Я родилась пятидесятилетней. Часть третья.

Если ты владелец ресторана с 3 звездами Мишлен, ты же не беспокоишься, что твой бизнес убьет открывшийся по соседству Макдак?

Придет время, когда ты решишь, что все кончено.
Это и будет началом. — Луис Ламур

Белла

      — Белла, ты просто должна была сказать это мягче…

      Вот что-то не помню между нами долговых расписок…

      — Он. Меня. Вынудил, Элис, — уже спокойнее повторила я в трубку почти по слогам костерящей меня на чём свет стоит предсказательнице.

      Как вспомню его: «Белла, ты же девочка», — до сих пор глаз начинает дёргаться. Я этому Тутти куколка, что ли?

      — Милая, пойми, он был иначе воспитан… Когда он был человеком, женщины даже не участвовали в выборах… Он просто старомодный… Это нужно понять и принять…

      Простить и дать его устаревшим тараканам с полки пряник… Как, нет? В смысле — мои их все съели?!

      — А я живу по принципу «от каждого по способностям, каждому по потребностям», Элис! — рассмеялась я, пожалев голодных таракашек Каллена, и продолжила уже шёпотом. — Из чего следует, что просто повысить средний балл успеваемости провинциальной школы — для меня мало. Я хочу большего. Я хочу помочь вампирам и спасти тысячи жизней людей. Когда Эдвард осознает это? Почему, чёрт возьми, меня понимает и воспринимает серьёзно в этой семье только Карлайл? Он уж на что старомоден, но ведь еретичкой или дьявольским отродьем меня не считает!

      Святой человек.

      — Эдвард боится за тебя, Белла, — одной фразой вампирша заставила меня удивлённо остановиться позади заоравшего металлоискателя, который я случайно прошла, не заметив.

      Работник аэропорта посмотрел на меня негодующе.

      — Эм… Я перезвоню, дорогая, — пробормотала я, отключаясь и посылая работнику, проверяющему мой скромный багаж, извиняющуюся улыбку.

      Позже, сидя в самолете, который должен был отправить меня в Нью-Йорк на день рождения деда, я спокойно анализировала наш с Калленом последний разговор, за грубое начало которого у меня даже хватило спокойствия извиниться.

      Может быть, Элис и права. Мы не детские конфетки мастерим. Эксперимент опасный. Несмотря на предпринятые меры, крыса едва не укусила меня.

      Поставить себя на место Эдварда почему-то не получалось. Слишком разные характеры. Но на ум быстро пришли воспоминания о прошлой жизни.

      Я ведь тоже вела себя не совсем адекватно, узнав диагноз Лёши… Помню, как кричала, вырывая из его пальцев очередную сигарету, топтала ногами табачные пачки… Нетипично для меня. Всё же я уже не истеричная девочка, а бабушка, пусть и молодая. Но за эти порывы я даже не могла испытывать стыд. Я приказывала, просила, даже умоляла его бросить и не усугублять ещё больше своё состояние. А он смотрел на меня грустно, качал головой и насмешливо спрашивал:

      — А ты хочешь, чтобы я был бессмертным, да, жемчужинка?..

      А Эдвард? Он хочет для меня бессмертия? Здоровья… Безопасности от Вольтури, в конце концов! Что-то мне подсказывает, что Каллен и не вспоминает о угрозе, зависшей над нами дамокловым мечом. А у меня есть ненормальное желание и на ёлку влезть, и попу не ободрать, получив бессмертие, которое бы отличалось от вампирского… Просто замедлить старость, улучшить иммунитет, мне не нужна сила, скорость — обойдусь… Уже протянула бы лет до ста двадцати при должной аккуратности… Ведь именно этот средний срок в идеальных условиях может протянуть человеческое тело.

      Или после нашего разговора в начале отношений Эдвард смирился с тем, что рано или поздно наши пути разойдутся? Как он себе это представляет? Как это вообще работает в его голове? Тут я патриархальный доминантный самец-деспот и решаю, чем теперь у тебя будет голова забита, девочка, а тут «как скажешь, дорогая» и помни, «у меня лапки», что ли?

      Насмешливый голос мужа в моей голове в который раз издевательски повторил, что некоторых проще пристрелить.

      Через месяц мне официально будет восемнадцать. Ну, или неофициально шестьдесят восемь. И если у меня это не навсегда, то Эдвард застрял в возрасте семнадцатилетнего парня. Сколько лет у нас в запасе, если прекратить попытки найти вакцину сейчас?

      Да, Вольтури я могу скормить байку о генетическом совпадении носителя вируса и его потенциальной жертвы, о критерии привлекательности запаха человека… Но что случится, если Аро прикажет проверить? А вариант с «поющей» кровью ближайший всего один… Нет, я верила, что Эдвард сможет сдержаться и не убить меня, но… Зная, как вампир, несмотря на все мои теории, относится к своей сущности, ставить его в рамки, где он сам должен сделать меня такой же — бесчеловечно.

      Да и можно ли сравнивать сигареты при раке лёгких и эксперименты с вампиризмом? Курение никогда не было целью жизни Лёши и возможностью её спасти и улучшить. Однако случай с крысой доказал необходимость в соблюдении техники безопасности.

      Я была уверена, что Эдвард осознаёт, что мы в… очень щекотливом положении. Должен понимать, не маленький.

      Нам необходимо продолжить работу. Вольтури могут прийти за результатами и ответами в любой момент.

      Однако, даже оглядываясь назад, я не видела других вариантов. Не будь Лены, меня бы случайно выдал Элеазар, который иногда приезжает к Аро оказать посильную помощь своим даром. Подставлять Калленов и Денали из-за смертности меня одной? Глупо. Лучше уж так — сюрприз с повинной для Аро: смотрите, какие мы сознательные, правильные, и как преданны правящей партии… Всё понимаем, обещаем исправиться. А то, что исправление займёт годы, так то дело десятое. Главное же, что мы предупредили и стараемся!

      Я верила, что через несколько лет у нас получится разгадать загадку вируса.

      Но подстраховаться на случай плохого настроения Владыки, несчастного случая на опасном производстве, неизлечимой болезни и прочих неприятностей я была обязана. Эдвард прав, кроме меня у отца никого нет…

      Да, поездка к деду получилась не совсем праздничной. Зато к началу учебного года я успела всё, хоть и пришлось немного задержаться.