Я люблю звезду!

Глава 27. Мечта

Номер Вадима был немного меньше, чем тот, в котором мы были до этого. Впрочем, он показался мне более уютным. На стене висела копия картины Рубенса «Сатир». На ней был изображен мужчина с искривленными рогами и гроздью винограда в причудливо изогнутых пальцах. Его взгляд казался завораживающим и отталкивающим одновременно. Мне всегда нравился этот портрет. Но сейчас почему-то изображение сатира усилило мою тревогу.

- Садись… - ласково произнес Лари.

Я огляделась и судорожно сглотнула слюну. У меня в горле пересохло так, будто я не пила неделю.

В этой комнате не было ни кресла, ни стула - видимо, их унесли в восемьсот тринадцатый номер. Посередине стояла большая двуспальная кровать.

- Ну, садись же… - требовательно повторил Вадим.

Я села на самый краешек кровати, опять нервно пытаясь опустить непокорно подскакивающее вверх платье пониже. Вадим сел рядом. Я не могла заставить себя поднять взгляд.

- Я успел прочитать некоторые твои письма, - сказал он после долгой паузы, внимательно изучая мое лицо и тело.

Я чувствовала, как его взгляд обжег мои острые коленки и маленькую грудь. Я не смотрела ему в глаза. Я просто чувствовала, куда он смотрит.

Между тем он продолжал:

- Они странные… Мне много пишут, но в твоих письмах есть что-то особенное. Даже если бы ты не положила фотографии, я все равно подумал бы, что ты художница. Ты словно живешь в своем мире… Скажи, а я сильно отличаюсь от того, что ты себе представляла?

Я наконец оторвала взгляд от пола и посмотрела на Вадима. Как он был красив! И все же в нем было, что-то… не то. Нет, не во внешности. В его поведении, в манере говорить. И это что-то очень меня пугало. Я робела перед этим любимым, но совершенно незнакомым мужчиной.

- Не знаю… - тихо произнесла я.

- У меня такое чувство, что ты меня боишься, - ласково произнес он и провел рукой по моим волосам.

При этом прикосновении внутри меня все вспыхнуло.

- Нет… просто… все это слишком неожиданно… - проговорила я, вновь опустив глаза. Мое тело покрылось гусиной кожей, и я знала, что он это заметил.

- Ты знаешь, меня еще ни разу никто не рисовал. Мне очень понравилась твоя картина на фото. Но вживую она еще лучше… - сказал Вадим, ставя картину на тумбочку. - Ты таким меня представляла, таинственным принцем из средневековья? - с легкой усмешкой спросил он.

- Да… нет… я не знаю… - опять сказала я что-то несуразное.

Я не понимала, что со мной происходит. Я, которая одна боролась против класса, которая никогда не лезла за словом в карман, теперь не могла произнести ни одной членораздельной фразы. Он видел мое смущение и, казалось, ему оно очень нравилось. Его явно забавляла эта ситуация.

- Ты разочарована? – спросил Вадим, придвинувшись, так близко, что его колено стало касаться моего.

- Нет, что ты?! - вдруг воскликнула я и посмотрела в его глаза.

Они не были грустными, как казалось на большинстве его фотографий, и он смотрел на меня совсем не тем страстным и влюбленным взглядом, что я видела в своих мечтах на поле. Такого Лари я не представляла и не видела прежде. Он изучал меня, уголки его губ слегка подергивались, а глаза… глаза пронизывали меня насквозь. Или, скорее даже, не пронизывали, а просто раздевали… Мне было неловко, я готова была провалиться под землю от его властного и всезнающего взгляда. Мне казалось, что он смотрит в меня, как в открытую книгу, и что я ничего не могу скрыть от него.

Вадим вновь взял в руку мой локон и поднес его к носу, он вдохнул его аромат, и я порадовалась в тот момент, что воспользовалась дома мамиными французскими духами. Потом его рука будто случайно прикоснулась к моему плечу. Мое тело вновь покрылось гусиной кожей. Вадим улыбнулся.

- Знаешь, я устал после концерта… Подождешь меня немного? Я хочу сходить в душ.

Я молча кивнула. Вадим скрылся за дверью из темно-красного дерева. Я встала с кровати и подошла к окну. Где-то там, внизу, проезжали крохотные машинки, проходили редкие прохожие, казавшиеся мурашами. А я была здесь. Высоко. Неужели это правда, и все происходит со мной? Еще недавно я и мечтать не могла, что окажусь на концерте Polaris. А теперь я здесь, в номере Вадима. Он моется в душе, он говорит со мной, прикасается ко мне… Мои мечты сбылись, я получила то, о чем мечтала, и даже больше… Но почему на душе так холодно, так пусто и страшно?.. Я еще раз посмотрела на комнату. Теперь она уже не казалась такой роскошной и красивой, как прежде. Я заметила, что местами краска на стенах облупилась, что на люстре не хватало двух хрусталиков, а на светло-бежевом покрывале справа снизу было небольшое коричневатое пятно…

Я выдохнула. Мне казалось, что меня изнутри царапает кошка. К горлу подступило что-то. Я едва подавила в себе позыв рвоты. Слишком много волнений для одного дня. Мысли в голове ходили кругом, и одна мысль в ней убивала другую. Я вдруг подумала, что очень хочу сейчас оказаться дома, в своей теплой девичьей спаленке, с плюшевыми мишками… Я сжала руки в замок так, что костяшки пальцев побелели.

Да что со мной? Я ведь люблю его! Это он, мой Лари! Я так ждала его! И вот он рядом. Но какая-то другая часть меня упрямо возражала. Это не Лари. Это Вадим!!! И он не твой…

В мучительной борьбе с самой собой прошло минут пять. Я снова подошла к окну и посмотрела вдаль. Почему я не могу летать, как в своих снах? Сейчас бы выпорхнуть в окно, как птица, и улететь… От кого улететь? От Вадима? Но ты же любишь его! Он сейчас придет, и тогда то, о чем ты мечтала столько ночей, станет явью! Он станет твоим - душой и телом… Но другая часть меня тут же возразила. Душой? Вряд ли... А вот телом - возможно. Но нужно ли тебе его тело без души? Зачем тебе его страсть без любви? Он подарит тебе лишь то, что направо и налево отдает всем остальным. А не появись ты сегодня здесь, кто бы был на твоем месте? Может, Лера? Ты хочешь быть одной из сотен, а может, и тысяч? В голове усиленно стучал один ответ: нет!