Я случайно приручила злодея

Глава 3

Как ни странно, я вновь выжила и даже нигде не поранилась, что было редкостной удачей. Если кто-то скажет, что я весьма удачлива – я плюну тому в рожу. В гробу я видела такую удачу, которая позволяет выживать в этом кошмаре, но выбраться из него не дает!

Леон со своей шайкой вполне мирно пообедали, честно заплатили за еду и даже расщедрились на чаевые. Потом они спокойно ушли после того, как Леон ненадолго уединился с хозяином таверны. Потому я благополучно закончила свою смену… но на всякий случай поплутала улицами, чтобы сбросить возможный хвост.

Это стало причиной того, что домой я вернулась на полтора часа позже в полностью разбитом и измученном состоянии.

Когда подошла к двери, то почувствовала чужое присутствие в темноте лестничной клетки, и, без того натянутые за весь напряженный день, нервы сдали, потому резко развернулась, ударив локтем наугад. Попала, а после толкнула неизвестного в грудь и, прижав того к стене, приставила к его горлу самодельную заточку, которую пришлось мастерить после потери моего ножа.

– С… сестра? – услышала я голос, после которого испуганно отшатнулась, отпуская свою добычу.

– Дьюк? – потребовала я ответа, присматриваясь и замечая знакомую неказистую и жалкую фигуру мальчишки, который задыхался после моего удара в грудь, сползая по стене. Меня тут же наполнили сожаление и вина. – Прости. Прости, пожалуйста. Я подумала, что это кто-то другой… – бросилась я ему на выручку, пряча заточку подальше, переживая, что могу еще сильнее испугать мальчишку. – Давай я тебе помогу, – предложила я, уже предполагая, что он откажется из обиды. Все же приложила я его знатно, полагая, что меня все же выследил Грег. А чтобы повалить его тушу, и сила нужна была соответствующей. Для тщедушного Дьюка подобный удар мог и вовсе быть фатальным.

Но парнишка лишь тряхнул головой в согласии и позволил закинуть его руку на плечо, а после завести в комнату, где я сгрузила его на мой матрас и стала обеспокоенно снимать с него рваную рубаху. Кажется, это напугало парнишку даже сильнее, чем заточка, приставленная к его горлу.

– Сестра, что ты?.. – прохрипел он.

– Я просто хочу осмотреть удар и убедиться, что ребра не сломаны, – проворчала я, не отвлекаясь от своего дела. Дьюк чуть погодя перестал сопротивляться и позволил его раздеть, а также внимательно ощупать тщедушную грудь с выпирающими ребрами и впалым животом. Весь его торс был покрыт шрамами и гематомами, застарелыми и не очень, как доказательство постоянных побоев.

Парень вздрагивал от каждого моего прикосновения, точно от боли, сколько я ни пыталась быть осторожной. – Прости. Это моя вина, – повинилась я с небольшим облегчением, когда поняла, что его кости куда крепче, чем кажется, раз выдерживают подобное из раза в раз.

– Сестра, – позвал Дьюк. – Не хмурься, – в какой-то момент перехватил он мои руки. Я ощутила, как он дрожит, и вспомнила, что парень сидит раздетый в помещении с ледяным сквозняком в зимнюю пору. – Мне уже не больно, – слабо улыбнулся он тонкими и сухими губами.

– Скорее одевайся, пока не простыл, – опомнилась я и засуетилась, натягивая на него обратно рубаху, а сверху набрасывая свое старенькое одеяло. – Я тебя не ждала, потому взяла совсем немного еды, но я все равно не голодна, так что можешь поесть сам, – заискивающе после моего серьезного промаха, улыбнулась я. – Правда, еда уже остыла… – разочарованно заметила я, вспоминая, сколько плутала, заметая следы. Еду я взяла по привычке, хотя после подобных переживаний кусок в горло не лез. Но сейчас поняла, что хорошо, раз не изменила привычке: будет чем хоть немного загладить вину. – Кстати, разве ты сегодня собирался приходить? Твои братья же сегодня дома?

Вспомнила я о том, что в качестве конспирации мы с Дьюком условились видеться только тогда, когда его родня не сможет за ним проследить. А на этой неделе к ним вернулся старший брат, который недавно устроился куда-то на работу. В отличие от остальных разгильдяев, этот был особо дотошным в отношении Дьюка, цепляясь ко всему подряд. Потому Дьюк сам сказал, что пока его брат не вернется к работе, он не станет приходить.

Думая об этом, я начала понимать, откуда на теле Дьюка столько новых синяков и ссадин. Пальцы сами собой сжались от злости, отчего сумка с едой едва не порвалась.

Пока я суетилась, Дьюк на удивление тихо подошел за спиной и обнял меня за талию. Хоть он немного окреп за месяцы нашего общения и моей заботы, все еще был заметно ниже меня, потому прижал голову к моим плечам и вздохнул:

– Сестра, что-то случилось? Когда ты не вернулась вовремя после работы, я забеспокоился.

– Что? – удивилась я, оглянувшись назад. – Ты переживал, потому что я не вернулась вовремя?

Тот молча кивнул.

Я немного помолчала, осознавая услышанное. Признаться, я о подобной возможности вообще не задумывалась: разве кого-то может волновать мое отсутствие?

Кажется, за обе мои жизни это – впервые? Нет, уверена, трактирщик заметит мое отсутствие, но лишь потому, что работать будет некому. Да и в банде Леона также следили за моим перемещением, но едва ли то была забота о моем благополучии. Потому не считается. В этой жизни родителей, которых бы тревожила моя жизнь – нет, а в прошлой… лучше бы их и не было.

Потому я сейчас чувствовала растерянность и не знала, как реагировать. В груди были странные чувства и эмоции, но я совершенно не представляла, как их охарактеризовать. Только ощутила, что сердце забилось чуть быстрее. Это и есть забота?

– Я сбежал из дома, когда брат уснул, чтобы пойти тебе навстречу, но по твоему маршруту от работы нигде не нашел. Потому решил подождать у твоей двери… – признался он, пока я все еще ощущала какую-то оторопь от новых откровений и собственных реакций.

– В… вот как? – немного заторможено кивнула я. Хоть я решила для себя, что буду заботиться о Дьюке, как о родном брате, но в глубине души понимала, что это лишь эгоистичный фарс и игра в близких людей. Как ребенок, который в детстве не наигрался в «Дочки-матери», я так же хотела хоть раз поиграть в семью с таким же сломленным ребенком, который, как и я, знал правила игры лишь приблизительно. Кажется, несмотря на установку, я не воспринимала эту игру всерьез, а потому полагала, что и Дьюк также не будет ждать от этих отношений много.