Я найду тебя, ведьма!

Глава 16. Таронта

Отряд Джеральда очень хорошо протоптал дорогу к Таронте от моего водопада, и я шла по ней без особых затруднений. Встретились три речки, но их вполне удалось пройти вброд. Видимо, кони отряда сами этот брод и нашли.

Шагая, я споминала, как черный каратель напугал меня, прыгнув в озеро прямо в одежде. Для чего, спрашивается? Чтобы схватить меня?

А вот схватил бы - и чтобы было дальше? Тут мои мысли расходились на несколько вариантов.

Первый - грубо схватил бы, выволок на берег, связал, перекинул через коня, доставил в тюрьму и на виселицу.

Брр!

Второй - так же схватил бы, но, как говорили мои девчонки в секции, "поимел бы" прямо в озере или на берегу, а уж потом всё то же - связал, перекинул, доставил.

Тоже не радужная перспектива.

Третий был более щадящий, учитывая корзинку со сладостями. Видимо, он решил меня выманить угощением, "на живца берёт", как говорят у нас. А потом - всё равно по второму варианту.

Грубый, самодовольный, и хитрый, раз сумел придумать с корзинкой. А я-то с утра «рассиропилась», решила, что это подарок. А он ведь попаданку ловит.

В общем, заманивает. И с этим надо было что-то делать. Не хочу я в тюрьму! Да и быть перед тюрьмой и виселицей изнасилованной я тоже не хочу!

Пусть даже и красивым карателем, сути не меняет.

А, значит, надо быть умной и искать варианты ухода.

Плохо только, что этот Джеральд красивый. Есть в нём, конечно, что-то… Я шла и думала.

Через два с лишним часа пешего хода средним шагом я оказалась в Таронте. По дороге издали видела одну деревушку, и указатель ко второй.

Не врёт значит моя карта. Точнее, карта Джеральда. Это радовало.

Жители начали встречаться лишь в пригороде, а вся дорога была довольно пустынной. И я, честно говоря, так им обрадовалась! За эти три недели в этом мире я порядком одичала в лесах.

На вид они были вполне обыкновенные, напоминая мне соседей по дому и даче в моём родном городе, разве что пониже ростом, в одежде средневекового кроя и с более скромной, растянутой речью.

Я волновалась, как буду выглядеть в их глазах, как примут. Шла по дороге в старом, пусть и аккуратном, но запылённом платье. Вероятно, фасон давно вышел из моды. Волосы заплела в две косы с тряпочками на концах вместо резинок, вдруг тут не принято ходить простоволосой, на голове платок, голова опущена.

Только глаза метались из-под платка - туда-сюда, чтобы ничего не упустить.

К счастью, большинство местных тоже были одеты довольно скромно, различие было лишь в фасонах, особенно у молодёжи. У пожилых встречался и мой вариант одежды. На голове у девушек платочки, да.

И только из увеселительного заведения и в тавернах выскакивали девушки с распущенными волосами и более откровенными платьями с низкими вырезами.

Так что я всё сделала правильно, повязав голову платком.

Городок оказался небольшим. Сначала я присела на лавочку под раскидистым деревом у местного храма, отдохнуть с дороги и оглядеться. Потом начала осматриваться.

В Таронте оказался местный храм, управа, что-то типа жандармерии или полицейского участка, небольшая почта, бар с увеселительным заведением, с десяток лавок с товарами, рынок, три таверны с постоялыми дворами и около сотни каменных и деревянных домов.

Каменные дома были посолиднее, богаче. Один особенно выделялся - большой, с высоким фасадом, вероятно, это было имение местного помещика - другого слова мне в голову не пришло. Все это машинально откладывалось у меня в уме при поиске лавки с украшениями.

Куда же ещё я могла бы пристроить свой жемчуг?

Параллельно, облизываясь внутренне на множество нужных мне товаров, я внимательно присматривалась к ценам. Важно было не прогадать с жемчугом, с моим единственным богатством.

Например, приличное платье стоило одну серебряную монету, или серебрушку, как называли её местные, а красивое - около двух. А огромный, румяный каравай хлеба, при виде которого у меня сводило челюсть, - одну медную монету.

Я быстро поняла, что одна серебрушка равна десяти медякам. Были и ещё более мелкие монеты, полушки и четвертушки, как будто сошедшие из истории моего мира, века этак два назад. Кроме того, в обращении находились золотые монеты, каждая из которых равнялась десяти серебряным.

Все довольно просто.

Вот только у меня самой пока не было ничего из этого.

Наконец, я нашла лавку со скромными украшениями. Здесь продавались и бижутерия, и серебряные серьги, и даже несколько золотых колец. И только одна серебряная брошка с одной белой жемчужиной в центре. Стоила она на удивление дорого - восемь серебряных монет.

Я для вида потрогала пару украшений, а потом все-таки решилась спросить у пожилого мужчины-продавца, может ли он купить у меня жемчужину. Продавец, на мой взгляд, отреагировал довольно бурно, сначала явно удивившись.

Потом, посмотрев по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слышит, пригласил пройти внутрь лавки и закатил туда прилавок с украшениями.

В тёмной внутренней комнате, заваленной коробками, он долго вертел жемчужину в руках, прищелкивая языком. Я на всякий случай вытащила только одну и без раковины.

- Розовый жемчуг, розовый жемчуг, - бормотал он, пристально разглядывая мою довольно крупную жемчужину. - Настоящий королевский подарок, если одеть в золото. Откуда у тебя такая красота?

- Да вот, бабушка в наследство, на свадьбу мне оставила, померла она, - решилась я выдать такую версию. - А я сама нездешняя, деньги нужны, вот и продаю.

- Надо же, старый жемчуг, значит, а выглядит таким свежим, таким ярким, - задумчиво проговорил он. - Вот что значит речной жемчуг, никогда не стареет. Совсем они исчезли, эти жемчужницы.

Я молчала, мысленно испытывая муки совести. Похоже я в той реке, где добыла эти раковины, уничтожила местообитание редкого вида.

С другой стороны, этот мир сам мне их предложил.

- И раковина есть?

- Нет, - решила не рисковать я, - Раковины нет. Только одна жемчужина.