Я родила от вашего мужа

Глава 10

Я не пойду на подобное, как меня ни умоляй. Не приму нагулянного на стороне ребёнка мужа, как бы жалко мне ни было малыша… У него есть мама. У него должны найтись другие родственники, в конце-то концов! Если вдруг представить, что у Хлебникова напрочь отомрёт совесть и он решит сдать ребёнка под опеку государства, ведь есть же вероятность того, что найдётся какая-нибудь сердобольная сестра или племянница Алёны, которая решит подарить семью несчастному младенцу…

- Ты прав, да, - кивнула я, разом почувствовав себя так, словно из меня вынули душу. - Об этом даже не заикайся. Как бы в твоих фантазиях ни было прекрасно всучить ребёнка жене, этого не будет. И жены у тебя больше не будет, Веня…

Мне показалось, что Хлебников снова завоет. Его лицо исказилось, он вцепился пальцами в волосы и уставился в одну точку перед собой. Сидел молча, а я тоже не прерывала молчание.

Прямо сейчас прощалась с прошлой жизнью, понимая, что она уже никогда не вернётся. Не будет совместных посиделок, душевных разговоров и смелых планов. Не будет надежд на то, что мы проживём вместе долго и счастливо, как в сказках. Встретим старость вдвоём, вырастим внуков. Обеспечим себя и своё потомство всем необходимым, а сами будем много путешествовать.

Станем собирать чемоданы, ехать вместе к морю, преисполненные надежд и осознания, что всё сделали в жизни правильно. А потом ходить за ручку по старинным улочкам и просто наслаждаться тем, что мы есть друг у друга.

Этому никогда не сбыться…

- Я всё понял, Даша… Я… прости меня… просто прости… - прошептал Хлебников, переведя на меня взгляд, в котором сквозил ужас.

Словно муж стоял на краю бездны и должен был вот-вот сделать тот шаг, который станет смертельным. А я должна была предпринять всё, что от меня зависело, чтобы он не утащил меня и наших детей в эту жуткую пропасть.

- Не прощаю. И никогда не прощу, Хлебников. Ты разрушил нашу жизнь, - выдохнула я, не узнавая свой собственный голос. - Я не желаю тебя видеть. Поезжай куда угодно… Звони Алёне, говори, что свободен и можешь быть с ней открыто.

- Но я не хочу!

Муж вскочил и уставился на меня таким взглядом, что об него можно было обжечься. Если сейчас он начнёт мне выговаривать за то, что я приняла решение за него - так будет даже лучше. Перейдём с ним в плоскость очередного скандала, и там будет гораздо комфортнее, чем в этой иссушающей трясине, где мы прощались с нашим браком.

- Всё, я не хочу это обсуждать. Чего ты там желаешь, а чего нет - меня не касается. Больше о твоей драгоценной гром-бабе заговаривать не стану.

Веня взвыл и шагнул ко мне. Почудилось, что он схватит меня в свои медвежьи объятия и сожмёт до хруста костей. Или хорошенько встряхнёт, да так, что у меня клацнут друг о друга зубы.

Но муж лишь остался стоять в полуметре, сжимая и разжимая кулаки в каком-то лихорадочном бессилии.

- Если я найду Алёну - заставлю взять на себя материнские обязанности. Буду помогать финансово, но с этой женщиной жить отказываюсь! И я буду рядом, Даша… Рядом со своими дочками как минимум!

Сказав это, он подошёл к шкафу, достал из него сумку и начал поспешно кидать туда вещи. Как бы я ни понимала разумом, что это будет самым верным решением, сердце моё зашлось от тоски. Такой острой, такой щемящей… Казалось даже, что оно может остановиться в любой момент - так горько мне стало при виде того, как человек, который ещё утром в моих фантазиях был мне самым верным и надёжным мужем, просто собирается, чтобы уйти.

- Что мы будем делать дальше? - чуть истерично выкрикнула я, начав ходить за мужем.

Себе говорила, что это лишь для того, чтобы проконтролировать, не заберёт ли чего-то лишнего Веня. На деле же, мне так казалось, что я могу дышать.

Это потом мне станет легче. Когда-нибудь. В другой жизни. Сейчас же мне жизненно необходимо было цепляться за наше прошлое, ускользающее, словно песок сквозь пальцы.

- Я не знаю, Даша… Я в кошмаре…

Он в кошмаре! А каково мне, по его мнению?

- Сейчас я вернусь обратно. У меня ещё с ментами не закрыт вопрос. Они будут искать Алёну, но если она сама позвонит и скажет, что с ней всё в порядке и она просто уехала…

Он потерянно сел на край постели, вернувшись к исходной точке. В квартире установилась такая звенящая тишина, что об неё можно было порезаться, как о лезвие бритвы.

- Понимаешь… она не пропала без вести. Даже не прошло суток с тех пор, как Алёна куда-то делась. А ребёнок… ребёнок с отцом. Я ведь вписан и от прав теперь не отказываюсь…

Он смотрел на меня с какой-то затаённой надеждой. Словно ждал, что я сейчас возьму да и выдам неверному мужу инструкцию на последующую жизнь. Ту самую, где ему не придётся лишаться привычных будней, а его неверность не встанет ему боком.

- Тогда и поезжай к ребёнку, Хлебников. А когда решишь свои вопросы, я надеюсь, у тебя хотя бы останется время на то, чтобы прийти в суд и оформить развод с разделом имущества.

Лицо Вениамина исказилось болезненной судорогой. Гримаса боли проступила в каждой черте… И она стала отражением того, что пылало внутри меня.

А потом он просто кивнул, поднялся на ноги, взял сумку и вышел. И сердце моё всё же сорвалось с тоненькой ниточки и, рухнув вниз, разбилось вдребезги.