Я, Макс. 2. Новая жизнь -- старые правила.

20.

от Альберта

             Надеюсь, что донаты впечатлились наличием своих соплеменников на этой планете, проживающих здесь под чужими личинами, и никуда лезть не будут. Но я не Меа, поэтому моё слово для них ни разу не закон.

Макс решил с Индегетесом пообщаться, а может быть – тот с ним. Дело это не быстрое, так что я успею и Теней проводить и ещё раз попытаться понять, что здесь не так с Императорской Тропой.

Принцы пусть в дозоре постоят – задачу я им облегчил максимально: никаких препятствий к обзору.

И пока Божество здесь – тоже никому не пройти.

Я Макс.

— Здравствуй, Макс.

— Здравствуй… те.

Я совершенно точно понял, что нужно быть предельно вежливым. Передо мной стояло нечто. И, хотя у него, или у неё, и было лицо, руки и ноги, а тело бы одето точно в такой же доспех, как и у меня – это явно был заимствованный им образ.

— Для того, чтобы облегчить тебе восприятие реальности, Макс.

— Благодарю Вас

— Но я здесь….

Божество явно прикидывало, какую форму числительного применить – одна или один.

— Я здесь одно.

— Я и сказал – Вам. Спасибо.

Откуда я узнал, что это Божество? А вот догадался.

Я находился опять буквально в подвешенном состоянии, хорошо, что хотя бы не вниз головой, как тогда, у Магнуса.

Листья водили вкруг меня хоровод, радостно мельтеша, и мозги у меня ненавязчиво заворачивались. Я прикрыл глаза.

— А нельзя листики пока в сторонку убрать? Пожалуйста.

— Ты же хотел, как это сказать, …а , вот – растениеводством заняться. Или передумал?

— Хотелось бы под Вашим бдительным руководством. Если можно, конечно.

— Боюсь, что здесь я тебе не смогу помочь. У нас с тобой слишком разные об этом представления. Поэтому, либо растения высаживаю я, а ты просто смотришь; либо сажаешь ты и так, как ты сам это себе представляешь, но тогда ты и сможешь ими пользоваться, когда захочешь.

— А если у меня получится что-нибудь не то?

— Значит, получится что-нибудь другое. Рискни, Макс.

— Вы же не позволите мне всё испортить?

— Я тоже люблю рисковать, Макс. Приступай

И отчего-то мне показалось, что это было не предложение. Не иначе, месть за сожжённые листья.

— В некотором роде. И у тебя очень мало времени, Макс.

Божество повернулось и я проследил за ним взглядом. Несколько существ целенаправленно взбирались по отвесной скале, держа путь к седловине, на которую был ориентирован выход из нашего убежища.

— Если ты сейчас подумал о том, чтобы время остановить, то я отвечу: нет, Макс.

Парни обнажили оружие, став по обе стороны от Юнии, а Юния держала наготове листья. Альберта с нами не было, и порт в стене отсутствовал, закрытый троном.

Без вариантов, как говорится.

Листья, зависнув передо мной, замерли, в ожидании того, на что меня сподвигнет моё Эго.

Я протянул руку и взял один из них, снова его внимательно рассматривая.

         Листик, состоящий из множества волокон и оставляющий всего один магический след, всего одну нить… Я потянул за ниточку и она легко отделилась от основного листа. Вспомнил обглоданные кустики, на которых листья росли всего по несколько штук. Непозволительная расточительность, принимая во внимание уникальность растения.

А что, если так?

Я представил кустик казуарины. Мысленно расщепляя листья на отдельные нити, я представлял облиствленные веточки, собирая их в куст. Теперь каждая нить может выступить в роли самостоятельного листа. Цветки к серебристому цвету листвы подойдут – я посмотрел на Юнию, вспоминая ленты у неё в волосах на Терре – лососевые; шишечки, как и стволик, пусть будут бежевого цвета.

— А ты затейник, Макс. Цветочки для красоты, полагаю, а плоды для чего? Они навряд ли могут быть съедобны…

— Для размножения. А то хлопотно, наверное, восстанавливать растения после налётов страждущих...

Растение было полностью готово к высадке. Я вспомнил пригрезившуюся мне давеча солнечную полянку среди скал.

— Это место реально существует?

— Как и твоё растение.

«Реально на самом деле всё, что ты достаточно долго можешь удержать в своём воображении.» – так мне когда-то говорил тот старик, в Тибете.

Я тщательно представил эту полянку, превратив её в крохотный безветренный цирк в скалах, с небольшим озерцом и рыхлой почвой, покрытой влажным мхом. Так же, вроде, семена проращивают? Разместил свой кустик так, чтобы он не заслонял всходам свет. Стенки цирка сделал максимально светоотражающими, для лучшей инсоляции. И пористыми, да. Для сохранения тепла. И тропинку к цирку потом завалю камнями.

— Принимай… те работу.

Божество проплывало вдоль стен цирка уже по третьему кругу, и реакция его была совершенно не очевидной. Я оглянулся на стену, ведущую к седловине, с упорно ползущими по ней существами. Если темп им удастся сохранить, то они достигнут седловины уже минут через пятнадцать – двадцать.

— Если позволите, я бы уже откланялся. А то у нас гости на пороге.

— Испробовать своё творение не желаешь?

— Желаю, конечно. Если вы, безусловно, позволите.

— Позволяю, безусловно. Но правильнее было бы сказать – без условий. Тебе какая формулировка больше нравится?

— Разумеется та, в результате следования которой, я останусь никому ничего не должным. С Вашего позволения.

Едва не забыл добавить. А всё потому что уже отчётливо было слышно дыхание наших непрошенных гостей.

— Ты знаешь, что такое Белая Карта, Макс?

—Думаю, да. Если мы имеем ввиду одно и тоже.

— Иное толкование и недопустимо. Можешь считать, что я дарую тебе Белую Карту на использование тобой моей магии, заключённой в листьях, бессрочно и без ограничений.

— А время уже пошло?