Я (не) твоя: Невеста поневоле

Глава 10

Новости быстро по деревне расходятся. Стоял пред отцом Петька, которому уж 18 исполнилось, и ответ держал.

- Не дам благословения! – рычал Касьян. – Ты мать и отца опозорил.

- Да ещё б была девица, а то старуха, - поддакивала Фёкла.

- А ну, - сурово брови сдвинул Петька, смотря на Фёклу. – Не посмотрю, что мать.

- Он мне угражат, Касьян! – ахнула Фёкла.

- Ванькой займись, - зыркнул муж на жену, и пришлось той язык прикусить. Отошла к сынку младшему, пирогов достаёт да на стол укладывает.

- И куды приведёшь? – не унимался Касьян.

- Я с ней избу делить не стану! – снова не сдержалась Фёкла.

- Да ещё с ребетёнком чужим. А ты не подумал, ежели муж вернётся за ней? Она ж беглая.

- Не любит он её, бьёт, - отвечает Пётр.

- Бьёт, значит – любит! – вмешивается мать.

- Венчать вас не станут, - будто не слышал Касьян. – Неужто будете у всех на виду позорничать?

- Своей назову, мужем ей таким стану, каким никто не сможет. А что до венчания, пусть. И без того прожить можно.

- А чего люди скажут? – упёрла руки в бока Фёкла.

- Не вкусно, - откусил Ванька пирог и тут же получил по загривку.

- Не вкусно ему, - передразнила мать. – Иди сам тесто меси да у плиты стой, - прикрикнула. – А ну ешь, чего дали!

- И где ж такой умный жить станешь? – снова обратился отец к сыну.

Видит Петька не сладить с родителями, не будет Аннушке тут житья. Со свету сживут.

- Уйдём, - отвечает уверенно.

- И отца рук рабочих лишишь? – вскинул тот брови.

- А коли и так. Пора уж самому семью заводить.

- Пора ему, - злится Касьян. – Восемнадцать годов всего! Я решать стану, кому чего пора. Ежели скажу Лушке замуж пойти, так хоть за слепого, хоть за старика столетнего пойдёт.

Обомлела Лушка, глаза вытаращила. Её-то за что? Сбежит, коли и впрямь такую участь отец нарисует. Не сможет, как Улька, с нелюбимым жить. Ходит к ней Лушка, смотрит, как та ожила, когда о ребёнке прознала. Ждёт первенца, рубахи ему вышивает. Думает, обязательно мальчик народится.

Подневолить никто не станет Лушку, она сама себе хозяйка. Только поначалу надобно попробовать по-хорошему решить, да поры до времени не высовываться. Авось на будущий год нови хватит, за неё торговать хлебом не станут.

- Куда ж пойдёшь, ежели не секрет? – допытывает Касьян.

- А чего скрывать? В Демидовку, у Аннушки там родня далёкая.

- Чего ж тады сразу туда не прибилась, а сироту у нас строила? – злилась Фёкла, но никто на неё и не смотрит.

- Значится, от своих сбежишь, чтоб к её родне приехать?! – подытоживает Касьян.

- Так ежели тут нам не рады, - разводит руками Петька. Не слышат его, не понимают, а у него молодость бушует, хочется не урывками любимую видеть, а своей называть, к груди по ночам жать да ребёнка ростить. Народят мальчонку на свет, будет братик Агафье, а им с Аннушкой радость. Войдёт Петька в дом, а жена привечать станет. Сапоги снимет, под лавку засунет, щи пред ним поставит и глядеть-наглядеться не сможет. Вот какие картины рисовались в голове, только отец своё слово сказал.

- Не дам ни копейки!

И как прикажите новой семье обживаться, коли за душой не гроша? Трое их нынче, а потом и четвёртый появится. Содержать чем-то семью надо. Крепко задумался Петька, но сказал.

- Землю грызть стану, а будет у меня семья, будет Анька женой моей.

- Дурень, - качает головой Касьян. – Ежели и сойдётесь, тебе чрез два года жребий тянуть. И куды вдовку твою с двумя детьми?

- Бог упасёт, - махнул рукой Петька. – Уж назад дороги нет, понесла Аннушка.

Ахнула Фёкла, на Касьяна смотрит, чего тот скажет. Только молчит тот, раздумывает.

- Бабку знаю, что травы дать может, - вмешалась мать, и глянул на неё Петька зло.

- Сама пей, - буркнул и вышел на улицу.

- И делать чего будем? – глянула на мужа Фёкла.

- Чаво, - жевал губы Касьян. – По бабьи поговори с ней.

- Такая не откажется от Петруши! – скривила Фёкла лицо. – Тем боле дитя в ней, приткнуться куда надо.

- Убеди, денег наобещай!

Поджала губы Фёкла, только лучше испробовать, чем потом всю жизнь локти кусать.

- А ежели разнесёт, что приходила к ней?

- Вот они бабы, - покачал головой Касьян, - лучше самому всё сделать.

- И чего надумал?

Касьян покосился на Лушку, развесившую уши, и промолчал по этому поводу.

- Пойду лошадь гляну, хромала чего-то.

- А ты чего сидишь? Иди рубахи вышивай, неровен час кто посватается, а приданого не напасла вдоволь, - прикрикнула на дочку Фёкла, пытаясь замять неловкость.