Я открыл глаза

1.19

Сказал он, улыбнувшись, и скрылся за дверью дома, возле которого мы остановились. Я стоял, как вкопанный, обдумывая всё сказанное им. В моей голове крутилось множество мыслей. Я решил прочитать всё то, о чём он говорил, и найти ключ к его объяснениям. Они были просты, но в тоже время не сильно понятны. И все подсказки - в книгах. Книгах, которые были моей жизнью. Почему моей жизнью? Да потому, что они всегда присутствовали в ней, в той, в которой я живу, которую иногда вспоминаю. «Я просто плотник»,- сказал он. Не житель, а плотник, и как он говорил: он не обобщал себя с ними. Эти мысли промелькнули в моей голове. И, прокрутив в голове весь наш разговор, я понял: он не из нашего мира - он не отсюда. Он, как и Ангел, он - другой.

И я принял решение и, сделав шаг к двери, постучал в неё. Но никто не открыл, никто не спросил: «Кто там»? Жаль, очень жаль, что я сейчас с ним не поговорю. Но, если его нет, то это подтвердит моё мнение, мою версию, что он не такой, как все здесь. Он не отсюда. И только, когда я собрался уходить, дверь открылась, на пороге появилась женщина преклонного возраста. Она посмотрела на меня грустным взглядом и с милой, доброй улыбкой и сказала:

- Как ты вырос, мой мальчик, как вырос.

- Извините меня, но я такой, как всегда.

- Прости меня, мой мальчик, я не знала, что сказать. Я так давно тебя не видела. Мы жили тем, что молили Бога о прощении. Мы жили надеждой, что когда-нибудь встретим тебя. И, слава Богу, дождались. Может, конечно, и не надо что- то говорить, но я - женщина пожилая, могу и забыть. Шучу, шучу: мы все здесь в здравом уме и светлой памяти. Все до одного. Это - там, у кого- то мог быть склероз и амнезия, а здесь - все здоровы и крепки. Даже она в здравом уме.

- Вы меня, конечно, извините, мы знакомы? - спросил я. Меня не посетило чувство удивления или изумления. Да и как они меня могли посетить, если в этом мире всё не так? Всё, что для меня странно, здесь - закономерно и нормально. И я уже привык, к таким поворотам.

- Конечно, знакомы, и не один год.

- Но я не помню вас.

- Это и не удивительно, мальчик мой. Все идёт так, как и должно идти, всё будет так, как решено.

- Извините, но что идёт? Что и кем решено? Я хотел просто спросить, где плотник, который вошёл в вашу дверь?

- Плотника в этом доме никогда не было. Да и в посёлке тоже. Здесь ничего никогда не ломается. Всё работает, как часы. Хотя хочу вам сразу сказать: часов здесь нет. Вы проходите в дом, выпьем чаю, посидим, поболтаем.

Она пропустила меня вовнутрь. Войдя в дом, я остановился в коридоре, не зная, куда мне идти и думая о том, что, действительно, моя догадка о том, что плотник не житель этого мира, подтвердилась.

- Да не стойте вы там, проходите, садитесь. Вы не против, что чай немного с травами, они такие сладкие и душистые, я думаю, вам должно понравиться.

Действительно, аромат у чая был чудесный: он полностью охватил всё пространство в комнате и даже, наверное, весь дом. Комната была просторной, безупречно чистой, светлой и уютной. Мы расположились в удобных креслах, которые стояли по обе стороны чайного столика в центре комнаты. Женщина смотрела на меня с интересом и радостью. Так же, как и я на неё, только без чувства радости, но с огромным чувством интереса. И, не выдержав, сказал:

- Если вы не против, можно начать наш разговор с самого начала и по порядку? А то последнее время всё как- то понятно, но немного запутано.

- Конечно- конечно. Как скажешь. С чего начнем?

- Может, с того, что вы меня знаете, а я вас - нет.

- Да, дорогой мой, я, конечно, тебя знаю. Знаю где-то с пяти лет, и потом длительное время ты был у меня постоянно на виду. А то, что ты меня не помнишь, может быть, и лучше. Мы- то очутились здесь при полной памяти: от последней секунды там и пребывания в ожидании до этого посёлка и, скорее всего, до последней точки. А ты - это все совсем другое, все рады твоему появлению, но никто не знает, какой ты и как сюда попал. Что ты знаешь и как с тобой общаться? Вот как- то так. Если ты ничего не помнишь, значит так и надо, и я считаю, что это к лучшему.

- Почему вы считаете, что к лучшему?

- Ну, кто может знать, что ты будешь делать, когда узнаешь всё? Или как себя поведёшь? Поэтому никто ничего тебе не скажет, ну, по крайней мере, я так думаю и надеюсь.

- Как я понимаю из того, что мне всё раньше объяснили, все жители данного посёлка меня знают, и мало того, что знают, мы неоднократно общались, и не просто общались - мы жили все в одном месте. Парикмахер - стриг меня, библиотекарь- выдавал мне книги, продавец- продавал товар, нянечка- нянчила меня, когда я был маленький. А кем вы были в моей жизни?

- Я готовила тебя к школе, была детским репетитором. И ты рос у меня на глазах: с первого по одиннадцатый класс. Ты был хорошим, умным мальчиком. А потом всё пошло не так, всё было не так, всё было неправильно.

- Что вы имеете в виду?

- Это я так,- сказала она. Обеспокоенность и грусть, на секунду омрачившие лицо, исчезли, уступив место всё той же милой и доброй улыбке. Посмотрев на меня, мельком взглянув на окно, она со вздохом продолжила:

- Скоро вечер, и тебе уже пора. Ты не думай, что я выгоняю тебя или хочу закончить разговор, мы ещё встретимся, и не раз. Всё будет хорошо.