Я снова тебя придумаю, и снова в тебя влюблюсь...

Глава 4

Брось уже завидовать пичужкам,
Небо — пустоты меридиан.
Грудь открой и вырвется наружу,
Нет, уже не смерть, но океан.

Аль Квотион. Словоточие

Утро началось, словно в сказке… Вчера они прибыли достаточно поздно, и кроме ужина на побережье ничего не происходило, здесь и усталость сказывалась и то, что Лина никак не могла определиться с целью визита в этот «райский уголок». Нет, для них, чтобы не случилось во вселенной, этот город будет ИХ городом, ИХ раем, местом, которое всегда будет родным.

В прошлый раз они смеялись и фантазировали,  как под  старость лет, когда вырастут дети, они бросят всё: дом, работу, черепашек в аквариуме, сбагрив их внукам, и уедут именно в этот город, построят себе дом на берегу, с террасой на втором этаже выходящей на восток, чтобы как в ту удивительную ночь, а точнее утро… В пять часов утра пить любимый кофе с карамельным сиропом, смотреть на восходящее солнце и сине-зеленое море…

Евгений курил на балконе, наслаждаясь прекрасным утром, а Лина валялась в кровати. Накинув на себя рубашку мужа, и застегнув на пару пуговиц, девушка вышла на балкон. Солоноватый ещё не прогревшийся воздух трепал её кудри. Лина стояла рядом, наблюдая, как Женя докуривал сигарету. Они молчали.

Если бы кто-нибудь взглянул сейчас на них, то увидел счастливую пару, хоть оба так и не считали, хотя оба ли?

- Какие планы на сегодня? – спросил Евгений, нарушая их счастливое молчание.

- Думала взять билеты на экскурсию «на косу», как тогда, и может пройтись по сувенирным лавка, - без энтузиазма ответила ему жена, - Мама просила посмотреть ей какую-нибудь деревянную статуэтку.

- Хорошо, когда выходим?

- Часа через два, хочу помыть голову, да и позавтракать нужно.

­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­Площадь, набитая маленькими ларьками с сувенирами поразила её во второй раз не меньше, чем в первый. Брусчатая дорога в центре города напоминает о том, как давно основан город. Яркие вывески, гипнотизирующие глаза, зеленые деревья, и пьянящий  аромат моря.

В первую очередь они направились к месту, которое прошлый раз посещали почти каждый день: лавка с местным вином. Лина пробовала многие сорта вин, в поисках приятного её вкусовым рецепторам, но здесь оно было лучшего всего. Натурально?! Кто ж его знает.

Глупо, конечно же, искать решение проблем в алкоголе, но вряд ли кто-то станет отрицать, что бокал хорошего красного вина, может пойти на вред.

После Лина направилась к сотне ларьков со всякой всячиной… Брелки, магниты, ракушки, Евгений только успевал расплачиваться и забирать покупки у продавцов. Вру, конечно же! Он успевал самое главное – следить за выражение лица супруги, за нежными глазами, которые в моменты её счастья становились шоколадного цвета, за появлявшимися морщинками, за невероятной улыбкой, за легкостью шага.  Он всегда видел её насквозь, но почему им было так сложно?

У лавки с экскурсиями они задержались…

- Жень, на пароходе, как в прошлый раз, или на катере.

- Как хочешь, любимая, - по его щеке стекала капелька пота, доставлявшая явные неудобства, а руки были заняты той кучей покупок, совершенных ранее… Лина осторожно вытерла её носовым платком, и взяла билеты на пароход.

Вы катались когда-нибудь на пароходе? Если нет, то я расскажу: агрегат массивнее катера и естественно медленнее. Для Лины, как домоседа, это было удивительно, плыть по воде…

«В детстве дедушка брал Лину кататься на лодке по реке,  в те секунды её сердце колотилось, словно колибри в золотой клетке, она срывала  кубышки, и ей казалось, что странные водные желтые цветы – это самое прекрасное творение этого мира. Конечно, позже, её мнение сильно изменилось…

Однажды Лина проснулась, и с первым вздохом ощутила удивительный аромат. Ей почудилось, что кто-то разбил флакон  самых чудесных духов на свете, а когда она встала с кровати, то обнаружила на столике стакан с тремя белыми, как снег, кувшинками. Дедушка сказал ей, что это водные лилии…

Спустя еще много лет она полюбила красные цветы. Красные розы! Но их ей дарил только муж, как когда-то только дедушка дарил ей  белые кувшинки…»

Мотор парохода страшно ревел, что у Лины даже закралось сомнение о их морском плавании, но Евгений быстро её успокоил обычным крепким объятием.

Обычного прикосновения в его груди хватало, чтобы забыть все на свете проблемы и горести, может быть, если бы он обнимал её чаще, просто так без повода, всё стало бы в разы проще?!

Пароход пришвартовался, и туристы расползлись по острову: изведать лечебные грязи, насобирать камушков и ракушек, искупаться, да и просто поглазеть…

Собравшись же через час, в назначенное время, туристы были удивлены отсутствию капитана судна, и возможности подняться на пароход. Часики тикали, а ничего не менялось, спустя десять минут люди начали наводить панику, а через полчаса вопить. Так как рейс был последний, то бухта была пустой, не считая парохода на котором они прибыли. Кто по умнее и сообразительней, соорудили человеческий подъемник и оправили на палубу смельчака для разведывания ситуации.

Спустя минут пять он вернулся с известием об отсутствии живых, или вообще людей на судне.

Паника снова волной прокатила по массе. Спокойнейший и умнейший (ну или тогда казалось, что он умнейший) выступил с речью:

- Товарищи, - начал он, словно призрак СССР, - В любом случае, если капитан исчез, то уже в десять утра придет новый экскурсионный рейс. Нам просто нужно переждать тут ночь. Эту заметьте прекрасную тихую ночь. Я видел здесь многих курящих, сейчас соберем хворост, разожжём костер, попоем песни, и время пролетит, не заметите.