Я сделаю тебя слабой

Глава 1

Я стала неудачницей.

Никогда не была ею. Никогда не думала, что можно стать неудачницей.

Но вот я тут. Каждый день работа. Даже по выходным. Устала, вымоталась, иссякла, погасла.

Ещë пару лет назад мы с Вадимом по три, четыре раза в год ездили за границу. В Испанию, на Мальдивы, на Кипр, в Турцию. Пили вино, страстно занимались любовью и не знали никаких бед.

А теперь дом полностью на мне, быт полностью на мне, деньги полностью на мне.

Никакого секса, никакого отдыха, никакой страсти и огромная пропасть между нами.

Мало того, что дома тяжко, так ещë и на работе не легче. Босс прессовал каждый день. Кажется, он просто мстил мне за то, что я отказалась с ним идти на свидание.

Наличие у меня мужчины его никак не смущало.

И вот очередной такой день, где я всë сделала не так, где я везде накосячила, где меня надо было бы уже давно уволить.

Притом, что я всë делала так же, как и раньше. И ещë полгода назад это ни у кого не вызывало никаких вопросов.

"Женя, да ты у нас просто умница!"

— Евгения, — завалился он в опенспейс, где сидела я и мои сотрудники в подчинении, — вы там работать вообще собираетесь с вашим отделом? Где презентация? Где тексты?

— Как где, Андрей Борисович? Я вам их выслала ещë три дня назад на почту. Мы с девчонками, — я кивнула головой в сторону девочек—копирайтерови дизайнеров у меня в подчинении, — все выходные пахали, чтобы это сделать в лучшем виде.

Он замялся, взял планшет, потыкал в него и нашëл мое сообщение. Судя по его выражению лица — это он везде опоздал, всë провафлил, но виновата опять я.

— О ужас, хорошо, что я увидел это за сутки до сдачи проекта. Вы и правда считаете, что чëрно-золотой — это хороший выбор для брендинга сайта элитной недвижимости? Вы смеëтесь надо мной?

— Андрей Борисович, это было согласовано на высшем уровне. Я здесь ничего не придумала, мы пользовались брендбуком, который нам предоставили.

— Вы никогда не проявляли инициативы, Евгения. Вы могли добавить лилового и фиолетового. Акцентность. Знаете, что это такое? Лиловый и фиолетовый — цвета эксклюзивности, элитарности. Это цвет королей. Историю цвета изучали на факультете дизайна или нет? Или наврали нам в резюме?

— Андрей Борисович, я здесь почти пять лет работаю, когда я подавала резюме, я устраивалась на должность младшего дизайнера, а повышение квалификации прошла только год назад.

Я была в ярости, но ничего не могла ему противопоставить. Приходилось подавлять в себе гнев, хотя, если бы мне дали возможность, я бы емк с радостью плюнула в лицо.

— Ну понятно, не набрались ещë опыта. Ладно, в этот раз так и быть, без санкций. Но впредь, я хочу от вас больше инициативы.

На этом он хлопнул дверью и исчез из опенспейса. Но недолго я радовалась, вернулся буквально через минуту.

— Вы помните про встречу с новым клиентом?

— Сеть мебельных "Королева сна"?

— Вы у меня спрашиваете? Это вы ведëте этого клиента.

— Я просто уточнила, чтобы понимать, о чëм мы говорим.

Он наигранно вздохнул.

— Вы меня с каждым днëм расстраиваете всë больше и больше, Евгения. Где та женщина, которой не нужны были напоминания и которая сама всë делала идеально и с первого раза?

— Андрей Борисович, соблюдайте субординацию, пожалуйста.

У меня уже зубы в крошку стирались. Но я не могла ни послать его к чëрту, ни уволиться, ничего.

Потому что денег не было.

Возможностей тоже.

Новую работу искать в конце ноября — плохая идея. Никто не возьмëт под конец года. Все вакансии закрыты ещë в октябре.

А случайная компания, лишь бы только не здесь, меня тоже не интересовала.

Менять шило на мыло. Здесь плохо, пойду туда, где тоже плохо, но не так сильно плохо как здесь.

Тем более, всегда могло стать хуже. Как говорила моя мама: сиди и не чирикай, а то кошка прибежит.

И к двадцати пяти годам я хорошо уяснила этот урок.

Точнее, к двадцати шести. Сегодня у меня день рождения.

Разумеется, об этом никто не вспомнил.

— Ещë и огрызаетесь, Евгения, — помотал головой он, — какой пример вы подаëте девчонкам в вашем подчинении? Вместо того, чтобы показать, как нужно работать и достигать результатов, вы попросту бодаетесь, как овечка, — он посмотрел на часы, — Через пятнадцать минут встреча. Надеюсь, вы подготовились.

Он вышел, а я не выдержала, сжала кулаки под столом и чуть не зарычала от злости и отчаяния.

Девчонки в отделе сидели молча. Все четверо.

Меня опозорили на глазах у моих подчинëнных. Потрясающе. Что дальше? Ко мне придëт владелец компании и помочится мне на компьютер?

— Евгения Вячеславовна.

Послышался тихий голос Ани. Того самого зумера, который любил работать допоздна. В свои двадцать два года, еë навыки превосходили мои в еë возрасте. Она всë делала очень быстро и красиво.

Одна из главных умниц моего отдела.

— Да, Анют, что такое? — ласково произнесла я.

Хоть я была старше всего на четыре года, но мои девчонки мне были, как дети. Я за них была готова порвать кого угодно.

— Не слушайте вы его, он во всëм не прав.

— Да знаю я, Анют, но ничего сделать не могу.

Я собрала все папки, эскизы, наработки. Зашла быстренько в туалет, проверила макияж. Все супер, готова.

Я всегда педантично относилась к подготовке, дедлайнам и техническим требованиям.

Обвинить меня в несостоятельности, халатности и разгильдяйстве мог только Андрей Борисович. И не по объективной причине. А просто так.

Потому что я отказалась идти с ним на свидание.

Видимо, формально, он уволить меня не мог. Поэтому прикладывал все усилия, чтобы просто изжить меня из компании.

Да я бы и с радостью положила заявление. Вот только тогда мы с Вадимом оставались без денег месяца на три.

Ещë месяц минимум — поиск новой работы. При этом подушки безопасности у меня не было. Поэтому я бы заходила на новое место с чувством нужды. И поэтому могла бы согласиться на любые деньги, лишь бы не голодать.