Я не выйду за варвара

Глава 2. Казнить, нельзя помиловать

Витторио:

   Вчера свершилось то, ради чего я жил все свои двадцать три года. Вместе со своим отцом, Верховным Эрлом Вальфом, я повел в бой войско нордорийцев и отомстил имперцам за столетие гнета и мучений. Они убивали и насиловали наших женщин, искореняли знать. Навязывали свои язык и культуру, параельно уничтожая наши.

 Я был из знатной и обеспеченной семьи. Мой отец, Вальф, был главой автономии в нордорийских землях, под протекторатом Империи Священного Грифона. Тогда, имперские лгуны вещали о благодетели Императора, мол он даровал автономию северным кланам, чтобы они «постепенно начали привыкать к цивилизации».

Трусы. 

  Они боялись признать, что просто были не в силах сдерживать наши восстания и эта автономия была дана лишь только для того, чтобы немного успокоить воинственных нордийцев. Но нам не нужна мнимая свобода.

  Помню как в приходской школе их предательской церки, где я вынужден был учится за неимением других, учителя говорили, что у нордорийцев нет своего языка, что это просто старое эльратское наречие, но на каком же тогда языке мать  пела мне колыбели? Они утверждали, что Вильгельм I, общипанный эльратский петух,(так презрительно мы называли и герб Империи с изображением их символа - грифона) принес на  наши земли письменность. Они лгали, нагло врали и принижали нас. В наших домах хранились старые книги и манускрипты. Было опасно показывать их, иначе можно было попасть в тюрму.

   Я просто не мог слушать такие откровенные оскорбления о своем народе и постоянно противился идти в школу. Но родители заставляли меня. Они говорили, что я должен знать о врагах все, чтобы однажды их победить: их язык, привычки, взгляд на этот мир. Школы были дорогим удовольствием. Их  могла посещать лишь знать и я вынужен был это делать. Ради своего народа.

  Я много улился за книгами. Умирал на тренеровочной площадке с мечом в руках. И вот этот день настал.  Мы взяли город менее чем за пол дня. Но мой отец был серьезно ранен и меня гложили сомнения, что он сможет выжить. Он потерял много крови, стал очень слаб, но проложал исполнять свои обязанности и сейчас восседал на троне императора, отдавая дальнейшие приказы; занимаясь вопросами установления новой власти.

 Мне же все это было чуждо. Я чувствовал себя куда лучше в седле и с мечем в куках, нежели восседая на троне в пафосных царских одеждах. Находиться в этом эльратском дворце было слишком сложно для меня. Ото всю блестело золотом, мрамором, хрустальными люстрами и это слепило глаза. Разве настоящий мужчина может обустроить так свой дворец, словно барышня обвешивая его украшениями?

 Я прекрасно понимал, кому реально пренадлежат все эти богатства. Империя Святого Грифона захватила Великий и Бескрайний Север отнюдь не из побуждений принести на наши земли их «праведную» веру и «цивилизованные» законы. И вели алчность и жажда наживы. Север был богат золотыми и серебряными рудниками, а также огромными залежами разнообразных драгоценных камней, которыми они обвешивались, как пугало в огороде.

  Эльратцы вообще, сколько я их помню, всегда были падки на росскошные одежды, холенные прически, замысловатые узоры и ткани. Любая северянка в своем длинном шерстяном платье, утянутая в кожанный корсет и с меховой накидкой на плечах, выглядела куда мужественнее, чем любой их прилизанный рыцарь.

   Кстати о них. Меня всегда очень смешили их звенящие доспехи. Эльратские трусы заковывали себя в железо с головы до ног, о чего еле двигались в своих железных одеждах. Каждое их движение знаменовалось противным скрежетом, в то время как нордорийцы носили доспехи лишь ввиде тонкого металлического жилета на груди или лекой мелкой кольчуги. Мы не боялись быть задетыми мечом, в отличии от недорыцарей империи, которые прятали свои головы в железные ведра, словно напуганные страусы в песок.

   Правда мне пришлось снять свой нагрудный доспех с фамильным гербом, а также плащ и увесестый пояс, чтобы прогуляться улицами Эльрата. Императорский дворец, облепленный золотом и другими блестящими побрекушками слишком слепил мне глаза. Им надо было отдохнуть.

   При этом я не хотел, чтобы меня узнали нордорийские воины. Мне хотелось прогуляться, как обычный человек, а не Эрл, и, кроме того, мне бы очень хотелось понаблюдать за своими воинами со стороны. Посмотреть как они себя веддут, как реагируют эльратцы на них.

  Не все из нашего многочисленного войска знали меня в лицо, но они могли с легкостью идентифицировать меня по фамильному гербу на нагруднике. Поэтому мне ришлось поменяться доспехами с моим оруженосцем. А также просить его придумать для отца какое-нибуть оправдание моего отсутствия. Бриян долго протестовал:

— Ваше Высочества, - молил он меня, -Что же я скажу Вашему батюшке, когда он искать Вас будет? Останьсь, во имя всех Богов Севера. Небезопасно там ходить такому важному человеку как Вы и без стражи.

—Что ты скулишь, Бриян, как раненый волк, придумаешь что-нибуть. Давай же, помоги мне нацепить твой нагрудник. – игнорировал я его жалобы.

    Меня по моему же приказу «назначили патрулировать улицы и менять имперские красные флаги с изображением эльратского петуха на синие нордирийские с гербом белого волка». После  наш отряд был отправлен на «отлов» барышень дворянского происхождения. Какими сильными не были нордирийские воины, нам все же было сложно взять Эльрат.