Я не согласна стать бывшей

Глава 1

Если тебе кажется, то тебе не кажется

— Вадим, ты не мог бы отвезти Милану на развивашку? У меня сегодня встреча с поставщиками в одиннадцать неожиданно образовалась и занятия в это же время, я просто физически не успею, если сначала поеду с ней туда, потом в офис, мне ехать полчаса.

Вадим сидел за кухонным столом, листая что-то в телефоне, и его большой палец двигался по экрану слишком быстро для того, кто просто читает новости. Я заметила это краем глаза, но не придала значения — в конце концов, у него работа, он всегда на связи, он начальник отдела логистики, и ему постоянно кто-то пишет, что-то согласовывает, что-то требует.

— В одиннадцать? — переспросил он, не поднимая головы. — У меня планерка в это время. Я мог бы попытаться успеть забрать её после занятий, но отвезти… не получится, извини. Попробуй перенести свою встречу.

— Центр же рядом с твоим офисом, пять минут на машине, — я поставила чашку перед ним и села напротив, туда, где обычно сидела Милана, когда завтракала перед садиком. — Вадим, ну пожалуйста. Я не могу перенести встречу, поставщики из другого города, они улетают в обед.

Вадим вздохнул. Стало понятно, что он ищет причину сказать «нет», но при этом не хочет выглядеть плохим мужем. Краем сознания я отметила, что с подобной интонацией мой муж вздыхать начал недавно, примерно полгода назад. Но уж очень часто и на любую мою просьбу. С чего бы это?

Развить мысль не получилось, потому что сначала надо было решить насущные проблемы – а именно доставку Миланы до развивающего центра.

Год назад я открыла небольшой интернет-магазин комнатных растений — «Лена и фикусы», смешно, да? — и теперь разрывалась между заказами, поиском надёжных поставщиков кашпо и редких сортов монстер, и попытками убедить себя, что я не зря это затеяла. Первые две недели продаж я спала по четыре часа, потому что днём упаковывала горшки, а ночью отвечала на вопросы клиентов, как ухаживать за азалией. Вадим тогда меня поддержал, хотя и считал, что идея провальная. Сегодня в одиннадцать у меня была встреча с оптовиками из Нижнего Новгорода — они привозили уникальные керамические кашпо ручной работы. Если я подпишу с ними договор, мой ассортимент станет самым красивым в городе. Если опоздаю — они улетят в обед, и конкуренты перехватят.

— Ну что ты молчишь? Неужели я прошу тебя о чем-то невыполнимом? Напоминаю, что это твой ребенок тоже.

— Ладно, — сказал он наконец, откладывая телефон экраном вниз. Раньше он никогда не клал телефон экраном вниз. Раньше он мог бросить его где угодно, и я могла в любой момент взять, чтобы посмотреть погоду или найти в его почте подтверждение брони — мы всегда делили всё, у нас не было секретов. Или мне так казалось. — Я её отвезу. Но ты забираешь.

— Хорошо, я заберу. Спасибо.

Я улыбнулась. Он не улыбнулся в ответ — просто кивнул и допил кофе большими глотками, как будто хотел побыстрее закончить и уйти. Сознание снова подало короткий сигнал, что что-то в отношениях не так. Его удалось проигнорировать – слишком ответственный день впереди, нельзя начинать его с негатива.

***

Милана вбежала на кухню растрёпанная, в пижаме с единорогами, с носком на одной ноге и без носка на другой. Ей через месяц исполнится семь лет, и она уже считает себя взрослой, потому что в сентябре идёт в школу, но при этом каждое утро теряет то носок, то заколку, то сменку, и я каждый день нахожу всё это в самых неожиданных местах: под диваном, в корзине для белья, один раз — в холодильнике. Кстати, я до сих пор не понимаю, как туда попал детский носок.

— Папа, ты меня отвезешь? — спросила она, взбираясь на колени к Вадиму. — Правда?

— Правда, — сказал он и поцеловал её в макушку. — А теперь слезай, мне нужно успеть собраться.

Милана сползла с коленей и озадачено уставилась на меня. Раньше отец мог обнимать её минуту, две, три, пока она не начинала вырываться. В этот же раз все выглядело иначе – у меня со стороны вообще сложилось впечатление, что Вадим дочерью тяготится. И эту мысль уже так просто прогнать не удалось.

— Я поехал до мойки, — сказал он, даже не посмотрев на меня. — Собери Милану, чтобы мне не пришлось ждать. Она, кстати, во сколько сегодня заканчивает?
— В двенадцать. Я сама заберу, ты не беспокойся. У неё потом логопед, в час.

Он кивнул, надел пиджак, висевший на спинке стула в прихожей, и я заметила, что пиджак выглажен — я не гладила его вчера, потому что он сказал, что сегодня не пойдёт в офис, а поедет на склад, там форма. Сам? Это выглядело странно, с учетом того, что Вадим ненавидел гладить одежду. Еще на этапе знакомства, когда отношения стали близкими, он перевесил эту обязанность на меня. А теперь взял и погладил? Или гладил не он?

Вадим вышел, хлопнув дверью. Я осталась на кухне, глядя в пустую чашку, на дне которой темнел сахар, не успевший раствориться до конца. Муж всегда мешал кофе до тех пор, пока сахар не исчезал, он терпеть не мог сладкий осадок. А сегодня выпил залпом, даже не помешав.

Или я просто не заметила, как он мешал. Потому что я смотрела на его телефон, положенный экраном вниз, и на его палец, скользивший по экрану слишком быстро для новостей.

Если я продолжу об этом думать, то рано или поздно сойду с ума.

***

— Пусть выходит, я через минуту подъеду, — Вадим даже не стал ждать, что я отвечу и завершил звонок.

— Милана, солнышко, пойдем, я провожу тебя до лифта, папа тебя встретит.

Отправив ребенка на первый этаж, я пошла к окну. Вадим вывел Милану из подъезда за руку, она что-то радостно щебетала — наверное, про то, что будет сегодня рисовать на занятии. Он открыл заднюю дверь, помог дочке забраться на сиденье, пристегнул.

И в этот момент — пока Милана возилась с куклой, которую взяла с собой, — он достал из кармана телефон. Я видела его профиль через стекло. Вадим стоял, привалившись к открытой задней двери, смотрел в экран и улыбался.

От этой улыбки по спине поползли мурашки – именно так Вадим улыбался мне тринадцать лет назад, когда мы только познакомились. И я точно знаю, что больше никому он так не улыбался – так можно улыбаться только тому, кого любишь. Проблема в том, что сейчас ему писала не я.