Я стала злодейкой и мне это нравится

Глава 27

По приказу герцогини Мили наблюдала за обитателями замка и каждый вечер рассказывала том, что видела и слышала. Люди были как и везде, в целом приняли ее хорошо. Высказывались о герцогине сдержанно, присматривались. Многое в замке работало как часы, но труд был тяжелый, у кого-то проще, у кого-то сложнее. Не каторга, но есть над чем работать. Где-то не хватало инструментов, где-то хорошей идеи или твердой руки. С этим Софи собиралась разобраться позже, когда лучше обживется.

Мили докладывала и о мелких несправедливостях, как с тем поваренком или наказанными служанками. Софи все записывала, обещая себе со временем навести порядки и восстановить справедливость.

Самым любопытным было поведение дворецкого и экономки по отношению к старшей горничной.

– И вот тогда она так нагло при всех сказала, мол попробуй, накажи меня, – эмоционально рассказывала Мили.

– И что миссис Эстот?

– Выгнала всех и говорила с ней наедине. Но потом Белинда оттуда вышла немного раздраженная, но наказания, как я знаю, не было. Все служанки так и сказали, мол, экономка у нее в кулаке.

– Пока ничего критичного не произошло, но все это странно и надо понять, что она имеет на экономку. Интересно, почему дворецкий не вмешивается.

– Миледи, говорят, он тоже замешан, старается избегать любого контакта с Белиндой. – Мили сделала большие глаза.

– То есть экономка одна отдувается? А дворецкий сидит, как сыч, в своем кабинете и носа не выказывает. Надо бы его вызвать. Мили, я завтра утром осмотрю свой кабинет и дам распоряжения, как его обустроить. Не в гостиную же дворецкого вызывать.

– Да, миледи. Я могу идти?

– Иди, Мили.

На следующий день Софи отправилась в деревню, в которую они заезжали с герцогом. Она снова обедала у старосты. Они с женой приветствовали ее как родную, накормили, обласкали. Софи его тоже попросила рассказать, как идут дела.

В этой деревне под названием Верхний Керван, в честь реки, что там протекала. Все было более чем хорошо. Староста управлял твердой рукой, не терпел лени и несправедливости. У каждой семьи был свой огород, скот и небольшой доход. Вдовам помогали, если они не справлялись с работой. Сирот устраивали к тем, кто может их прокормить и следили, чтобы их не обижали. Они также возделывали большие поля, принадлежащие герцогу за плату и часть урожая, и следили за стадом. Старосте помогали сыновья и зятья.

– Стефан, а ты можешь подготовить для меня отчет и идеи.

– Идеи, ваша светлость?

– Да, что бы ты хотел сделать в деревне. Может ремесло какое? Или животных разводить новых или может таланты у вас есть, которым сложно раскрыться.

– Как вы интересно говорите, миледи, – мужчина почесал бороду, – а насчет отчета, так я его управляющему отправляю. Сейчас дворецкий в замке этим занимается.

– Хорошо, – сказала Софи, – возьму у него. Стефан, твои сыновья помогают тебе с управлением, так?

– Так, миледи, и зятья тоже.

– А кто-то из них смог бы самостоятельно управлять деревней? Ну может с твоими подсказками, – мужчина откинулся на спинку кресла и посмотрел на герцогиню задумчиво.

– Я могу подумать?

– Конечно, – Софи улыбнулась ему. – Нам в любом случае нужно дождаться герцога. – мужчина кивнул.

После Софи еще немного поболтала с женой старосты. Далия снова вручила ей банку вкуснейшего варенья и вторую – с маринованными огурцами.

Софи приехала домой к ужину и поняла, что очень устала от поездок. Она объявила всем, что завтра останется дома и будет отдыхать. А потом с удовольствием устроилась в мягком глубоком кресле, читала и пила ягодный чай от тетушки Мирьи.

Герцогиня отпустила своих служанок и уже собиралась спать, когда к ней постучались.

– Миледи, простите, могу я войти, – услышала она детский голос.

– Войди, – на пороге оказался мальчик с кухни.

– Ваша светлость, я Михей, работаю на кухне. Меня к вам послала тетушка Мирья, – подросток низко поклонился и замялся.

– Здравствуй, Михей, я тебя помню. Что-то случилось с тетушкой?

– Нет, ваша светлость, на кухню пришла записка от травницы Велены, – и он передал ей сложенную вчетверо бумагу, но продолжил стоять на месте.

– Спасибо, есть еще что-то, что ты хочешь мне сказать? – решила немного подтолкнуть его Софи.

– Ваша светлость, – мальчик посмотрел на свои ноги, потянул рукав рубашки, помялся на месте, а потом решительно поднял голову и сказал. – Пожалуйста, позвольте мне работать на конюшне. Гибсон говорит, что у меня талант, я правда справлюсь, и лошади меня любят, – он выпалил все это на одном дыхании. А потом снова поник, стоял посреди комнаты, смотря на свою обувь, словно извинялся за занимаемое в пространстве место. Софи подумала, что мальчик, наверное, собрал всю свою смелость, чтобы высказаться. А это значит, что с ее приходом в нем появилась надежда на лучшее, это ее очень обрадовало. Но обнадеживать его было рано.

– Михей, посмотри на меня, – мальчик поднял глаза. – Я пока не могу тебе ничего обещать. Мне нужно дождаться герцога, но я обязательно займусь этим. Веришь?

– Верю, ваша светлость, тетушка Мирья говорит, что из вас выйдет толк, ой, – мальчик закрыл рот рукой, сделал шаг назад и посмотрел на нее с испугом.

– Я не злюсь, все хорошо, – Софи улыбнулась непосредственности подростка. Она помолчала пару секунд, а потом решилась. – Михей, я тут недавно и мне многое непонятно. Я могу задать тебе вопрос о делах в замке? – мальчик активно закивал.

– Конечно, ваша светлость, на все отвечу! – заверил он ее.

– Скажи, а какие ходят слухи о том, почему экономка и дворецкий защищают Белинду?

– Ну так… миледи, говорят, что она видела их в кабинете, мол непотребствами занимались. Ну это одни говорят. Другие, что дворецкий ворует и она в его кабинете что-то нашла. Доказательства, – последнее слово он сказал шепотом и поднял палец вверх.

– Хорошо, спасибо, Михей. Не говори никому, что я спрашивала об этом, – мальчик снова кивнул, и Софи не сомневалась, что он сдержит слово. – Можешь идти.