Я (не) твоя: Невеста поневоле

Глава 28

Вошли в избу гости незваные, огляделись - нет никого.

- И где ж? - вопрошает надзиратель.

- А я почём знаю, - усмехается Марфа. - Вы чего-то себе решили, а откель я вам парня возьму, коли в глаза того не видывала?

- Доиграешься, ведьма, - прищурился зло надзиратель. - Знаешь, у меня какая власть!

- А всё ж у меня другая, - спокойно смотрит на него Марфа.

- Не внучка она тебе, - кивнул на Лушку мужчина. - Отчего ж тут живёт?

- Науке учится.

- Нечистому служить?!

- Не говори, коль токмо ухом слыхал. У каждого своя правда. Ежели всё оглядели, да больше вопросов нет, идите своей дорогой.

- Ты погодь. А ну, Григорий, глянь подклет.

Забилось сердце у Лушки, а Марфа стоит себе покойно. - Ежели найду чего - гляди у меня.

- Не стращай, ищи лучше, - ответила на то Марфа.

- Пусто, - отчитался Григорий, а у Лушки гора с плеч.

- А кто это тебе тут дровишки колет? - не унимается надзиратель.

- Сама.

- Покажи.

- Твоя воля.

Взяла топорик Марфа да принялась лихо дрова колоть.

- А чего ж девка твоя бежала, будто и впрямь прячете кого?

- Так поди ж решила, что снасильничать хотите! - нашлась Марфа.

- И на всё у тебя ответ имеется, - усмехнулся надзиратель. - Погляди-ка моих парней да чего надо приговори, чтоб рана скорей затянулись, - приказал.

- Никак к силе темной взываешь? - Скривилась Марфа. - Уж по нраву тебе?

- Говори да не заговаривайся, а дело своё выполняй.

Как только ушли они, Лушка сразу с распросами.

- Где Назар?

- Ты зачем привела их, дурёха? - горько головой качает Марфа. - А ежели б волчик не предупредил? Забрали б твоего Назара. Велела, как заслышит голоса, через подклет уходить к колодцу. Иди ворочай, ежели не спугался да не сбёг дальше.

Назар и впрямь сидел возле колодца.

- Застыл? - ахнула Лушка, завидев его. - Идём в избу отведу, накормлю, обогрею да раны смажу.

- А что до просьбы моей?

- Будь покоен, завтра исполнит Марфа.

Вечером ведьма на судьбу жаловалась.

- Вроде ученица хорошая, да только другую надо.

- Неужто, гонишь? - ахнула Лушка.

- Иное тебе на судьбе написано. Станешь лекаркой хорошей, травницей. Отмолишь свой грех, что с братом взяла, слишком светлая ты, Лукерья.

- И куда ж мне теперича? - Развела руками девка.

- Сама знаешь, - усмехнулась Марфа.

- Об чём ты?

Только лукавит Лушка, хорошо понимает, на что ведьма намекает.

- Есть заимка верстах в семи, бросили её, помер охотник, что знал, как пройти, а другие и дороги не ведают. Там и схоронитесь.

- Отчего ж не угодила тебе? - ищет Лукерья повод, чтоб показать, будто не хочется уходить ей.

- Знают теперь все, где ты. Неровен час придёт отец и неволить станет.

- И то верно, - вздохнула Лушка. - Но как позабудут обо мне - вернусь.

- Я ждать стану, - кивнула Марфа, понимая, что слова то просто, не вернётся больше девка сюда. Заходить станет, попроведовать, а путь Марфы не повторит.

Была у ведуньи любовь сильная, такая, что вдохнуть больно было. Только приворот другая сделала, и ходил за ней Пахом, как привязанный, пока Марфа изводилась. И тогда к ведьме пошла, хотела обратно к себе милого вернуть, а та и сказала, что на роду ей написано не бабой простой быть, а той, что девок от бремени избавлять станет, да тот же приворот делать будет.

Сгорел Пахом быстро, загубила соперница жизнь парня молодого, и тогда отомстила ей Марфа. Дала печать страшную, что больше брать её никто в жёны не хотел. Так и провела век одна та, да и Марфа запретила себе в любовь верить.

Снарядила в дорогу ученицу, снеди положила, ружьё выдала.

- Откуда такое? - испуганно уставилась на него Лушка.

- Умеешь? - спросила ведунья у Назара.

- Сноровлюсь, - принял, благодаря.

- Волчик, - позвала Марфа помощника. - Проводи.

С полуслова понял зверь, отбежал, оглядываясь, ожидая, что последуют за ним, и повёл молодежь по лесу.

Петька вернулся домой. Обняла его Анна и расплакалась.

- Так боялась без тебя остаться, - признанье в ухо выдыхала. - Что разродилась раньше положенного.

- Василисой наречём, - глядел на дочку Петька. - Васенькой. Красивая какая!

- Потому что наша!

- Токмо сынка мне надобно, а лучше трёх.

- Сколько? - рассмеялась Анна.

- Большую семью хочу, - поднял глаза на жену Петька. - Понял нынче, что жизнь короткая. Надобно за каждый день Бога благодарить.

- Будто стучит кто? - встрепенулась Анна.

- И впрямь, - согласно кивает Петька.

Стоит на пороге Фёкла с корзинкой.

- Вот, гостинцев принесла, - говорит как -то мягко, только грезится вдовке, что не к добру это.

- Ежели думаете, что мужа моего отнимите - так скажу: царапаться и кусаться стану за Петрушу, - грозно смотрела на гостью Анна.

- Ишь, - сдвинула брови Марфа, - угрожает она мне. - С добром я, - откинула тряпицу, а там пироги жаром исходят.

- Не верю вам, - смотрит с сомнением Анна.

- Внучку глядеть пришла! - не отстаёт Фёкла.

- Покажи, - вмешивается Петька, и Анна, скрепя сердце, подносит Фёкле дитя.

- Не очень похожа, - кривится та. - Точно от Петьки моего?

- Ежели не перестанешь жену мою обижать - не рады больше тебе будем.

- Да шучу я, - хмыкнула Фёкла, себе кумекая, мол, поживём - увидим. - Чаем хоть напои'те, родственники!

Рябого всё вопрос гложил про Назара. Видали его люди, и как он в дом входит, может, сговорились с Ульяной? И как только сил накопит, сбежит с полюбовником?

- Знаю всё, - стукнул по столу Зосим.

- Чего знаешь?

- Как сбежать с Назаром собралась.

Замолчала Ульяна, чувствуя, как внутри обида подымается, а Рябой принял молчанье то за согласие.

- Вот змею пригрел, - вскочил с места, замахиваясь на Ульяну, да только всё равно не ударил. Зарычал, сжал кулак и воздух резанул. - Неблагодарная!