Я не такая!

Глава 26. Новости.

Агния.

- Боже… Что он здесь делает?!.. – растеряно шепчу чуть слышно, больше себе самой.

- Наверное, контроль за «принцессой». Вдруг опять что-нибудь выкинет… или по углам зажиматься будет…- сухо цедит Богдан, играя бровями и снова возвращаясь в свою ядовито-нагловатую манеру.

- Иди ты… - морщу нос в раздражении с огромной долей смущения.

Мои коленки дрожат. Лицо горит… Губы пылают…

Из-под челки кидаю неуверенный взгляд на Белова. Отчаянно хочу и вместе с тем боюсь встретиться с ним глазами, но волнуюсь зря.

Замер в шаге от меня, опустив голову, и похоже никакого смущения не чувствует. Краешек нижней губы чуть подрагивает, то ли нервно, то ли в усмешке.

Такое ощущение, что того что сейчас было и не было вовсе.

Лишь я стою, будто бы вынырнула из дымящегося паром гейзера. Воздух из легких вырывается рваным и горячим.

- Ребята, что здесь происходит? – пожилой мужчина оглядывает нас по верх очков. Во взгляде лед. Даже не верится, что «милый старичок» на «такое» способен. – Как можно?! Это нехорошо и … стыдно!!!

Сглатывает с волнением, от этого движения его морщинистый, всегда гладко выбритый подбородок начинает дрожать. Между бровей залегает глубокая складка, а губы сурово сжимаются.

Остро пробивает: мы сотворили что-то совсем нехорошее и особо неприличное.

Да мне самой хочется понять, что же произошло между нами.

Яростное столкновение из-за фотки, затем поцелуй…

Как это вообще вышло… Это же просто… поцелуи!!!!!

На мгновение жмурюсь до черных точек. И снова распахиваю ресницы, с особым интересом начиная рассматривать свои кроссы. Смотреть на Книгина или на одноклассника в данный момент нет сил.

В мозгу засело и бьет одно: мы по разные баррикады, а… поцелуи …

Но, конечно, не только…

Все совсем непросто!

Мы с Беловым совершили что-то из вон выходящее.

Хорошо еще остальной народ не объявился.

Был бы полный «пипЯо»!!!

Хочется прямо сейчас смыться подальше.

Но не прокатит.

Появившийся не вовремя Книгин упорно настроен на серьезный разговор.

И он не так уж прост.

Проявилась харизма волевого, очень уверенного в себе человека. Тем более, что в данный момент, она конкретно направлена на нас с Беловым.

Он давит. И это не нравится.

- Молодой человек! Да-да, я к вам обращаюсь!!!- Белов дернулся. - Даже в большей степени, чем к Агнии… Хотя она не меньше виновата в своей неудержимой наивности! - хрипловато выдает тираду, впиваясь взглядом в Дана. – Не хотелось бы верить, что ваше посягательство на покой юной девушки - это новый, более изощренный способ унизить и обидеть ее. Я понимаю, что семейная ненависть к ней не истребима, но должны же быть какие-то границы?! Ваши отработки здесь направлены на смягчение непониманий и обид. Особо добавлю: ваши родители полностью поддержали идею побудить вас более или менее спокойно сосуществовать в школе, хотя бы этот год. И что же, ваша компания опять замыслила гнусности?..

У Богдана вытягивается лицо.

Ни фи га се! – переглядываемся мы.

- Что??? Вы в чем меня обвиняете?! – недовольно бурчит Богдан, с каждым словом повышая тон. – То, что здесь происходит, оно только между нами. Вас и остальных это не касается. К тому же вы Черновой не родственник, и мы не обязаны перед вами отчитываться!

Стараюсь слишком не радоваться его неожиданным «мы» и «нас». Но почему-то – приятно…

- Я отвечаю за нее, юноша, - с прохладцей в голосе произносит мужчина. – И ответ буду держать перед ее бабушкой. Женщиной, которой я бесконечно предан. А вот вы, Белов, представляете для юной девушки особую опасность. Ваше поведение далеко от приемлемого.

Дан хмурится, но не перебивает. Я же пытаюсь понять, что на уме у старого библиотекаря.

- Ваша школьная вражда привела к нынешней ситуации с наказанием! Нехорошо. Старые слухи и человеческие безумные идеи всколыхнули половину города. И этому конца нет! Но что происходит между вами в данный момент???? – недовольно. - Вы отдаете себе отчет? В конечном итоге… «такие» вольности между вами просто невозможны! Они противоестественны!!!

Обдает жаром.

- Почему же?.. – вырывается у меня.

Встречаюсь с Даном взглядом. Вопросительно выгибает бровь.

Я сглатываю, краснея.

- Думаю, что… - замялся вдруг Книгин, неуверенно пожимая плечами. – Я не вправе сейчас говорить об этом. Придет время, все само… откроется. И не от меня. Нужно…

- Кому нужно? – перебивает резко Богдан. – Мне от вас совсем ничего не нужно! И вообще ни от кого!!! Просто отвалите. Идите по своим делам.

- Белов, прекрати! Не груби. - возмущаюсь я, испытывая неловкость перед пожилым человеком. - Василий Георгиевич, между нами ничего не было и нет. Это не новый подкол, обычное … недоразумение! – четко все проговариваю. Пытаюсь поверить в собственные слова.

- Ну, если ты так считаешь… - впивается тяжелым взглядом в мое лицо парень. – Вали и ты! Со всеми своими заморочками и тайнами. Все будет как было!!!

Разворачивается к выходу и, нарочно зло цепляя меня плечом, широким шагом выходит из старого крыла.

Остаюсь в коридоре с Книгиным вдвоем.

Вздохнув, снимает очки, протирает их и вновь водружает себе на нос.

Умные, встревоженные глаза вглядываются в мое лицо.

- Агния, это не должно повториться… Все и так сложно, запутанно. И лучше пусть все останется без новых взрывоопасных моментов. Думаю, ты сама понимаешь, о чем я говорю.

С печальной полуулыбкой продолжает смотреть на меня.

Ждет каких-нибудь слов, но их нет.

Еще не отошла от неожиданной стычки с Беловым, от его поцелуев.

От его резких перепадов настроения, то он бесится, то необыкновенно нежен…

И от моей реакции на него… на мой ответный отклик в конце…

Плыву в какой-то странной, двоякой эйфории.

С одной стороны, жуткое ощущение безумной, непонятной тайны в истории с фотографией, а с другой, новое и почти сумасшедшее чувство из-за губ и властных рук моего врага-одноклассника.