Я просто тебя люблю (книга 4)

Глава десятая

Глава десятая

Я знаю, как поступить с родственниками. Но не знаю, куда девать тела.

(Из дневника леди. Неизвестный автор)

Если замок лордов Сарреш напоминала скальный пик, а фамильная резиденция Нашкасов эдакий пустынный оазис-мираж, то твердыня Шаррахов попросту на сон походила – лёгкий такой, фантастичный, сказочный. Архе даже пришлось себя за руку ущипнуть, чтобы убедиться: не спит она. Запястье немедленно болью налилось, но реальнее мир от этого не стал.

Туман – ненормальный, слишком плотный, слишком живой, дышащий, совсем не похожий на предутреннюю дымку – по-прежнему клубился над морем степи. И не только не собирался рассеиваться, но делался лишь плотнее, рос шапкой, словно над котлом, в котором похлёбка закипала. А сквозь это марево, будто через толщу воды, проступали очертания. Сначала бледные, едва различимые между чуть колышущихся косм, они становились всё плотнее и плотнее, превращаясь в арки, шпили, башни и переходы. Впрочем, крепость и сама выглядела не настоящей, а нарисованной тусклым серебром на подложке едва светлеющего неба, ярко-розовой полосы ещё не взошедшего солнца.

Но стоило только светилу показаться из-за горизонта, и туман вспыхнул мириадами искр, рассыпался фейерверком золотой пыли, а потом затух – медленно, как затухают искры костра. Правда, замок – или такое чудо стоило уже дворцом называть? – остался. Теперь он казался не нарисованным, а будто из паутины сотканным: стены, перила, своды и колонны были не толще волоса. И всё это великолепие сверкало кристаллом на фоне восходящего солнца так, что глаза слезились.

– Ух ты! – оценила Арха, придерживая Ведьму, прикрыла лицо ладонью. Лошадь блеска не оценила: пятилась, недовольно щеря зубы, раздражённо вскидывая морду. – Впечатляет!

– Ну, это так сказать, парадный вход, – смутился Шай, дёрнув себя за мочку уха. – Ты просто магии не чувствуешь.

– А что не простые смертные видят? – поинтересовалась лекарка.

– До рассвета-то и после заката никто ничего не видит – защитные чары. А потом, собственно, всё то же, что и ты. Только не так... ярко. Просто в камне, из которого стены сложены, слюды много. Вот он и сияет.

– Но выглядит это всё равно как-то... не слишком по-хашрански, – хмыкнула Арха.

– Я тут не при чём, – развёл руками блондин. – Замку, считай, веков пять исполнилось. Все претензии к предкам.

– Которые охотились за архитекторами Светлых по всей границе. И сгоняли сюда же строителей. Тоже из Крылатых, понятно, – невозмутимо заметила Ирда.

– Зачем? – не поняла лекарка.

– Понты, – пожала плечами рыжая. – Ифоветы же. Не выстегнешься – соседи уважать не будут.

– И давно вы народ сменили, мистрис? – холодно поинтересовался Шай.

– Да, вроде, не меняла.

– Может, хватит? – ласково поинтересовалась ведунья. – Давайте вы свои отношения будете выяснять без меня и...

Что она там дальше сказать хотела, Арха как-то позабыла. Просто лекарка к Ирде обернулась, да так и осталась сидеть в седле с открытым ртом.

Не сказать, будто ифоветка сильно изменилась. Собственно, она вообще не менялась. Это если не считать золочёной, кажется, металлической полумаски, закрывающей левую сторону лица. Чего-то, смахивающего на перчатки до локтей, но тоже металлического, ажурного и с когтями. И, наверное, плаща из абсолютно прозрачной, дымчатой, мягко помаргивающей блёстками ткани. Из такой материи бельё для дам шить, а не плащи. Но татуировку на лопатках демонессы складки обрамляли живописно, тут не поспоришь.

– Кажется, про понты я поняла, – медленно кивнула Арха.

– Обычный наряд сагрешей, – равнодушно пояснила Ирда.

– Ага, – кивнула ведунья. – А кто такие эти самые?..

– Телохранители и компаньонки леди, я же уже говорила,  – нахмурилась рыжая.

Точнее, одну бровь нахмурила, вторая-то под маской была – не видно её. Честно говоря, эта располовиненная физиономия смотрелась странновато. Если не сказать жутковато.

– Так, Арха, слушай меня сюда и запоминай, – Шай даже пальцем по лбу ведуньи постучал, привлекая к себе внимание. – И, пожалуйста, не спорь, а просто исполняй, ладно? Глаза держи опущенными, на мужчин не смотри, будто их просто нет. Если к тебе обращаются, не отвечай. Сама первая не заговаривай, лучше вообще молчи...

– Нет, я не поняла, а где феридже[1]? – возмутилась лекарка.

– Ифоветки не носят феридже, – поморщился блондин.

– Как же вы так оплошали? Глаз не поднимай, с мужчинами не разговаривай, а покрывал нету, – огорчилась Арха.

– Мой лорд, позвольте я объясню? – попросила Ирда. Правда, по тону просьба больше походила на рекомендацию блондину убраться куда-нибудь подальше. В Бездну, например. – Дело в том, что ифоветы... – эта самая сагреша, не смотря на свою готовность объяснить происхождение обычаев, замялась, явно пытаясь найти нужное определение.