Я не выйду за варвара

Глава 29. Дела государственные

Витторио:

  … Ее гневную тираду прервал смешок, пронесшийся по рядам воинов. Я сам было чуть не рассмеялся от этой милой «угрозы». И все-таки она удивительная девушка. Еще с минуту назад герцогиня раздирала своими речами мою душу на куски, а сейчас я с трудом сдерживал смех. Только едва заметная улыбка коснулась моих губ, которую я тут же попытался скрыть. Не положено мне по статусу.

   Вы только посмотрите на нее. Она собралась меня лично учить эльратскому. Жаль, в моей школе не было таких преподавательниц. Я с превеликим удовольствием выучил бы с ней еще раз то, что и без того прекрасно знал. Просто потому что она была такая искренняя, такая настоящая в своих эмоциях и словах. Неиспорченная дворцовой жизнью. Хотя, как я читал в геральдических книгах, она была здесь частой гостьей при жизни императора.

— В чем дело? – спросил я воинов, опасаясь, что их смех может задеть ее, и выражение их лиц в миг снова стали бесстрастными.

Побледнели все. Особенно Годрик.

— Ваша Светлость, - наконец-то отмер мой воин, - Не думаю, что в этом есть необходимость. – попытался выкрутиться он и не соврать при этом.

— Да? – удивилась герцогиня. ­— И почему же? Витторио станет моим поданным после коронации. Как он будет понимать мои приказы, не зная эльратского?

— Полагаю Вы будете отдавать приказы на нордорийском. – а вот тут он уже скорее всего соврал.

Врятли Ее Светлость сможет отдавать мне какие-либо приказы. Да и не только мне. Даже с короной на голове, она вероятно останется такой же бесправной, как сейчас. Все зависит от воли Его Величества.

— И как же это я буду обращаться к нему на нордорийском, если не знаю его? – возмутилась Анна Аврора. Не очень ей претила идея говорить на языке «варваров».

— Вам придется его выучить. – пояснил Годрик.

— Что?! – аж задыхалась от злости Ее Светлость. – Да ни в жизни. Я просто попрошу Вас перевести ему мой приказ, чтобы он выучил эльратский.

— Обязательно, Ваша Светлость. – улыбнулся Годрик.

  Было видно, что ему эта идея кажется абсолютно сумасшедшей, но он торопился успокоить разгорячившуюся герцогиню, приняв единственно правильное решение – согласиться с ней.

— Вот и славно, сэр Годрик. – довольно ответила Анна Аврора. Наконец-то хоть в чем-то с ней согласились. — Мы можем уже приступить к примерке? – спросила она. — Раньше начнем – раньше закончим.

   Годрик проверил чашку с отваром герцогини и, убедившись, что та пуста, кивнул мне. Примерка прошла спокойно, без эксцессов. Ее Светлость спрятали за ширму и переодели в предварительные эскизы свадебного платья. Вокруг нее вертелись портнихи со своими булавками, лентами и прочей своей мишурой.

   Один наряд, второй, третий. Было сложно подобрать идеальное сочетания лифа и юбки платья. А все потому, что ей все очень шло. Даже слишком. Она была хороша в любом наряде и без него. Последнее я помню особенно хорошо. А в тот, когда она вышла из-за ширмы в лифе с открытыми плечами…

   Стоило мне увидеть, эти оголенные ключицы, тонкая шея, декольте, как перед глазами вмиг пронеслись воспоминания о том, что скрывается под ним. Это просто пытка какая-то. Виски запульсировали, меня кинуло в жар, в горле пересохло. Я снова выходил из себя. От нее невозможно было оторвать взгляд.

— Ром подай. – хриплым шепотом сказал я горничной и та мигом наполнила кубок для меня.

Но ром не помог. Мой голос так и стался хриплым.

— Глаза опустили. – зло приказал воинам, когда заметил, что любуюсь ею не один я. — Я не давал приказа их поднимать.

— Простите, Ваше Высочество. – хором проговорили они, опустив головы.

Анна Аврора аж на месте подпрыгнула от громкости.

— Этот верх не подходит. – сказал я портным осипшим голосом.

— Но Ваше Высочество, - возразил один из портных, - Этот фасон сейчас на пике мо…

Он не договорил. Его слова застрял в горле, стоило мне посмотреть на него.

— Как скажите, Ваше Высочество. – поклонился он.

   В конце концов, было принято решение остановится на фасоне с пышной юбкой, в добавок к которой шел длинный шлейф, и закрытым верхом с длинными пышными рукавами,имевшие узкие манжеты на запястьях.

   После примерки, я наконец-то покинул покои Анны Авроры. По всей видимости облегчение испытал не только я, но и вся моя свита. Мне оставалось только доложить Его Величеству о примерке и главное об Ее обмороке. Он, конечно, и сам бы узнал обо всем. Ему и так докладывают о каждом нашем с Ней вздохе.