Я не хочу умирать

ГЛАВА 6. Странности продолжаются.

Люба

Разборки стихли, словно отзвук бури, и мы, наконец, заняли свои места за столом. Отец, как и подобает главе семейства, восседал во главе, слева от него робко примостилась мама, а справа –тетушка Мария. Мы с братом расположились напротив друг друга, словно по разные стороны баррикад. Игнат испепелял меня взглядом, но ни единого слова больше не проронил.

Все набросились на еду с жадностью, будто нас неделю держали на хлебе и воде. Завтрак проходил в тягостной тишине, нарушаемой лишь стуком приборов. Но даже в этой гнетущей атмосфере нельзя было не оценить кулинарный талант повара. Одна только манная каша с кусочками сочных, спелых фруктов чего стоила! А я ее с самого детства обожала, особенно с комочками.

Когда отец отодвинул тарелку и взял в руки графин с компотом, тишина, наконец, была нарушена.

– Полагаю, Мари права. Нам стоит съездить в Академию Магии и обратиться к Ричарду Смиту с просьбой о проверке дара. А насчет обращения к архимагу – ваша тетя абсолютно права. Не успеешь шепнуть что-то в углу, как на другом конце города уже будут кричать об этом во все горло. Так что заканчиваем с завтраком и выезжаем.

– А я? – Игнат растерянно посмотрел на отца, в голосе звучала неприкрытая обида.

– Пап, давай и его с собой возьмем! Пусть развеется, съездит в Академию. Ведь ему скоро тоже предстоит там учиться.

– Игнат, у тебя сегодня занятия?

– Да! – буркнул брат, насупившись.

– Хорошо, поедешь с нами, а занятия перенесем на послеобеденное время.

Лицо Игната мгновенно преобразилось, озарившись довольной улыбкой. Он окинул меня благодарным взглядом и еле слышно прошептал одними губами: «Спасибо!» В ответ я улыбнулась и, слегка наклонившись, потрепала его по голове, взъерошив и без того растрепанные волосы.

– Володя! – строго одернула меня мама.

– Ничего, Ириш. Пусть посмотрит, как живут студенты, чем занимаются.

– Вы поезжайте, а ко мне сегодня модистка приедет, вот и пообщаемся! – в голосе мамы прозвучала едва уловимая обида.

Отец внимательно посмотрел на нее и что-то тихо прошептал на ухо. Мама зарделась и потупила взор.

Полчаса спустя наш магмобиль мчал нас в сторону Академии Магии. Я неплохо знала город, поэтому с интересом разглядывала его достопримечательности, мелькающие за окном. Наш дом располагался на Петроградской стороне, на улице Зверинской, которая в этом мире носила свое старое название – Большая Никольская. Проехав немного дальше, мы свернули на набережную. С правой стороны открывался вид на Заячий остров, над которым, сверкая золотом шпиля и куполов, возвышался Петропавловский собор – архитектурная жемчужина города. Дата закладки крепости – 27 мая 1703 года – считалась датой основания Северной столицы в старом мире. Когда это произошло в новом мире, я не знала. Но увиденное за окном кареты лишь подтверждало мои мысли: большинство событий, произошедших в России, повторялись и здесь, хотя и не всегда в строгой хронологической последовательности.

Архитектура столицы завораживала своим великолепием. Каждое здание, выдержанное в едином стиле, словно кричало о силе, могуществе и процветании Империи.

Я не была на окраине города, но почему-то была уверена, что и там все не так уж плохо. Как же я ошибалась… Лишь позже я узнала, как на самом деле обстоят дела в Великороссии….

Миновав Александровский сад, карета остановилась перед витыми железными воротами.

– Прибыли! – выдохнул отец. В его голосе чувствовались тревога и волнение. Мне вдруг стало так жаль его, что на глазах невольно выступили слезы. Что-то в последнее время я стала слишком эмоционально на все реагировать.

Легкий толчок в бок, которым меня наградила Мари, заставил меня прийти в себя. Отец первым вышел из кареты и помог нам спуститься, а затем и Игнату. Я широко распахнула глаза и с нескрываемым восторгом уставилась на здание Академии. Лишь одно слово вырвалось из моих уст:

– Вау!

Это было нечто фантастически красивое и в то же время могучее и величественное. Белокаменное здание Академии Магии завораживало взгляд и поражало воображение своими золотыми шпилями, устремленными в небо, резными дубовыми дверями и изящными арками. Все было продумано до мелочей, каждый элемент занимал свое, предназначенное только для него место. Казалось, что вон та стена, украшенная мозаикой, или фонтан перед входом в Академию, просто не могли находиться где-либо еще.

– Дочь, ты смотришь на здание учебного заведения с таким восхищением, словно видишь его впервые?! – произнес отец, смеясь и отвлекая меня от созерцания архитектурного шедевра.

Очередной толчок от Мари вернул меня в чувство.

– Не впервые, конечно, но я никогда не перестану восхищаться этой красотой, – ответила я.

– Я тебя понимаю! Пойдемте, я уже отправил сообщение на почтовый ящик, что мы скоро будем. Так что нас уже ждут.

– Почтовый ящик? – растерянно переспросила я.

– Молчи, – процедила сквозь зубы тетя, и я послушно замолчала.

– Ну да, еще из кабинета!

Что бы вы подумали, если бы речь зашла о почтовом ящике? Первая ассоциация – электронное письмо. Вторая – обычный железный ящик, висящий на первом этаже каждого подъезда. Но в действительности все оказалось куда интереснее. Почтовый ящик здесь представлял собой искусно выполненный деревянный ларец, через который можно было отправлять не только письма, но и небольшие бандероли. И, конечно же, все это работало на магии. Об этом мне успела рассказать Мари, пока мы поднимались по мраморной лестнице на третий этаж, где располагался кабинет главы Академии.

Помещение, которого так боялись все студенты, не отличалось особой роскошью. Оно больше напоминало кабинет высокопоставленного чиновника: массивный стол из мореного дуба, шкафы, доверху заваленные бумагами, книжные полки, ломившиеся от книг и свитков. Дополнительный стол и стулья для сотрудников стояли перпендикулярно хозяйскому. Но все это меркло перед личностью ректора – господина Смита.