Я съем твое сердце, Волчара

Глава 36. Альберт

Альберт

─ … Я поставил перед тобой всего одну задачу − следить за моими детьми! Всего одну, Альберт! ─ Павел Владленович повышает голос, не в силах больше контролировать свой гнев. ─ Ты с элементарным не справился. Я уже в самолете, через пять часов буду. И лично оторву тебе голову!

─ Я все понял. ─ рассматриваю свое отражение в оконном стекле. ─ Вас встретят, ждем.

Он сбрасывает звонок, а я на секунду прикрываю глаза, сжимая телефон в ладони.

Элементарное… Он видимо забыл, что его дети переняли его характер. А сын и вовсе превзошел: своенравный, упертый, непробиваемый. Остановить Серафима можно только… Да я даже не знаю чем.

Но я виноват, не отрицаю. Мои парни были рядом, держали дистанцию, как мы и договаривались с Фимой, и все произошло так быстро, что у них и мысли не появилось вмешаться. Все начиналось просто ─ разборка молодежи. Волчонок столько раз бывал в подобных ситуация, так что для него и моих парней, это обыденность его жизни.

Никто не думал, что появится нож. Еще и в руках кого.

Амелия… С@ка...

Я не знал, что они были вместе, пусть и какую-то неделю, пока отдыхали на вилле ее отца в Мексике. Ведь она та самая дочь лучшего друга Павла Валентиновича, та, с кем Волков-старший мечтает свести своего упрямого сына.

Когда ее истерика закончилась, она смогла лучше объяснить свой поступок. Хотела просто защитить своего спутника, позаимствовала нож на кухне, зная вспыльчивый характер Волкова, чтобы просто попугать, выглядеть внушительно. Бить не хотела, даже мысли такой не было, но когда Серафим взял ее за руку, то машинально и не задумываясь толкнула нож, зажатый в другой руке, вперед.

Чистая случайность, как объяснил адвокат ее тети, явившийся буквально за тридцать минут. Непредвиденные обстоятельства ─ как сказал ее отец, сразу же позвонивший Волкову-старшему. И именно ее отец сообщил о случившимся. Деталей разговора не знаю, но надеюсь Павел Владленович поделится, после того, как накажет меня.

Только толкнула хорошо, место выбрала подходящее.

Серафим потерял много крови… Слишком много.

Из скорой его сразу определили на операционный стол, и лучший хирург этого города провел операцию. Но риск для жизни все еще сохраняется, эта дура взяла грязный нож, и могла занести черт знает что. Еще и сложности во время переливания возникли, хотя эта лучшая клиника, с передовым оборудованием.

Все против нас.

Я провел здесь всю ночь, обещали, что Серафим придет в себя в течение часа, но ему потребовалось куда больше времени, чтобы отойти от анестезии. А когда открыл глаза, то показатели оказались херовыми. Состояние Серафима остается тяжелым и нестабильным. Его бледное лицо выглядит изможденным, кожа приобрела нездоровую серость, а губы кажутся бескровными. Каждый вдох дается ему с трудом, грудь поднимается медленно и едва заметно.

Врач постоянно наблюдает за мониторами, фиксируя малейшие изменения показателей организма.

Возвращаюсь в его палату и сталкиваюсь с кроваво-черным взглядом Волчонка.

─ Телефон… ─ он говорит едва слышно, но даже так улавливаю командные нотки.

Это было первым, что он сказал, придя в себя, и вот снова.

─ Я уже написал ей. Сказал, что ты уехал. Сейчас тебе не о Вале нужно думать, а восстанавливаться! ─ говорю твердо, но медленно, чтобы понял меня, ведь врач предупредил о его заторможенном состоянии. ─ Тем более, ты ведь не хочешь, чтобы она увидела тебя в таком состоянии и волновалась?

Уверен будут слезы, и много. Будет трепать себе нервы, и зачем это девчонке.

Серафим загадочно усмехается и отворачивает голову к окну, закрывая глаза.

─ Препарат подействовал, какое-то время он поспит. ─ объясняет мне врач. ─ Альберт, вам тоже не помешает отдохнуть. Серафим под постоянным присмотром, и ему нужно как можно больше отдыхать. Сейчас и ближайшие сутки из него собеседник никакой.

Прислушиваюсь к врачу. Из больницы не уеду, но мне нужен кофе и перекур. Спускаюсь в столовую на первом этаже, но не успеваю подойти к кофейной стойке, как раздаётся звонок.

─ … я ему не нянька…

Ее только не хватает сейчас для полного краха моих нервов. Говорят, все женщины ведьмы ─ и я все чаще готов в это поверить. Ведь как-то же Юля почувствовала, что с Серафимом что-то неладное. Хотя до этого ни звонка не было с подобным вопросом.

Покупаю кофе и выхожу на улицу. Погода дрянь, но не беру в беседку, предназначенную для курильщиков, а отхожу в сторону, прячась под кроной дерева. В тишине хочется подумать. Но не проходит и нескольких минут, как поступает звонок от того, кто следит за Степановой.

─ Слушаю.

─ Юлия и Филонова едут на квартиру. Сели в такси.

─ Бл@ть! ─ бросаю сигарету. ─ Понял. Выдвигаюсь.

Так вот откуда растут ноги. Вот, кто ведьма, среди этих двоих. Теперь и улыбка Серафима не кажется загадочной, похоже он пытался сказать мне: «Ты просто не знаешь Валю!».

Прыгаю в машину и по газам. Клиника ближе, чем их университет, я должен успеть первым.