Я не человек... Поглотители эмоций

Глава 19

 Когда я была маленькой, то часто просила маму почитать мне книги про мистических существ. Особенно я любила книги о вампирах, что, впрочем, неудивительно… В рассказах про вампиров писали о замках, в которых есть потайные комнаты и на каждом шагу с главным героем могло, что-нибудь произойти. Это так завораживало. Каждый раз после прочтения таких книг, я ходила по дому на носочках, чтобы на попасть в ловушку и верила, что по всему дому есть потайные места. Самым тайным и недоступным для меня был кабинет отца. Он постоянно был закрыт, поэтому мне казалось, что эта комната была полна вещей из книг. Повзрослев, я поняла, что это всё лож и ничего такого не существует, но после того, как мы зашла в кабинет и мама убрала картину, я снова поверила в книги, которые читала в детстве.

 За картиной было… Ничего. За ней ничего не было.

- Что? Зачем ты убрала её? – я подошла и провела рукой по стене. – Тут же ничего нет.

- Тут нет, а здесь да. – она положила картину на стол и разобрала её. – Ты думаешь, что всё так просто? Сделать сейф под картиной может каждый, а вот положить его содержимое в раму от неё -нет. – я удивлённо наблюдала за происходящим. Под рамой картины была маленькая книжечка.

- Что это?

- Это тайна наших сил. – она крутила её в руках, не решаясь отдать мне.

- У них есть ещё тайна?

- Конечно… Держи… - мама передала мне «тайну наших сил». Было заметно, что этой тайне много лет. Бумага пожелтела, в некоторых местах она порвана. Я ознакомилась с ней, быстро пролистав её и подняла глаза на маму.

- Страница 167. Открой её. – я открыла нужную страницу и зачитала оглавление.

- «Признаки влюблённости Поглотителей эмоций». Что? А-ха-х… Что за бред? … Ха-х. это смешно. – я начала размахивать книгой, чтобы стало не так жарко. Мама внимательно смотрела на меня и ничего не говорила. – К-х-м… - я раскрыла её снова и продолжила читать. – «Главный признак влюблённости поглотителей – это не контроль своей силы. Во время настоящий любви, вы, становитесь уязвимыми эмоциям простых смертных, тем самым чувствуете свою силу на себе, но не поглощая её.» - я остановилась. – Что это значит? – собрав и повесив картину обратно, мама посмотрела на меня.

- Ну… Ты стала уязвимой и теперь тоже чувствуешь страх.

- Это опасно!? – я бросилась к ней и схватила за плечи. – Со мной что-то произойдёт из-за этого!? Нет! Я не хочу этого! Я…

- Элис. Эли… - мама старалась отцепить меня от себя. – Элис! Приди в себя!

 Я перестала трясти её и облокотилась на папин стол. 

- Милая, пойми с тобой уже ничего не произойдёт. Успокойся. Тише. – моё дыхание начало налаживаться. – Не бойся, всё хорошо…

 Я резко встала ровно и опять быстро задышала.

- Что со мной теперь будет? – спросила я еле слышным голосом.

- Доченька… Кроме чувства страха – ничего. И с ним ты сможешь совладать. Ты будешь…

- Почему вы не рассказали об этом сразу? – по моей щеке потекла обжигающая слеза.

- Эли…

- Что здесь происходит? Почему она в моём кабинете!? – я повернулась на голос.

- Папа? – вторая слеза.

- Что…? – он оглядел нас и подошёл. – Ты…

- Да, время пришло.

- Дорогая, - он вытер мои слёзы, - не плачь. Всё хорошо. Ты теперь человек, но всё ещё питаешься эмоциями. – папа обнял меня. – Ты сильная и сможешь к этому привыкнуть. В этом нет ничего страшного. Ты будешь – это чувствовать только рядом с этим человеком. Мы с твоей мамой живём так около двадцати лет, и ты сможешь. – он поцеловал меня в макушку и подошёл к маме. – Пойдём, пусть она побудет одна.

 После их ухода, я осталась одна в комнате, которая и вправду таила в себе тайны, вот только я была не очень рада, узнав их.

 Повторно вытерев лицо от слёз, я оглядела кабинет и села на гранатово-красный диван. Мысли в голове путались и цеплялись одна за другую. От этого она начала болеть ещё сильнее. После ухода родителей плакать не хотелось. Жажда узнать правду пропала. Я просто лежала на диване и смотрела в потолок. Тем временем мои ноги свисали с него, так как не помещались. Я пыталась открыть рот, чтобы поговорить сама с собой в слух, но у меня не хватило сил для этого, поэтому я говорила про себя.

«Я теперь человек? Но… я же не человек. Я… Я… человек. Теперь я человек… - я прокручивала слова отца у себя в голове, как песню на пластинке. Вроде уже и надоело, а вроде больше слушать нечего. – А что теперь? – я начала просматривать книгу из картины. – Пишут, что это несмертельно и на жизни это сильно не отразится. Хм… Может я зря переживаю? – я резко вскочила с дивана. – А может и не зря… - я начала ходить кругами. – Элис, ты слишком быстро меняешь своё мнение! На чьей ты стороне? Боже… Это всё рано не изменить теперь… Зато я убедилась в том, что правда люблю Стала. – на моём лице загорелась гордая улыбка. – Но это ведь не значит, что и он меня любит…?»

- Эли… - послышалось из-за двери. – Ты как? Мы с папой беспокоимся за тебя. – это была мама.

- Всё хорошо. – я подошла и открыла дверь. – Я пойду к себе.

- Конечно… Иди… - она не стала расспрашивать меня не о чём. Вот и славно.

 Надо рассказать обо всём Розе. Я сфотографировала 167 страницу и отправила ей. Она сразу же перезвонила. Обсудив и объяснив ей всё, мы закончили наш разговор. Лишившись эмоционально своих сил, я легла спать раньше. Утром меня разбудила мама, сказав, что нужно готовиться ко дню рождения. Пока я приводила себя в порядок, то всеми силами надеялась, что произошедшее вчера было с ном, но увидев книжку на письменном столе сделала вид, что не заметила её.

- Как себя чувствуешь? – папа сидел за столом пил горячий кофе и читал газету.

- Уже лучше, спасибо. В любом случае я увидела твой кабинет, поэтому я рада и этому.

- Ты так хотела его увидеть?

- Конечно! Ты же меня знаешь.

- Ну да. Ты очень любопытная. – мама поставила передо мной кружку чая и сладости. – Приятного аппетита.