не выдержав.

- Эх, ты… А говорят еще, у художников фантазия богатая… - сказал он, уходя в зал.

Я пулей побежала за ним. Радмир открыл шкаф и взял оттуда что-то маленькое и белое.

- Ладно, не буду тебя мучить. Держи! – торжественно произнес он.

Ноги как-то сами подкосились от напряжения, я почти перестала дышать, дрожащими руками я взяла бумажку и взглянула на нее. Буквы запрыгали перед глазами в каком-то диком и радостном танце, и мне все никак не удавалось собрать их вместе. Polaris, концерт, 21 августа, 4 ряд, 14 место, Главный Концертный Зал.

Минут пять я стояла вот так, перечитывая эти слова и не веря своему счастью.

Неужели это случилось?! Неужели? Моя мечта! Боже, моя мечта сбывается! Я увижу его! Я его увижу! Живого, настоящего! Моего, моего Лари!!! Не может быть! Я умру! Я сейчас задохнусь от счастья! Это слишком прекрасно, чтобы быть правдой!!!

Меня потревожили пальцы, щелкающие у моего носа.

- Эй! Ты в порядке? Ты уже пять минут молчишь и с этой глупой улыбкой таращишься на билет. Если что, то он настоящий! Вчера, когда вы уехали на дачу, начали крутить рекламу твоих полярников. Я подумал, что вокруг билетов может начаться ажиотаж, ну, короче решил купить чего-нибудь поближе к сцене… И не поленился, между прочим, съездить за ним на другой конец города!

- Радька, ты лучше всех! – воскликнула я, кинувшись брату на шею.

- Ну, не радуйся слишком. Я не бесплатно. Ты теперь будешь посуду неделю за меня мыть!

- Да хоть месяц! – чувствуя, что вот-вот расплачусь, проговорила я.

- Заметь, тебя за язык никто не тянул! – довольно проговорил Радмир.

Но я уже не слышала его. Я была там, далеко, возле Лари. Я целовала эту маленькую бело-синюю бумажку, и у меня было полное ощущение, что в моих руках находится пропуск в рай. Я положила билет на стол, под стекло. И в каждую свободную минутку садилась рядом и смотрела на него, будто передо мной была картина великого художника.

Я была счастлива так, как никогда прежде. Наверное, я выглядела глупо, но мне было плевать. Я не стеснялась своих чувств больше. А скорее всего, я просто не могла их спрятать внутри себя. Я была счастлива. И это вырывалось из меня при каждом слове, каждом действии. Целыми днями я говорила, только о Polaris - с мамой, с братом и даже с папой. Ну и, конечно, с Камилой тоже. Нам очень повезло. Она покупала билеты на следующий день, и ей удалось взять место практически рядом со мной, на моем же ряду.