Я (не) люблю свою жену

8

Я даже не успела осознать всю мерзость финальной фразы Сотникова, когда передо мною мелькнул Хромов, который бросился на Юру. Пара метких ударов, голова мужа дернулась сначала в одну сторону, затем - в другую, а бутылка недопитого шампанского приземлилась на пол. Но не разбилась, а покатилась, расплескивая содержимое.

Какое-то время я наблюдала за этим с невесть откуда взявшимся интересом, потом перевела взгляд на мужчин. Сотников смотрел в ответ со злой насмешкой, а Арсений - с беспокойством, явно написанном на лице.

- О! - поднял вверх палец Юра и сплюнул на пол кровь. - Оказывается, у вас уже все настолько серьезно!

Этот идиот разыгрывал спектакль, и последнее, чего мне сейчас хотелось - оставаться здесь и дальше. Пожалуй, за кофе для родителей заедем на ближайшую заправку, иначе наше дальнейшее пребывание здесь может закончиться чем-то плачевным.

- Идем, Ира… - взяв меня под локоть, проговорил Хромов.

Он потянул меня к выходу из ресторанчика, и я послушно зашагала следом за Арсением. Мы даже сумели проделать весь путь без происшествий, однако когда я переступала порог, муж меня окликнул:

- Ир!

Мне совершенно не стоило оборачиваться, ведь все было ясно без лишних слов. Но я инстинктивно повернулась на голос Сотникова и услышала:

- Если не хочешь разойтись по-хорошему, будет по-плохому.

Он открыто угрожал, не утаивая своих истинных намерений. Но, по правде говоря, напугать меня подобным было невозможно. Дочь и муж уже сотворили со мной такое, чего не делают даже с самыми злейшими врагами. Так что опасаться было уже нечего…

- Я же вышла за тебя замуж, - пожала плечами, - следовательно - со мной уже случилось все самое плохое, - не осталась я в долгу.

И прежде, чем Юра бы выдал новую порцию каких-нибудь отвратительных фраз, позволила Арсению, что настойчиво тянул за руку, увести меня прочь.

Ни слова не говоря друг другу, мы прошли к комнате родителей. Они, как оказалось, уже поднялись и собрались. Договорившись, что мы заскочим на заправку, где и перекусим, чтобы они не отправлялись в путь голодными, мы быстро погрузили вещи в машину Арсения и уехали.

И только когда оказались на безлюдном в этот ранний час шоссе, я смогла немного расслабиться. Правда, с расслаблением пришло то, чего я боялась - через разрушенную плотину защитных барьеров хлынули настоящие эмоции. Однако удалось очень быстро взять их под контроль, чтобы не шокировать родителей и Хромова водопадом слез.

Их я себе позволю чуть позже и на небольшой промежуток времени. Потому что все было кристально ясно - мне действительно стоило готовиться к худшему.

Ведь как бы то ни было, а история с моим разводом только начиналась…

***

- Юрочка! Кто же это сделал? - ужаснулась Ульяна, что бросилась к нему, когда Сотников немного проспался в комнате, которую покинула жена.

К любимой он не пошел намеренно - не хотелось будить. В последнее время эта девочка, в которую он так безумно влюбился, занимала все его мысли. Это были какие-то особенные чувства. Когда Юра понимал, что все совсем не так, как было с Ирой, потому что в эмоциях было нечто, схожее с отцовскими ощущениями. Однако он быстро научился ловить «на подходе» и задвигать эту часть бессознательного куда подальше.

Он - мужчина. А Ульяна молоденькая, но все же женщина. Это сейчас ей двадцать один, но время летит быстро. И, как испокон веков принято в обществе, в тридцать лет она будет считаться уже очень взрослой, а ему к тому моменту будет «всего лишь» пятьдесят семь.

- Партнер мой… хренов, - чертыхнулся Сотников.

Хромов все же разбил ему скулу, и теперь она опухла довольно ощутимо. С другой стороны, видеть беспокойство на лице любимой было очень приятно. Главное только чтобы это чувство с ее стороны держалось в определенных границах, чтобы не навредить ребенку.

- Но это ничего… Было ожидаемо, что Ира тут же бросится искать себе защиту.

При упоминании его жены на лице Ульяны мелькнуло беспокойство, и он тут же ее заверил:

- Не волнуйся! Они уже уехали. Остались только мои мама с папой, Ритка и ее подружки. Мы проведем этот день спокойно.

Он привлек ее к себе, и она трогательно прижалась к его груди. За такие моменты можно было и душу дьяволу отдать, а не то что уйти от жены.

- Я так переживала, - всхлипнула Ульяна. - Но мама меня поддержала. И Тим тоже…

Сказав это, Уля напряглась всем телом, и в душе Юры зародилось дурацкое чувство неосознанной тревоги, которой он пока не мог дать названия.

- Я поговорю с ним, чтобы он больше на тебя не набрасывался! - заявила Ульяна, запрокинув голову.

Об Ирине и том, что будет происходить дальше, они пока не говорили. Да и не знал пока Юра всех нюансов. В его представлении они просто садились с женой и беседовали о разводе, после чего решали, как и что будут делить во время судебных тяжб. Да и не тяжбы бы это были… так, формальность.

Но теперь все, видимо, пойдет совсем по другому сценарию.

- Я сам с ним поговорю, любимка, - пообещал Сотников. - Он верно поступил, защищая дочь, - усмехнулся Юра.

Ульяна натянуто улыбнулась, но когда он вопросительно вскинул бровь, пояснила:

- Просто я голодная такая… Ни о чем другом думать не могу.

Сотников прикрыл глаза и тихо рассмеялся. Способность Ульяны разрядить обстановку была выше всяких похвал.

- Тогда пойдем. Там, на кухне ресторана, еще очень много всяких разносолов.

Ира-дура даже салаты свои не забрала, когда бежала из комплекса, как крыса с тонущего корабля. Но даже если что-то и шло ко дну - так это вовсе не его жизнь. Поэтому сейчас стоило плотно и вкусно поесть, а уже потом обсуждать те моменты, которые могли подождать.

Через пару минут они с любимой вовсю уплетали весьма сносную стряпню Ирины. Хоть за это ей спасибо…