Я (не) люблю свою жену

9

Вернуться в квартиру, из которой еще вчера уезжала, полная радостного предвкушения от прекрасных выходных, оказалось тем еще испытанием.

Как только мы отвезли родителей домой, меня стало накрывать осознанием, что я даже думать не хочу о предстоящих событиях, что последуют за настигшими меня новостями.

То, что мы с Юрой станем разводиться - в этом сомнений не было. Даже если бы оказалось, что Ульяна от него не беременна, а у них просто была интрижка, и Сотников бы стал бегать за мной и падать на колени, моля о прощении, и в этом случае я бы твердо стояла на своем. Развод и никаких обсуждений на эту тему.

Но одно дело быть свято уверенной в том, что нас ждет расставание, и совсем другое - принять эту новую реальность. Осознать ее, встроить в свое ощущение изменившегося мира и жить в ней счастливо. Над последним придется особенно потрудиться.

- Я не стану тебе докучать, но сумки донести помогу, - сказал Арсений, остановив машину возле подъезда.

Даже привычная глазу темно-серая дверь сейчас казалась какой-то унылой и мрачной.

- Ты не будешь докучать. И уж кофе вместе точно стоит выпить, - вдруг выдала я фразу, которая прозвучала весьма неожиданно.

Хромов кивнул в ответ, вышел из машины, и через пару минут мы поднялись в мой дом… Который тоже казался каким-то другим, словно мне его подбросили из параллельного мира.

Но я заставила себя собраться, быстро сварила кофе, аромат которого поплыл по пространству и хоть немного встряхнул, после чего разлила напиток по чашкам и устроилась напротив Арсения.

Не знала, о чем с ним говорить, но Хромов пришел мне на помощь и в этом случае.

- Я так мыслю, что партнером твоего мужа быть перестану, - проговорил он. - Не сразу, конечно, но постепенно наше сотрудничество сойдет на нет. Поэтому я думаю о том, что хочу предложить партнерство другому человеку. Тебе.

Столь внезапный курс, который приняла наша беседа, сбил с толку. Я даже чуть глотком кофе не подавилась и посмотрела на Арсения с недоумением.

- У меня нет никакого бизнеса, - подернула плечами. - Я просто директор ресторана.

- И хочешь открыть свое дело, - с намеком, который был размером со слона, проговорил Хромов.

- Но у меня нет на это финансов… - продолжила я озвучивать очевидные вещи.

- Для этого и нужны партнеры, - улыбнулся Арсений.

- Партнерство - это общий вклад. А у меня накоплений хватит от силы на путевку в жаркие страны.

Хромов сделал глубокий вдох, и я почувствовала себя глупо. С одной стороны, перспектива заняться собственным бизнесом, о котором я мечтала, была настолько притягательной, что я даже думать о ней опасалась. С другой - я не врала, когда говорила, что финансов на свое дело у меня попросту нет.

- Есть кредиты, Ира… Да и раздел имущества включает в себя не только распил общих квадратных кухонных метров, - он обвел пространство взглядом. - Но и дележку фирмы мужа, скажем.

Допив кофе, Хромов поднялся из-за стола, показывая тем самым, что разговор закончен. Причем он намеренно сделал остановку именно на озвученной мысли, давая мне возможность ее обдумать наедине с собой.

Я ведь даже в больных фантазиях не могла допустить, что мы с Сотниковым дойдем до развода и последующих судебных тяжб. Но до сего момента, если бы я стала обмозговывать такую вероятность, наверняка решила бы великодушно не претендовать на бизнес Юры.

Он получил первый капитал на организацию своего дела от родителей, а потом работал, как проклятый, чтобы приумножить доход. Так что в моем представлении только Сотников и владел своей фирмой.

Однако сейчас, когда меня очень грязно предали, все акценты расставлялись иначе…

- Спасибо за ликбез, Арсений, - поблагодарила я Хромова, провожая его до выхода из квартиры.

- Не за что, Ирина. Звони мне в любой удобный момент.

Он выудил из кармана пиджака визитку, которую протянул мне. После чего вышел из квартиры, оставив мне просто сонм самых разнообразных ощущений.

И пока я обладала возможностью побыть в одиночестве и о многом пораздумать - собиралась использовать эти мгновения с максимальной для себя выгодой.

Вечером домой вернулись Юра и Рита. Вошли в квартиру, переговариваясь и веселясь, как ни в чем не бывало. При этом дочь, когда я выглянула из кухни, где сидела и изучала кредитные предложения банков, посмотрела на меня волком. Видимо, виноватой во всем случившемся Маргарита считала меня. Мол, я не сдержалась и обнажила нелицеприятную правду. А тот факт, что основным источником дерьма в нашей жизни стал ее изменщик-отец, Рита как-то из виду упускала. Причем намеренно.

Когда же дочь ушла к себе в комнату, а Сотников направился в нашу спальню, я остановила его окриком:

- Юра! Иди сюда!

Он приостановился, нахмурился, но все же просьбу выполнил. Пришел на кухню и посмотрел на меня с немым вопросом в глазах.

- Я надеюсь, ты не считаешь, будто мы просто продолжим жить, как раньше, и спать в одной постели, но как чужие друг другу люди? - вскинула я бровь, глядя в ответ с холодным спокойствием, на имитацию которого уходили все силы.

- Я не лягу с тобой в постель, не переживай, - усмехнулся Юра. - Буду спать на диване.

- Исключено! Моя комната останется моей. А ты… ночуй или на кухне, или у своей малолетки.

В глазах Сотникова заполыхал пожар. В нем даже сквозили нотки ненависти, что поражало меня до глубины души. Оказывается, возненавидеть человека, с которым прожил столько лет, можно за считанные мгновения. Или это происходило постепенно и сейчас просто вылилось в весь этот сюрреализм?

- Напомнить тебе о том, что квартира принадлежит мне, тебе и Рите? - уточнил Юра угрожающим тоном. - Или вспомнишь сама?

В долгу я не осталась. Решила не ходить вокруг да около и выдала в ответ:

- Напомнить тебе о том, что твоя фирма во время нашего развода будет подлежать разделу? Или вспомнишь об этом сам?