Я не выйду за варвара

Глава 65. Слабонервным и младше 18 пропустить!

ВНИМАНИЕ!!!

Слабонервным, беременным, не достигшим 18 лет советую ПРОПУСТИТЬ 65 и 66 главы и НЕ ЧИТАТЬ их. Для Вас я коротко в 67 главе в двух словах опишу в начале, что случилось

Глава 65

"НЕ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ"

ВНИМАНИЕ!!!

Слабонервным, беременным, не достигшим 18 лет советую ПРОПУСТИТЬ 65 и 66 главы и НЕ ЧИТАТЬ их. Для Вас я коротко в 67 главе в двух словах опишу в начале, что случилось

ВНИМАНИЕ!!!

Слабонервным, беременным, не достигшим 18 лет советую ПРОПУСТИТЬ 65 и 66 главы и НЕ ЧИТАТЬ их. Для Вас я коротко в 67 главе в двух словах опишу в начале, что случилось

ВИТТОРИО:

 Я не успел зайти, но уже понял, что произошло. Сердце пропустил удар. На лбу выступил холодный пот. Стоило мне немного приоткрыть дверь, как сквозь маленькую щель повалил запах. Его ни с чем нельзя было сравнить. Тот, кто хоть раз слышал его, никогда и ни с чем его не спутает. Едкий, обжигающий легкие и выедающий глаза. Гремучая смесь опорожнений и чего-то схожего на пары спирта, только в разы ядренее. А меж ними противная удушающая вонь, которую просто не с чем сравнить. И невозможно забыть.

— О, Боги! – вскрикнула Эрлис Лагерта.

 Моя впечатлительная сестра не смогла сдержать чувств, за что была резко одернута бабушкой. Не начавшаяся истерика была придушена в зачатке волевым движение женщины, еще вчера утром носившей титул Эрлин.

— Оставайтесь здесь. – приказал осипшим голосом. Горло пересохло от волнения.

 Я открыл дверь шире и шагнул вперед. В теле ощущалась будоражащая легкость. Душа моя, будто отделилась от сердца и начала метаться по грудной клетке, создавая внутри волнующие ветровые потоки. Натренированные годами каменные мускулы ног перестали быть таковыми, словно наполнились туманом. Бестелесным, неосязаемым. Я шел мягко и бесшумно, как по облаку, понимая, что с каждым шагом рискую сорваться в бездну.

 Такое же облако было в моей голове. Мысли лихорадочно разлетались в разные стороны. В горле колотилось сердце, отдаваясь глухими ударами в ушах. Мне казалось, я слышал, как кровь течет по моим жилам. Громко стучит, готовое порвать вены.

 Прошел предпокой, обычно предназначенный для камердинеров и прислуги. Потом зашел в сами покои и замер.

 Я, Витторио Хангвул, воин побывавший в сотнях ожесточенных сражениях, десятки раз бесстрашно глядевший смерти в лицо, сейчас ощущал себя маленьким напуганным мальчишкой. Собрав остатки своего мужества и смелости, что терял с каждым шагов по пути сюда, я наконец-то решился поднять глаза.

 И вмиг оцепенел от охватившего меня ужаса. Вся та воздушная легкость, что была во мне, исчезла, а то, что она держала, рухнуло в бездну, разлетаясь на миллионы мельчайших частиц. Я не мог поверить своим глазам. Они обманывали меня. Это верно виденье, бред, сон… Очень плохой. Самый плохой из всех, что мне доводилось видеть.

 На императорском ложе на спине лежал Джордж. Весь бледный, покрытый пятнами. Под ним огромное желто-коричневое пятно. Голова запрокинута вверх. Щеку рассекает огромная царапина. Испачканный рот открыт. А глаза… Они тоже открыты. Зрачки узкие и устремлены в сторону, на нее. На Анну Аврору. Такую же бледную и неподвижную. В разорванном, испачканном платье.

 Она сидела полулежа, облокотившись о спинку кровати. Прямо рядом с Джорджем. Голова опущена. Подбородок покоился на обнаженной груди. Ее очи, всегда яркие и живые, были закрыты. Их обрамлял веер спутанных слипшихся ресниц. Ноги поджатые под себя. Руки задраны вверх, привязанные к витиеватым узорам спинки кровати. А кожа… Ее белая кожа под разодранным платьем покрытая какими-то пятнами.

— Нет, - шепчу я.

 Этого не может быть. Этого всего не может быть. Это неправда. Бред.

 Голова кружится. Я зажмуриваю глаза и пытаюсь проснутся. Ничего не получается. Ну же. Разбудите меня кто-нибуть. Разбудите, пожалуйста, я больше не могу. Я не могу видеть ее бездыханное тело. Мое сердце просто не выдержит. Так же, как не выдержало ее.

 Картинка перед глазами плывет. Размывается, но не исчезает. Я хватаюсь за голову, зарываясь пальцами в волосы и падаю на колени. На мраморный пол, звонко ударяясь пустыми ножнами об него.

«Нет! Нет! Нет!» - кричит сознание.

 Так громко, что я даже не сразу слышу звуки, что доносятся с кровати.

— Ммм… - мычит кто-то девичьим голосом.

 Что это? Бред, опьяненного горем сознания? Слуховые галлюцинации? За мычанием раздается шелест платья, скользящего по простыни. Я поднимаю глаза и теперь к слуховом галлюцинациям добавляются визуальные. Несколько секунд сижу на коленях, пытаясь прийти в себя, и вдруг понимаю: мне не кажется. Это все наяву.