Я не твой смысл

Глава: 5

– Идем, – сказал он. Затем развернулся и вышел.

Я остановилась на пороге. Проем был открыт, как и все здесь, и это ощущалось правильным – так же, как гладкие стены и ровный свет. И все же внутри мелькнула странная мысль: это мои покои, мое личное пространство, а значит здесь должна быть дверь.

Мысль была тихой и быстро растворилась, потому что Циор уже начал спускаться. Я поспешила следом. Разум твердил, что мне нужно держать Циора в поле зрения, как единственную понятную точку опоры в этом новом пространстве. Но это тело не знало, что значит торопиться. Оно двигалось иначе – медленно, плавно, будто скользило по воздуху.

Мы спустились в самый низ.

Сад представлял собой открытую площадку, ограниченную низкими каменными бортами. Внутри был песок: мелкий, плотный, светлого оттенка, с редкими темными вкраплениями. Он лежал ровным слоем, без следов шагов, словно по нему давно никто не ходил.

Сад был полон женщин. Они стояли или сидели на невысоких каменных бортиках, обрамляющих песок. Их красота была холодной и абсолютной, как у выточенных из мрамора статуй, выставленных в идеальном, но безжизненном порядке.

Одежды на них были длинные, струящиеся. Ткани темные – оттенки песка, бронзы, черного с золотым отливом. Платья облегали фигуру, подчеркивая грудь, талию, бедра, и переходили в легкие прозрачные слои, которые тянулись за ними и мягкими волнами ложились на песок.

Одна из женщин, сидевшая на бортике, медленно повернула голову в нашу сторону.

Ее волосы были собраны в сложную прическу: гладкие у висков, они уходили назад и переплетались в плотные косы, уложенные вокруг затылка и закрепленные ажурной металлической заколкой, повторяющей изгиб головы. Платье с глубоким V-образным вырезом, прозрачными слоями и тонкой вышивкой металлическими нитями завершало ее идеальную форму.

Она встала и пошла к нам. Сначала посмотрела на меня – спокойно, вдумчиво, как смотрят на завершенную работу, – затем перевела взгляд на Циора.

– Я вижу мир, который ты создал. Он прекрасен. Ты материализовал сам покой, не оставив случайностям ни единого шанса. Мы благодарим тебя за сестру и принимаем ее. Мы сохраним этот дар в тишине.

– Что вы со мной сделаете? – спросила я, испытывая смутное беспокойство.

Я нахмурилась – вернее, попыталась. Мысль уже оформилась, но тело, как и прежде, отреагировало с запозданием. Пока импульс доходил до мышц, я успела передумать, и брови так и не сошлись на переносице. Лицо осталось спокойным, почти безучастным.

Женщина посмотрела на меня и чуть заметно улыбнулась.

– Для начала мы соберем твои волосы в прическу, – сказала она.

Ответ прозвучал безобидно.

Я медленно кивнула и, откликнувшись на ее приглашающий жест, ступила на теплый песок.

Песок под моими ногами сместился, линии нарушились, но стоило мне сделать шаг в сторону, как поверхность сразу же вернулась к прежнему рисунку.

Внутри меня на мгновение вспыхнуло живое удивление. Это было странно. И нелогично. Я тут же подняла взгляд и обвела сад глазами. Женщины были заняты своими волосами и оставались спокойны – для них в этом не было ничего необычного.

Я вернула лицу нейтральное выражение и с неожиданной ясностью поняла, как трудно заставить это лицо отразить хоть что-то, и как просто, почти без усилий, стереть с него любое проявление эмоций.

– Мое имя – Цаэ, – сказала женщина и указала на каменный бортик. – Присаживайся.

– Я Хиар, – ответила я и послушно опустилась на камень.

Она вставала за моей спиной. Ее пальцы коснулись моих волос и начали медленно разбирать пряди, проводя по ним гребнем от корней к кончикам. С каждым движением напряжение внутри меня ослабевало.

Дыхание стало ровнее. Плечи опустились сами собой. Тело расслабилось. И я закрыла глаза.

– Смотри перед собой, – сказала Цаэ, склонившись к моему уху.

Ее голос был тихим и ровным. Он не уговаривал и не приказывал, он просто задавал направление, которому не хотелось противиться. И я подчинилась.

– Не на женщин, – добавила она. – Не на пространство вокруг. Только на него.

Я подняла взгляд.

Я смотрела на Циора. Он стоял неподвижно и смотрел на меня так же прямо.

Пальцы Цаэ продолжали работать. Волосы собирались аккуратно, слой за слоем.

– Когда взгляд знает, где ему быть, мысли перестают метаться, – продолжила Цаэ. – Ты должна смотреть на своего Создателя как на абсолют. Он – причина твоего существования. А ты – его смысл.

Слова Цаэ еще звучали в воздухе, ровные и выверенные, когда во мне вдруг вспыхнуло другое – не принадлежащее этому миру чувство. Мысль была простой, почти бытовой. Из тех, что возникают сами собой у человека, который еще никому не принадлежит и не давал обещаний.

– То есть мне нельзя смотреть на других мужчин?

Пальцы Цаэ на мгновение замерли в моих волосах. Затем они снова продолжили собирать пряди в пучок, но уже чуть медленнее.

– Смотреть на них будет ошибкой. И в этой ошибке будет твое разрушение.