Я не выйду за варвара

Глава 93. Пытка

Глава 93

ὦПЫТКАὦ

Анна Аврора:

— Свечи! – взмолилась я, прикрывая обнажённую грудь. – Надо потушить свечи!

 Моё роскошное платье уже валялось на полу. Я осталась полностью обнаженной, не считая тонких белых чулок. Витторио жадно смотрел на меня, его бесстыжие руки отнюдь не целомудренно блуждали по телу, заставляя всё моё естество трепетать. Горячее дыхание воина опаляло шею, борода нещадно колола нежную кожу, а губы осыпали ключицу дорожкой из поцелуев. Он продолжал свои неистовые пытки, не желая слушать меня.

— Витторио! – вырвался слабый крик. – Я прошу тебя, давай потушим их!

 Мой муж и так уже прикоснулся ко мне везде, где только можно. Я не могу выносить ещё и его горящего взора. Моё тело и без того горит.

— Нет. – категорично заявил он.

 Вторя своим же словам, воин развёл мои скрещенные руки, открывая доступ к груди.

— Я хочу тебя видеть. – добавил он, целуя меня там. - Всю.

 Я оказалась полностью обездвижена. Витторио без труда удерживал мои запястья, прижав их к матрасу аккурат рядом с плечами. Мои ноги были не в силах двинуться от навалившегося веса. Он дразнил меня, заставлял желать большего. Его губы, властно сминающие кожу, его влажные поцелуи и постыдные движения языком вызывали странные, волнующие ощущения. Они сосредотачивались у меня в животе каким-то тягучим исступлением.  Я чувствовала себя очень странно, мне казалось, еще немного и я просто взлечу в воздух и там же и растворюсь. И чем дальше заходил Витторио, тем сильнее я изнывала от них.

 Очередной волной трепета, смешанной с необъясним страхом, стала попытка мужчины вклиниться меж моих ног. Всё-таки поцелуи поцелуями, а это… Это совсем другое!  Я невольно воспротивилась ему, на что он укусил меня в ответ. За грудь. В самом чувствительном её месте.

— Ай! – крикнула скорее он неожиданности, чем от боли. – Витторио!

 Он воспользовался моментом и раздвинул коленями мои ноги. Бессовестный супруг продолжал изучать моё тело губами, однако его исследовательский интерес стал постепенно опускаться ниже. И если поначалу я не придала этому значения, сходя сума от бабочек в животе, то потом, почувствовав поцелуи намного ниже пупка, всерьез забила тревогу.

— Что ты задумал?! Нет! Витторио! – молила я, пытаясь выскользнуть из под него. – Не надо!

 Боже мой, как же стыдно! Я не смогу, я не выдержу этого! Но Витторио не было дела до моих терзаний. Он рывком притянул меня к себе, ловко закинув ноги на свои плечи.

— Ваше Величество! – в отчаянье прокричала я. - Прекратите!

 Мне думалось, обратись я к нему на "Вы", как к императору, смогу потешить его самолюбие, тем самым достучавшись до него. Ведь он так желал всё это время заставить меня склониться перед ним, всецело подчиниться, признать его власть. Но меня он, похоже, любил больше, ибо без промедления резко пресёк мою жалкую попытку помешать ему осуществить задуманное. Более того, император намеренно немного приподнял мои бедра, вынуждая перенести вес на лопатки. В таком положении мне стало ещё сложнее противиться его воле. Мне казалось, я взорвусь от нахлынувших на меня чувств – бурной смеси природной девичей скромности и уж совсем, как я была уверенна, не присущей девушке похоти.

— У-умоляю, не делайте этого. – сил на крик уже не было, бессмысленная борьба вымотала меня. Голос казался таким чужим, осипшим.

 Моей последней надеждой была попытка оторвать его пальцы от бёдер. Я понимала, что мне не удастся, но это могло бы в очередной раз отвлечь моего супруга. Надеялась, что, мешая ему, я заставлю его плюнуть на это дело и, прости Господи, перейти поскорее к тому, что непосредственно ведёт к продолжению рода. Потому что я больше не могла терпеть эти муки. Моё сердце колотилось, как у кролика. Когда же это всё закончится? Иначе оно просто выпрыгнет из груди, а бабочки в животе защекотят до смерти изнутри.

 Я приложилась всей пятернёй к его указательным пальцам и, потянув на себя, о чудо, у меня получилось оторвать их. Жаль, радость моя была преждевременной. Пусть на мгновенье он поддался мне, но это был обманчивый маневр. Я лишь усугубила ситуацию, лишив себя последней возможности воспротивиться Витторио. Он в мгновение ока перехватил мои ладони и прижал их к бёдрам своими. Теперь не только ноги были зафиксированы его руками, но и мои кисти полностью лишены возможности двигаться.

— Успокойся, Эрлин.  – сказал он тоном, который совсем не способствовал спокойствию.  – Не надо стесняться меня.

 И словно издеваясь, желая окончательно растоптать всё невинное, что осталось во мне, добавил: