Я не твой смысл

Глава: 21

Я вошла в залу с киришем.

То, что я была здесь не одна, стало ясно сразу – по звуку, с которым жесткая оболочка кириша опустилась в металлическую чашу.

Я прошла несколько рядов, прежде чем увидела Шайира. Он стоял ко мне спиной, срывал кириш, опускал его в чашу и сразу тянулся к следующему. Ни поворота головы, ни паузы в движении – ничто не выдало, что он заметил меня.

Это почему-то задело.

Я молча взяла нож из соседней пустой чаши, прошла в следующий ряд и опустилась на колени, выбирая кириш для сбора.

Сначала было только ровное, упрямое желание делать хоть что-то руками, чтобы не думать. Затем пришла мысль – сказать что-то простое, признать, что я была резка и мне не стоило…

И тут же внутри что-то резко восстало.

Почему я должна извиняться перед эидом? Перед существом, чья раса уничтожила мою прежнюю жизнь. Мое тело. Перед тем, кто спокойно говорил о моем уничтожении. Перед тем, кто считает мои мысли «отравленными», а попытку выжить – угрозой их незыблемому порядку.

Почему я должна извиняться, когда их раса приставила нож к моему горлу?

Нет.

Это они должны просить у меня прощение.

Мысль была верной, и все же она не принесла облегчения. Напротив, давление в груди лишь усилилось. Казалось, будто кто-то медленно ввинчивал туда раскаленный шип.

Услышав тонкий, неприятный скрежет, я опустила взгляд на дрожащую руку. Я разжала пальцы и только тогда поняла, что они почти не слушаются меня. Команда была выполнена, но с запозданием, словно сигнал пробивался через несколько слоев сопротивления.

Лезвие выпало из руки. Я поднялась и пошла прочь – подальше от этого проклятого эида, подальше от мыслей о нем.

Я сделала несколько шагов к провалу. Внизу медленно двигался свет – холодное сияние скользило по камню, высвечивая тонкие линии, похожие на металлические жилы, вросшие в породу. Создавалось ощущение, будто колодец дышал, питая собой что-то невидимое.

Я села на самый край. Ноги свисали над пустотой, и если бы я наклонилась чуть сильнее, то просто соскользнула бы вниз.

Страха не было. Было лишь четкое понимание, что я могу ненавидеть их систему, могу злиться на него, могу лелеять свою правоту. Но это тело не выживет в одиночку. А значит, вариантов у меня осталось всего два.

Первый – смерть.

Я вынула заколку, распуская волосы.

Интересно… если вонзить этот шип в сердце, которого у меня нет, перестанет ли это тело существовать? И что станет со мной? Я обращусь в ничто – в пустоту, лишенную чувств?

Я поднесла шип к груди и слегка надавила, поймав себя на том, что рука больше не дрожит. Парадокс: стоило подумать о смерти, как тело стало послушнее.

Мысли вновь унесли меня к Шайиру.

Будет ли ему больно, когда он узнает, что потерял меня навсегда?

Рука надавила чуть сильнее. Шип проткнул кожу. Тело отозвалось глухой болью, но крови не было.

Шайир…

Как же отчаянно я хотела, чтобы именно он сейчас оказался рядом. Чтобы выхватил заколку из моих рук и сказал, что сделает все, что в его силах, лишь бы спасти меня.

Но, похоже, сбор кириша волновал его куда больше, чем жизнь чужого творения.

– Хиар, ты просишь слишком многого, – тихо прошептала я. – Ты просишь его войти в стену, не разрушив при этом конструкцию.

Я закрыла глаза и выдохнула:

– А ведь он прав… Это невозможно.

Невозможно. Это слово нависло эхом над пропастью.

Я опустила руку и провела пальцами по заколке, ощущая ее гладкую, выверенную форму.

Вариант второй: выбрать себе эида.

Я усмехнулась. Нет. Ни один из них не достоин владеть этим источником энергии. Это было бы слишком просто. Слишком… в их пользу.

Тогда – Шайир.

Но пойти к нему означало не только признать свою уязвимость. Я рисковала услышать еще более жестокие слова и в итоге быть отвергнутой.

– Я дам нам еще один шанс. Если он откажет… у меня есть ты, – тихо произнесла я, обращаясь к заколке. – Или…

Я снова посмотрела вниз – на сияющие жилы в глубине колодца, на этот ровный, настойчивый пульс подземного мира.

Я поднялась с края пропасти, ощущая, как каменная пыль срывается под ногами и исчезает в темноте, и собрала волосы в пучок. Боль в груди усилилась, к ней добавился страх. Но я заставила себя не думать. Просто идти вперед.

Я шла, считая шаги, когда в ушах появился гул. Сначала тихий, словно отзвук далекого эха, но с каждым шагом он нарастал, превращаясь в странное шипение. Услышав, как в конце длинного, изгибающегося прохода что-то с глухим звуком ударилось о стены, я замерла.

Через мгновение они появились.

Два вихря, сплетенные из тысячи мельчайших частиц темного, тяжелого песка. Они не были вихрями в привычном смысле – они не поднимались вверх и не тянулись к своду. Эти потоки двигались горизонтально, вдоль туннеля, словно огромные змеи. Они переплетались между собой, скользили по камню, оставляя царапины и неглубокие борозды. В их центре угадывалось нечто темное и плотное, что удерживало песок и не давало ему рассыпаться.