Я скучаю по тебе

Глава 5

- Маш? Почему мы остановились? – негромко интересуется, Антуан.

- Послушать, что там тетя Люда вещает, - отвечаю шепотом, кивком указывая на веранду.

- Я конечно удивлен, тому, что она здесь, но все же подслушивать нехорошо. – капает на мозги, симпатяга.

- До чего ж ты правильный, проще надо быть, и люди к тебе потянутся. – откликнулась все тем же шепотом, и обратилась в слух.

А, тетя Люда, вещала басом, и похоже получала от этого удовольствие. Значит, не маленькая аудитория в беседке собралась. Жаль, за листвой не видно, кто там еще есть. Ишь, как распинается, интересно, как она выкрутится насчет внезапного выздоровления. …

- Рассказали мне тут одну историю, она на меня глубокое впечатление произвела, - басит, тетя Люда, - в общем, речь шла об одной очень красивой девушке. Девушек красивых на свете конечно много, а эта девушка, еще из очень небедного семейства происходила. Финансовое состояние в том семействе было такое, что могли они позволить себе все чего душе угодно. Хоть заводы, хоть пароходы, хоть самолеты с яхтами. Кроме, конечно, настоящей любви. Ее-то ни за какие деньги не купишь.

Стукнуло девице двадцать три годочка. И захотелось ей любви, большой и чистой. Начала она о милом принце мечтать. Голубоглазом и трепетном.

- Только не о трепетном. С ними, трепетными, проблем не оберешься, будет по делу и без дела в обморок рушиться. – долетел до ушей звонкий голос Насти Игнатовой. Так. Одну из присутствующих вычислили.

- Настька! Не перебивай, с мысли сбиваешь! – возмущается, тетя Люда.

- Все, молчу как рыба об лед.

- Рыба об лед, молчит. Ни разу не слышал подобного выражения. – бормочет, Антуан, он близко ко мне подошел, слышу его дыхание, и от этого какое – то легкое волнение подымается в груди. Доселе не испытанное. Черт, только этого мне не хватало, чтоб меня как магнитом притянуло к Лемоанну. У нас конкретная договоренность, а не зарождающиеся романтические отношения… Делаю шаг в сторону от него.

А тетя Люда, после непродолжительной паузы продолжает вещать:

- Так то, к ней конечно сватались разные женихи. Как наши, так и заграничные. Только было у нее подозрение, что жениться эти люди мечтают на богатстве родительском, то есть ищут выгоды. А сама она им до фонаря.

- Не парься, сиди в незамужних, лет до тридцати спокойно. – папенька ей говорил, - а то приведешь нам какого-нибудь проходимца. Ума у тебя еще маловато, а гормоны пляшут. А вот как тридцать лет тебе исполнится – подберем тебе жениха. Постарше на пару десятков лет, и чтобы с солидным капиталом. Объединим, так сказать, капиталы с ним. И ты к тому времени поумнеешь, и жених уже долго не протянет…

Из беседки, грянул дружный хохот.

- Люд, ну тебя и понесло, представляю, Ваньку, выдающего Маше, подобное… Жениха, тебе Маш, подберу, который долго не протянет… - слышу мамин голос, звучащий сквозь смех.

- При чем здесь Ванька? Не о Ваньке речь, а о папаше той девушки. – гудит, тетя Люда. – она то мечтала о настоящей любви.

Но Лукреция-то мечтала о настоящей любви. В двадцать три, самое время мечтать о подобном. А за престарелого жениха замуж ей не хотелось. Он поди с волосами в ушах и голос к него как у старой вороны. Да и глядишь, через десяток лет, лекарство медицина какое выдумает для продолжительности человеческой жизни. Для богатых людей такой вот полезный препарат. И будет тогда престарелый жених при ней веками вороной каркать и ушами пугать. Ой, нет.

И решила девушка отправиться на поиски истинной любви. Это молодость в ней взыграла. И максимализм еще. Хотелось ей как в книжках чтобы: любовь на всю жизнь.

Для начала она прикинулась очень бедной девушкой. Натянула на себя платье кухарки - в крупный горошек. В косу аптечную резинку вплела. И в путь двинулась, с лёгким сердцем родной особняк покинув...

- Так нашла она в результате любовь или нет? – раздается голос Таисии Зиминой. Еще одна из присутствующих, определилась.

- А вот, не скажу, потому что просила не перебивать. А если серьезно, то от души желаю, чтоб между Антуаном младшим и нашей Машей, возникла симпатия. И Маринка, со старшим Антуаном, двумя руками, за. В общем осталось, Ваньку убедить, что Лемоанн, очень даже подходит Маше в мужья.

- Теперь, пора обозначить свое присутствие. Настал мой черед, высказаться, а твоя задача поддакивать и ни чему из сказанного мной не удивляться. – шепнула, Антуану, и пошла огибать беседку.

- Понял, не дурак, - отозвался он, меня нагнав, - делаем вид, что симпатия успела возникнуть?

- Бери выше. Изображаем любовь с первого взгляда…

До входа в беседку оставалось метра полтора, еще чуть – чуть и мы предстанем перед всей честной компанией…

Останавливаюсь, резко. Хватаю за руку, Антуана, чтобы не продолжал движение.

- Что случилось? – затормозив, так же резко, спрашивает, удивленным шёпотом.

Ничего особенного. Просто, меня в последний момент осенило, что тактика, придуманная мной – в корне провальная.

- Не пойдет, любовь с первого взгляда. Могут ухватится за наши якобы романтические чувства и сами не заметим, как в ЗАГС затащат. Дело техники и на за что ни про что, окажемся окольцованными. Тем более, что твои родители поддерживают инициативу.

- В ЗАГС затащить не так просто, я являюсь гражданином Франции, поэтому нужно еще разрешение в посольстве получить, - поясняет Антуан, спокойным шепотом.

Я, усмехнулась.

- Ты явно веселую компашку недооцениваешь. Среди многочисленных друзей твоих и моих родителей, обязательно найдется тот, кто посодействует срочному получению разрешения в посольстве. Как пить дать, найдется. Нет, они конечно замечательные, в общей массе и каждый по отдельности, но если что-то взбредет хоть кому – нибудь из них в голову…

Это как игра в шахматы, где фигуры выдумывают собственные правила, короли чудят до невозможности, а ферзи ходят как хотят.
Это как возводить песчаный замок на пляже во время прилива: только ты стены возвел, как приливная волна снесла всё к чертям собачьим.
А иногда это ощущается как компьютерная игра, типа "Марио", где надо скакать с платформы на платформу, а на каждом уровне тебя поджидает очередной сюрприз… Короче. Поступаем следующим образом, исходим от обратного ранее задуманному: ты, демонстрируешь абсолютное равнодушие к моей персоне, тебе и притворяться не придется, а я, со своей стороны, изображаю устойчивую антипатию. Вплоть до неприкрытого антагонизма. Таким образом, мы пресечем попытки нас так сказать, соединить.