Я люблю звезду!

Глава 26. После концерта

Концерт закончился. Polaris ушли со сцены. На меня с оглушающей силой нахлынула волна пустоты. Все начали расходиться, Камила тянула меня за руку к гардеробу. Но я стояла неподвижно, с отчаянной надеждой взирая на сцену. Словно все еще веря в то, что из-за кулис появится Лари, улыбнется мне и возьмет мою картину. В зале уже почти никого не осталось, когда один из солдатиков мягко сказал:

- Девушка, они не выйдут уже. Уходите.

Я с отчаянием поглядела на него и поплелась прочь. Я хотела постоять у выхода, но выходов было несколько, и из какого именно выйдут Polaris, я не знала.

Я столько времени ждала этого концерта, так надеялась… А теперь … Что теперь? Пустота и одиночество, куда более сильные, чем прежде, сковали меня.

- Ты знаешь, я сказать забыла, нас мама не встретит. Она на свиданку с дядей Колей пошла… Сказала, что мы и так доберемся… - проговорила скороговоркой Камила.

Я только пожала плечами, в тот момент мне было совершенно наплевать, будет нас кто-то встречать или нет.

Мы шли домой к Камиле. Она, как обычно, что-то весело трещала, то о концерте и о Поле, то вдруг вспоминала своего Женьку. Я невпопад улыбалась и молчала. Я не слушала ее. Я словно не верила в то, что на этом все закончилось. Я не могла до конца осознать тот факт, что больше ничего не будет. Мне было так грустно и больно, что я старалась тупо молчать, опасаясь, что мой голос сорвется на рыдания.

- Ты чего, недовольна, что ли? – спросила Камила. - Тебе Вадим не понравился?

- Понравился, - сухо выдавила из себя я.

- А что кислая такая? Радоваться надо!

Я упорно молчала, считая камушки у себя под ногами. Была прохладная ночь. Звезды спрятали густые свинцовые тучи, которые затянули все черное небо, превратив его в непонятную мутно-сизую субстанцию, которая как-то мрачно и уныло нависала над нами. Было уже поздно, троллейбусы не ходили, и мы решили идти до Камилиного дома пешком, благо, центр города был прекрасно освещен фонарями, поэтому мне не было страшно. Хотя гулять в такое позднее время девушкам ночью в 90-е годы точно было небезопасно.

Мы шли медленно, никуда не торопясь, дышали свежим воздухом, наполненным влагой. Камилу, кажется, не особо волновало ни мое молчание, ни грустное лицо. Он все щебетала, щебетала. И я была рада тому, что ей вовсе не нужен собеседник, она довольствовалась разговором с самой собой. Так прошло больше часа. Домой идти не хотелось.

Вдруг раздался тихий писк. Я не сразу сообразила, что это на мой пейджер пришло сообщение.

- Что это? – спросила Камила, восхищенно глядя на очень крутое устройство.

- Да я сказать забыла, это мама мне сегодня подарила. Наверное, это она что-то написала.

- Ух ты, круто… какой крутяк!!!

Я невольно поморщилась при звуке этого глупого, но модного нынче словечка. Затем достала пейджер. Сердце начало колотиться так быстро, что мое тело задрожало. Во рту пересохло, пальцы, ставшие ужасно непослушными, едва сумели нажать на кнопку ответа.

А в моей голове смутными скачками появились воспоминания, о том, что перед тем, как кинуть игрушку Лари, я написала на фотографии своей картины номер своего пейджера...

Я прочитала сообщение: «Это Вадим. Я получил твои письма… и фотографии. Мне понравилась твоя картина. Ты можешь мне ее подарить? Я сейчас в гостинице «Москва». Приезжай.»

Я в состоянии крайнего шока села на бордюр и закрыла лицо руками. Сначала меня стал душить какой-то ненормальный смех, затем все мое тело затрясло, как от лихорадки, и к горлу подступил комок слез.

- Что случилось? Кто это? – пытаясь оторвать руки от моего лица, спрашивала Камила.

Но я долго молчала. Все внутри дрожало, я не могла совладать даже со своим языком. Мне вдруг стало очень страшно. Я не понимала, что так сильно напугало меня, но это был какой-то особый, доселе неведомый мне страх. Я сидела так минут пять, пока наконец мой язык не послушался и вяло произнес:

- Это был Вадим. Я написала свой номер в записке... Он просит подарить ему картину…

- Ты чего, шутишь, что ли?! – выпучив глаза, выговорила Камила.

Я отрицательно покачала головой, посмотрев на нее серьезными и испуганными глазами. Она поняла, что я говорю правду.

- Так чего ты тут расселась?! Пойдем! – уверенно сказала она и, схватив меня за руку, потащила куда-то.

- Камила, а как же твоя мама? Она не будет волноваться?

- Вообще-то мама, когда с дядей Колей встречается, ночевать домой не приходит. Так что мы свободны…

- Мне страшно, Камила…

- Да брось ты! Чушь! Пойдем! Разве не об этом мы мечтали?! Это же просто сон какой-то! Какое везение! А ты тут ноешь! Быстрее, пока они не передумали! Вот Айка обзавидуется! Будет знать, как не приглашать нас на репетиции!

Я сдалась и отбросила все сомнения. И мы с Камилой уже почти вприпрыжку побежали по направлению к гостинице, где разместились Polaris.

Камила радовалась, а я… мне было страшно. И я не понимала себя, не понимала, почему я не радуюсь, почему вместо этого боюсь. Чего я боялась? Чего?! Я не знала ответ - или не хотела его знать.