Я сделаю тебя своей.

6.

Я сидела на крыше, рядом с Ромой, и в какой-то момент меня охватило чувство, что весь мир находится в каком-то странном покое. Мы не говорили, но это молчание было не пустым. Оно было... важным. Он смотрел вдаль, в тот момент, когда солнце постепенно скрывалось за горизонтом, и небо становилось всё темнее. Время здесь, на крыше, казалось будто замедлялось, как в каком-то другом мире, где не было шума, не было спешки, не было обязательств. Только он и я, в этот момент, под звезды.

— Знаешь, я всегда думал, что крыша — это то место, где можно почувствовать себя... свободным, — сказал он наконец, его голос был тихим и немного задумчивым, как если бы он переживал что-то неведомое.

Я не ответила, потому что слова не могли бы выразить то, что я ощущала. Это было нечто большее, чем просто присутствие. Это было ощущение того, что мы были одни, что всё вокруг не существовало. Он был рядом, и всё в мире стало тихим, уютным. Я смогла забыть обо всех своих переживаниях, о Даниэле, о сомнениях и боли.

Но этот момент, как и всё в жизни, не мог длиться вечно. Что-то поменялось в его взгляде, он повернулся ко мне, его глаза вдруг стали более серьёзными, будто он хотел сказать что-то важное, что-то, что не могло быть произнесено в шуточной или лёгкой манере.

— Вера, — его голос был мягким, почти шепотом. — Я знаю, что ты сейчас переживаешь. И я знаю, что это сложно. Но поверь мне, тебе не нужно бояться чувствовать. Ты не должна прятать это.

Я почувствовала, как в груди появляется какая-то тяжесть. Я пыталась успокоить себя, но слова Ромы касались меня так, как будто он мог видеть все мои страхи, все те части меня, которые я прятала. Он знал. И мне было страшно. Страшно, что всё это когда-то выйдет наружу, что всё будет слишком поздно.

Я отвела взгляд, но он снова подошёл ближе, и я не могла избежать этого. В его присутствии я не могла прятаться, не могла скрыться. В его глазах было что-то мягкое, но в то же время твёрдое. Он не пытался меня успокоить, он не говорил мне, что всё будет хорошо. Он просто говорил мне, что я имею право на свои чувства.

И тут, как в каком-то мгновении, когда наши взгляды встретились, он наклонился ко мне. Я почувствовала его дыхание, его близость, и сердце стало биться быстрее. Не было никакого предупреждения, не было слов, не было готовности. Это было как взрыв, который пришёл изнутри. Его губы прикоснулись к моим, и всё вокруг исчезло. Только его поцелуй, его руки, его присутствие.

Я не знала, что делать, как реагировать. В тот момент, в эту секунду, все мысли потерялись. Я не могла контролировать это, я не хотела думать. Это было настолько... живое, настолько настоящее. В его поцелуе была не только нежность, но и какая-то сила, которая всколыхнула всё внутри меня. Он не был грубым, он не был напористым. Это было просто... так, как должно было быть. Он не требовал ничего взамен, и я, несмотря на свою замкнутость и привычку к сдержанности, не могла противиться.

Когда мы оторвались друг от друга, воздух вокруг стал тяжелым. Я ощутила, как мой взгляд снова скользит к его лицу, пытаясь понять, что происходит, что это значит. Я почувствовала, как у меня на глазах появляются слёзы, но я не хотела показывать их. Я не хотела быть слабой, не хотела терять контроль. В его глазах не было ничего, что бы могло меня расстраивать. Он просто смотрел на меня, как будто что-то искал.

— Не бойся, — сказал он, его голос был мягким, но в нём не было ничего легкомысленного. — Ты не одна.

Я закрыла глаза, не зная, как реагировать, не зная, что делать с этим ощущением, которое охватывало меня целиком. Я не могла остановить его, но и не знала, что делать дальше.

И вот, я просыпаюсь.

Глаза открываются, и мир снова кажется таким знакомым и неприветливым. Я лежу в своей постели, в том самом мире, где всё ещё продолжают существовать мои страхи, мои сомнения и те воспоминания, которые я пыталась скрыть. Но, несмотря на это, я ощущаю, как с каждым вдохом мир вокруг меня начинает возвращаться в свой обычный порядок.

Сегодня выходной, и я не должна никуда торопиться. Нет уроков, нет обязательств, нет людей, от которых нужно скрываться. Я встала с постели, потянулась, ощущая, как мышцы болят после вчерашнего. Но боль эта не была неприятной. Она как-то встраивалась в меня, напоминающая о том, что я жива, что я чувствую, что я не должна прятаться.

Стыд... Стыд за вчерашнее. За то, что я позволила себе стать слабой. Я ведь не такая, не такая, как он, и не такая, как все. Он увидел меня такой, какой я могу быть, в моменты слабости. Он меня обнимал, а я просто плакала. И теперь, когда я проснулась, эта слабость вернулась ко мне с удвоенной силой. Я была не готова показывать свою уязвимость. Но он увидел её. И теперь, когда я думала об этом, мне стало стыдно. Я была глупой. Зачем я плакала? Почему я не могла быть сильной? Почему я позволила ему увидеть меня такой, какой я не хотела быть?

Но, несмотря на всё это, я не могла избавиться от ощущения, что вчерашний момент был важным. Не важно, что я чувствовала стыд, не важно, что я думала о себе. Это был момент, который я не могла стереть. Это было не просто... Это было что-то настоящее.

Тем не менее, я решила, что это был мой день. Я собрала рюкзак, поставила его в коридор, готовая к выходу. Взяла что-то потеплее, потому что на улице было холодно. Погода в это время года не баловала, но мне хотелось уйти подальше от города. Я не хотела оставаться в этих стенах, в которых было слишком много воспоминаний и мыслей. Я направилась на реку, которая находилась за несколько остановок от нашего города. Это было не так далеко, но достаточно для того, чтобы почувствовать смену обстановки.

Я сидела на холодных камнях, уставившись на реку. Вода шевелилась под ветром, беспокойно катившимися волнами. Я не знала, почему я решила прийти сюда, на это место, где раньше бывала лишь изредка. Может, это был способ отделиться от всего, что происходило внутри меня. Я закрыла глаза, пытаясь избавиться от мыслей, но они не давали мне покоя. Всё возвращалось, снова и снова.