Я ничего не расскажу тебе о других мирах

Ч. 2 Гл. 7

Глава 7

Фэт приступила к учебе, совершенно ясно осознавая, что будет самой отстающей студенткой в потоке. Кроме этого, она понимала, что будет чужачкой и в группе (которая за предыдущий год учебы худо-бедно сложилась), и в самой столичной Академии, где учились дети сливок общества. На их фоне она будет выглядеть нищенкой, живущей на подаяния. Но Фэт это не слишком пугало... по сравнению с Легордом, все эти проблемы были просто неприятностями. Наверное, то, что Фэт морально подготовилась к трудностям, заранее понимая, что ей будет тяжело, было и неплохо, поскольку даже самые маленькие победы и радости приводили ее в восторг, позволяя надеяться на что-то хорошее.

В Академии на факультете бытовой магии было две группы (поскольку эта специальность была очень востребованной), вот только шли на нее не очень охотно. Эта специальность подразумевала магическую очистку помещений (начиная с дворцов и заканчивая хижинами в которых кишели разные паразиты), любых предметов (начиная от картин и антиквариата и заканчивая бочками для вывоза нечистот), очистку тканей (начиная с бархата и атласа и заканчивая бинтами, марлями и простынями в больницах и госпиталях), ну и как, спрашивается, дочери и сыновья чиновников и сановников будут выполнять подобную работу? Но их дети были вынуждены учиться на этом факультете (только те, у кого был слабый магический дар, или нежелание учиться было настолько велико, что не позволило поступить на более престижный факультет). Вот такие студенты как раз и были худшими в их группе, так что в учебе Фэт не чувствовала себя изгоем. Она не пыталась ни с кем подружиться, с большой настороженностью относясь к любому, кто был с нею мил и приветлив. Преподаватель по домоводству Клара Эбигейль (добрая душа), предупредила ее, чтобы Фэт сначала хорошо ко всем присмотрелась, а потом уже решала кому можно доверять, поскольку издевательство над простачками было любимым развлечением студентов.

На самом деле положение Фэт не было таким уж плачевным и на это было несколько причин. Первая – то, что она была зачислена в Академию по личному ходатайству Легорда. Личность Легорда будоражила умы студенток, а поскольку Фэт имела к его личности непосредственное отношение, то теперь и она вызывала интерес. Второе – Фэт провела с Легордом наедине больше месяца, и этот факт тоже не мог оставить студенток равнодушными.

- Представляешь, она целый месяц провела с Легордом наедине! – шушукались студентки между собой. – Не может быть, чтобы между ними ничего не было! Интересно, он решил оставить Фэт в столичной Академии, чтобы она была постоянно под боком? Если бы я была на месте Фэт, то мой отец принудил бы его жениться на мне, ведь это был бы такой скандал, - мечтательно закатив глаза говорила одна подружка другой. – Да, точно, - соглашалась подруга. – Это полное уничтожение репутации, но, судя по всему, этой Фэт, все, как с гуся вода. Ни малейшей стеснительности! – поддакивала подруга с лютой завистью в сердце к Фэт. Добавила масла в огонь и секретарша, в ярких красках расписавшая подслушанный разговор (передав его только доверенным лицам, что было равносильно выкрикиванию об этом на каждом углу). Поэтому к Фэт присматривались, что Фэт шло на пользу, делая из нее объект искреннего интереса.

Фэт старалась догнать в учебе одногруппников. Она старалась изо всех сил, просиживая в библиотеке до глубокой ночи. Она так уставала, что если ей и снились какие-то сны, то она о них не помнила, но вот однажды, когда она уже стала понемножку осваиваться Легорд ей снова приснился. Она ему так во сне обрадовалась, словно старый друг забрел к ней в гости. То детство, какое она в своем сне для него придумала, сделало его таким близким и родным.

- Привет! – радостно сказала Фэт. – Ты мне так давно не снился, что я уже за тобой соскучилась, - искренне сказала она. Почему -то в этот раз у нее получилось обратиться к нему на «ты», а вот раньше не выходило.

- Привет! – с чуть заметной иронией поклонился Легорд ей в ответ, но при этом улыбнулся такой теплой, такой хорошей улыбкой, что между ними больше не было ни стеснительности, ни неловкости.

- Ты мне рассказывал… о Максе, - снова спотыкнулась Фэт в середине фразы, не решившись назвать Макса словом «брат». – Что было дальше? – заинтересовано спросил она.

- Дальше, - тихо вздохнул Легорд, - дальше была учеба. Сначала нас хотели направить в одну Академию, но потом решили, что для нашей безопасности, безопасности студентов и безопасности самой Академии, нас следует разлучить. Кинули жребий. Я попал на учебу в Академию, где готовили боевых магов, Макс – в Академию, где готовили военных инженеров и артефакторов. Как он страдал, ты не представляешь! – засмеялся Легорд. – Он искренне считал, что я теперь на несколько шагов его опередил, поскольку быть боевым магом намного почетнее, чем быть инженером-артефактчиком. Учится нам нужно было двенадцать лет, так вот через восемь лет он перешел в мою Академию, поскольку так достал всю семью, что отец счел за благо уступить, - Легорд надолго замолчал, очевидно о чем-то задумавшись.

- А что было потом? – нетерпеливо напомнила о себе Фэт.

- Потом…. – Легорд потер переносицу, отвлекаясь от какой-то мысли, что владела его сознанием. – Потом мы окончили с отличием Академию и поступили служить в одно Ведомство. Наше соперничество, как ты понимаешь, на этом не прекратилось… Кстати, - он тихо рассмеялся. – Когда ты угрожала мне тем, что обязательно найдется кто-то, кто не поверит моему рассказу о том, что ты Ходящая по Мирам, если не будет настоящих материальных доказательств, ты попала в самую точку. Макс – обязательно бы усомнился и обязательно так раздул бы малейшую искру недоверия, что она превратилась бы в настоящий пожар.

- Я угрожала от безысходности, - засмеялась Фэт. – Нужно же было тебя как-то остановить. Надо же как я угадала…. Впрочем, - Фэт пренебрежительно махнула рукой. – Я же сплю и во сне могу придумать для себя какие угодно уловки и оправдания. Чему удивляться, если я придумала для тебя такую биографию! И что ты в детстве жил в горах, и что у тебя есть брат-соперник. Представляю, как бы ты удивился, если бы ты знал, что я для тебя придумала.