Я не хочу умирать

ГЛАВА 7  Неприятная встреча в академии магии.

Люба

Мы вернулись в кабинет, и все молча наблюдали, как ректор, словно загнанный зверь, мечется из стороны в сторону, то и дело резко поворачивая голову то вправо, то влево. Наконец, будто приняв какое-то важное решение, он остановился прямо перед отцом.

— Признаться честно, друг мой, я подобного никак не ожидал. Дар у нее не просто сильный, а чудовищно мощный, и как совладать с такой силой, мне еще предстоит поломать голову. Магия Земли, что вполне предсказуемо, учитывая твое владение стихией, но… есть в ней нечто большее. Пока я не разберусь, пусть это останется нашей с тобой тайной. Я зачисляю твою дочь на первый курс академии без каких-либо вступительных испытаний.

Не дожидаясь ответа отца, он направился к большому сейфу, стоявшему в углу кабинета, и извлек оттуда изящный браслет из червонного золота.

— Это частичный блокиратор, но он совсем не похож на те, что носят наши студенты. Он был изготовлен на заказ, но… так и не пригодился. В этот момент лицо главного мага словно окаменело, на нем промелькнула тень болезненного воспоминания.

Видимо, история, которую ректор предпочел умолчать, бередила его душу. Подойдя ко мне, он застегнул блокиратор на моем левом запястье.

— Через две недели жду вас, сударыня, в стенах моей академии. Браслет не снимайте ни при каких обстоятельствах! Он не станет помехой в управлении магией, его основная задача – поглощение избыточной энергии, чтобы избежать неконтролируемых выбросов.
— Благодарю вас, господин Смит.

— Список всего необходимого для обучения я отправлю твоему отцу на ящик.

— Спасибо, друг, что принял нас. Зная твою занятость, мы не будем больше отвлекать тебя от дел. Прости за этот инцидент с определителем. Скажи, сколько нужно перевести на ремонт?

— Оставь, — махнул рукой ректор. – Как-нибудь разберусь сам.

Мы поднялись, готовые покинуть кабинет, но Мари осталась стоять на месте. Встретив вопросительный взгляд отца, она пояснила:

— Мне необходимо задать господину ректору несколько вопросов личного характера. Вы не ждите, спускайтесь к карете.

Отец кивнул и вышел, а следом за ним последовал Игнат. Как только мы оказались в коридоре, я решила дождаться тетю здесь. Мне не терпелось, чтобы без лишних ушей задать ей терзающие меня вопросы, возникшие с самого момента нашего прибытия в академию.

— Папа, вы идите, я подожду тетю Мари здесь.

— Хорошо, мы будем ждать возле кареты, — кивнул он в ответ и, подтолкнув Игната, направился к лестнице.

Я же подошла к окну, желая окинуть взглядом территорию академии с высоты птичьего полета, но мне не суждено было полюбоваться пейзажем. Чья-то сильная рука внезапно схватила меня и грубо развернула. Взгляд темных, как горький шоколад, глаз впился в мое лицо. В них клокотала такая буря эмоций, что я невольно поежилась: ненависть, ярость, презрение в смеси с отвращением. Кто это вообще такой и что ему от меня нужно? За то время, пока болезнь пожирала меня изнутри, чувство страха куда-то исчезло. Почти смирившись с мыслью, что мне осталось недолго, никакого испуга не было, но этот взгляд заставил содрогнуться. Я привыкла давать отпор подобным мажорам.

А в том, что это сыночек «богатенького буратино», можно было не сомневаться. На нем был короткий сюртук и узкие брюки черного цвета, сшитые из дорогого сукна, белоснежная шелковая рубашка и баснословно дорогие часы, но даже не это привлекло мое внимание: юноша был увешан артефактами, словно новогодняя елка. Не знаю, откуда я это знала, но чувствовала, что права. Справившись с первым порывом страха, я холодно спросила:

— Представьтесь, сударь. Кто вы и что вам от меня нужно?

— Хватит прикидываться дурочкой, Люба. Неужели не узнала своего жениха?

О-о-о, кажется, я не признала Демидова, и это задело его самолюбие. Как его там звали? Кажется, Никита. Впрочем, ошибусь – невелика беда.

— Простите, но у меня нет жениха! — четко произнесла я и попыталась вырвать свою руку, но безуспешно. Его хватка была слишком сильна.

— Это еще ничего не значит. Слишком гордая стала, как твой отец нашел руду? Не тебе, жалкой ничтожности, выбирать… — начал он и запнулся на полуслове, заметив на моем запястье золотой браслет.

Любопытно было наблюдать, как на его лице одни эмоции сменяются другими – недоверие, растерянность, злость – все смешалось в единый клубок.

— Откуда это? Ты украла его? В его взгляде вспыхнули новые оттенки: не только паника и волнение, но и испуг. И это меня озадачило!

— Пошли к ректору, — рявкнул он.

Терпеть не могу, когда на меня повышают голос.

— Немедленно убери от меня свои загребущие руки, — прошипела я, словно взбешенная анаконда.

Но казалось, что я разговариваю с каменной глыбой, на которую мои слабые протесты не произвели ни малейшего впечатления и были подобны комариному укусу в пятую точку слонопотама.

— Немедленно отпусти мою племянницу, — услышала я за своей спиной пронизывающий холодом голос тетушки.

— А что будет, если я не отпущу? — самодовольно осклабился он.

"В принципе, довольно симпатичный парень: лицо без намека на смазливость, прямой высокий лоб, ясный взгляд карих глаз, аккуратный нос, красиво очерченные губы и дивные, густые светло-каштановые кудри", — невольно отметила я. "Но характер взрывной, да к тому же еще и прескверный".

— Я не студентка, и имею полное право использовать магию, — усмехнулась Мари в ответ.

— Еще один Самойловский выкидыш с неактивной магией, — расхохотался он.

Я ожидала, что Мари немедленно выйдет из себя, но она меня очень удивила. Она произнесла какое-то непонятное заклинание, и одежда на юноше начала стремительно уменьшаться, словно сдавливая его тело в тиски. До этого самодовольно улыбавшийся юноша резко замолчал и, прищурив глаза, попытался избавиться от заклинания, но у него ничего не вышло. Одежда сжалась настолько сильно, что ему стало нечем дышать.