Я не хочу умирать

ГЛАВА 13  Первые знания о мире

Люба

Мария, словно тень, последовала за мной в академию. Я ощущала себя в неоплатном долгу перед тётей, не просто за то, что она помогла мне обрести почву под ногами в этом странном мире, но и за её неизменное присутствие рядом. Первым делом Мари провела для меня экскурсию по академии, а затем повела в свою лабораторию, приютившуюся на факультете целителей. Именно здесь постигали таинства зельеварения, создавая эликсиры на все случаи жизни. Колдуны, артефакторы и даже воины касались этой науки, но целители владели самыми глубокими её знаниями.

Небольшая комната напоминала скорее алхимическую мастерскую, нежели школьный кабинет химии. Вдоль стен выстроились шкафы, с прозрачными и глухими дверцами, скрывавшие сонмы химических реактивов. Особо опасные ингредиенты томились в отдельных, укрепленных хранилищах, над которыми нависали вытяжные шкафы. В центре комнаты возвышался демонстрационный стол с раковиной, окруженный двумя подкатными тумбами. За парой сервантов, где хранились важные документы, пряталась уютная ниша – «уголок для отдыха», как её называла Мари. Здесь примостились мягкий диван, журнальный столик с электрическим чайником и два кресла, словно приглашая к неспешной беседе.

— Присаживайся, сейчас принесу сладости, и мы поговорим.

Мари упорхнула, а я принялась изучать обстановку. В этом месте царила какая-то умиротворяющая атмосфера, располагающая к отдыху после напряженного дня. А учитывая, что тёте приходилось готовить оборудование для лабораторных работ, времени на передышку у неё оставалось немного. Вскоре она вернулась, поставила передо мной тарелку с печеньем и шоколадными конфетами, и, присев рядом, наполнила чашки ароматным чаем.

— Я чувствую твою нервозность, Любаша. Успокойся, всё уже позади.

Она легонько погладила меня по плечу.

— Я впервые почувствовала себя такой растерянной, — задумчиво проговорила я. — Два связанных головореза лежат в моей комнате, вы все погружены в искусственный сон, а я совершенно беспомощна. И вдруг меня пронзила мысль: что бы я делала, если бы с родителями или с тобой случилось что-то ужасное? Мне стало страшно, Мари, по-настоящему страшно! Я никогда не чувствовала себя такой одинокой и уязвимой, — слёзы невольно навернулись на глаза.

Осознавая, что это запоздалая реакция на пережитое ночью, я не смогла сдержать всхлип. Мари, как добрая волшебница, придвинулась ближе, обняла меня и прижала мою голову к своей груди. Размеренный стук её сердца принёс успокоение измученным нервам.

— Порой я просто поражаюсь тебе, племяшка! То ли мир, в котором ты росла, то ли неукротимый дух рода взыграл в тебе, но ты выросла сильной и независимой личностью. Даже в минуты отчаяния, когда тебя терзают сомнения и страхи, твой разум отметает все условности и стереотипы. Доказательство тому – ты была готова встретить смерть с гордо поднятой головой. А все испытания, что выпадают на твою долю, не только закаляют тебя, но и дают возможность стать еще сильнее. Той Любы уже нет… Кстати, я навещала её во сне. Она чувствует себя прекрасно, привыкает к новой жизни, ей там очень нравится…! – Мари лучезарно улыбнулась.

— Я рада, что хотя бы у неё всё хорошо…!

— Выше нос, племяшка!

Она шутливо нажала пальцем на кончик моего носа, и я невольно рассмеялась. Так мама делала в детстве, когда хотела поднять мне настроение.

— Может быть, мне следовало остаться дома, вместо того, чтобы ехать в академию…?

— Нет, Любаша! Я продумала все возможные варианты, и скажу тебе честно: дома нас ждёт ещё больше опасности! – с грустью в голосе ответила тётя. — Демидов в ярости, и к его злобе присоединились и другие, жаждущие заполучить тебя в свой род. Павел Алексеевич, не желает ни с кем делиться «своим», а он считает тебя уже своей, пойдет на всё, даже на убийство твоих близких.

— Знаешь, о чём я сейчас думаю? – задумчиво произнесла я.

— О чём?

— Как жаль, что у меня нет артефакта, который мог бы перенести меня назад во времени. Это был бы мой запасной выход. А так, я просто не знаю, что делать…

— У Самойловых много врагов, но запомни: главный из них – Демидов, с его ненасытным интересом к рудникам брата. Ладно, сегодня я еще раз попробую заглянуть в будущее, но этот ритуал настолько энергозатратный, что после него я очень долго прихожу в себя. А теперь допивай чай, и я покажу тебе наш дом.

Мы вышли из лаборатории и по тенистой аллее направились к видневшейся невдалеке башне. За ней располагались небольшие домики для преподавателей, в одном из которых поселилась Мари. Ректор решил поселить нас вместе, чтобы тёте не было скучно, а мне было легче привыкнуть к студенческой жизни.

Ухоженные деревянные домики с четырехскатными крышами стояли в ряд, словно сошедшие с конвейера. Различались они лишь номерами, прикрепленными под крышей. Мы поднялись по широкому крыльцу с тремя ступеньками и оказались в узкой прихожей, а затем в гостиной.

Переступив порог, я застыла в изумлении, не понимая, как такое возможно. Домик снаружи казался крошечным, от силы пятьдесят квадратных метров, а сейчас я стояла в просторной гостиной и не могла сопоставить размер дома и комнаты. А если еще учесть кухню и спальни…! Как такое может быть?

— Ты удивляешься всему, словно маленький ребёнок, — усмехнулась тётушка. – Когда не хватает места или нужна дополнительная комната, используют пространственную магию. Пошли, покажу тебе твою комнату.

Мы пересекли гостиную и вошли в узкий коридор, где располагались четыре двери. — Это моя комната, дальше идет кабинет, напротив моей – твоя спальня, а рядом с ней библиотека. Никаких гостевых комнат и тому подобного нет. Ванная и туалет – в комнате. Тебе, привыкшей к жизни в своём мире, это покажется роскошью, — подмигнула она.

— Ты права, меня это более чем устраивает.

Кто-то, возможно, и обиделся бы на слова Мари, но не я. В её словах не было ни намёка на желание задеть меня, лишь констатация факта.