Я стала злодейкой любовного романа

Глава 4

Дворец Короля встречает меня благородной музыкой, приятными запахами и невероятными блюдами, которые выглядят как произведения искусства. Под потолком мерцают гроздья магических сфер, стены украшены колоннами и скульптурами, а в центре зала кружат пары.

Дамы в пышных платьях здороваются со мной, как с любимой подругой. Мужчины белоснежно улыбаются, провожая заинтересованными взглядами.

У меня разбегаются глаза. Как же красиво! Точно в сказке! На миг я даже забываю об опасности, восхищение перекрывает чувство тревоги. Но потом я выхватываю в дальней части зала тёмные силуэты людей, которые выбиваются из идеалистической картины. Я буквально кожей чувствую исходящую от них ауру опасности. Издалека лиц не разглядеть, но даже так моё сердце на миг замирает, а потом пускается вскачь.

— Это важные гости Короля, послы из Руанда — страны оборотней, — тихо говорит Деккард, замечая, куда я смотрю. Сегодня брат сопровождает меня. — Они прибыли для решения политических вопросов, — объясняет он.

— Каких?

— Этого тебе знать не нужно. Просто держись от них подальше, — придерживая за локоть, Деккард наклоняется к самому моему уху. Его голос падает до шёпота. — Если только не хочешь родить одному из этих блохастых парочку щенят.

Меня передёргивает от его слов. Брат ухмыляется.

— Не переживай, — снисходительно говорит он. — Народ Руанда человеческую расу презирает. И к местным красавицам они относятся, как к развлечению на одну ночь, не больше.

— Почему они нас недолюбливают? — я знаю ответ, но всё же спрашиваю.

— Из-за человеческой ветрености. В Руанде создают семьи на всю жизнь, а люди на это неспособны… и ты тому яркий пример, — он замолкает, глядя с многозначительной ухмылкой. Намекает на моё происхождение и измену графа? Пытается задеть? Да, будь я настоящей Викторией, точно среагировала бы на грубость, а так лишь принимаю более гордый вид. Деккард разочарованно хмыкает.

— Но ты всё-таки не прав, — холодно сообщаю я, — ведь даже среди людей оборотень может встретить истинную пару.

— Это такая редкость, что даже не стоит упоминания. И я не верю в счастье таких пар. Кто способен полюбить зверя, пусть и в облике человека?

Я снова вглядываюсь в чёрные силуэты. Взгляд, словно намагниченный, притягивается к особенно высокой фигуре… Интересно, это Алан? Прежде, чем кто-то замечает мой интерес, я, сделав усилие, отворачиваюсь. Деккард продолжает рассказывать о собравшихся на балу, указывая то на одного гостя, то на другого. Его рука покоится на моей талии, словно оберегая. Или присваивая? Так обычно делают братья? Я слушаю его в пол-уха.

“Дворец большой, людей тут много. Не так уж сложно будет избежать встречи с Аланом, да и запястье плотно укрыто”, — думаю я, вспоминая сюжет книги.

По нему Виктория всё время крутилась рядом с Руандовцами, строила им глазки и всячески заигрывала. Её красота пленяла даже оборотней, в итоге Алан пригласил Викторию на танец, а увидев появившуюся метку, утянул в сад.

Там Виктория, пьяно хихикая, стала вешаться Алану на шею, пытаться целовать. Она была сильно выпившая, а Алан не мог прийти в себя от свалившейся на него удачи. Для оборотня — огромное счастье найти истинную пару, но это же делает его уязвимым. Ведь истинным может оказаться кто угодно — хоть воровка, хоть сумасшедшая, хоть местная злодейка… Что, если пару похитят? Или начнут через неё шантажировать? Или даже попытаются ей навредить!

К слову, смерть истинного не всегда означает гибель его партнёра. Однако от подобного невозможно оправиться. Говорят, оборотень потерявший пару выглядит как мертвец, что не живёт, а доживает…

Виктория из книги обо всём этом не думала, она праздновала победу. На следующий день она всем растрепала о том, что скоро станет кронпринцессой Руанда.

— Так, ладно… мне нужно переговорить с отцом, — сообщает Деккард, замечая графа. — Веди себя прилично. Отец и так на тебя зол.

“Разве бывает иначе?” — думаю я.

Когда Деккард уходит, я какое-то время стою одна, чувствуя себя неуютно, будто потерянная лодка в море. В горле пересыхает, и я решаю добраться до напитков, а заодно хоть чем-то занять руки. Впрочем, не забываю поглядывать в сторону гостей из Руанда. Но оборотням нет дела до пристальных взглядов.

По дороге несколько мужчин зовут меня на танец, каждому я вежливо отказываю. Не только потому, что не хочу, но и попросту не умею! Позору не оберусь, если всё-таки кто-то сумеет вытащить меня на танец. Да и как объяснить, почему Виктория вдруг забыла эту науку? Наверняка все решат, что она просто издевается над бедным кавалером.

Я делаю пометку в уме, что надо обязательно нанять учителя, ведь балы в этом мире — обычное дело. И вообще, стоит подтянуть местные науки. Историю, географию. Может, даже попробовать магию?

По книге Викторию не интересовало ничего, кроме собственной внешности. Однако в одной из глав она изучала чёрную магию, чтобы через неё навредить Элизе… И если вспомнить, то у неё прекрасно получилось. Может, к магии у неё талант? Если так, то почему бы не развить его? Козырь в рукаве мне не помешает. А вот от чёрного колдовства стоит держаться подальше, хотя бы потому, что в том же Руанде лишь за его упоминание можно лишиться головы.

— О, Виктория, милая! — здоровается незнакомая низкая девушка с плоским лицом и узкими чёрными глазами. Она чем-то отдалённо напоминает хорька… такая же суетливая и вертлявая.

Кто же она? Ах, точно, это же Мина! Лучшая подруга Виктории. По книге она любила выпить и часто подстрекала Викторию ввязаться в неприятности. Позже, она познакомится с Элизой, и та поможет ей вылечить отца, поэтому Мина отвернётся от Виктории и даже расскажет Элизе о грехах бывшей подруги… "Не стоит с ней связываться", — решаю я.

— Ты сегодня красавица, как всегда! — тем временем щебечет Мина. — Почему ты одна? Где твой прелестный братишка? — приобнимая за плечи, она всучивает мне бокал вина. — На, выпей, а то совсем смурная. А что с запястьем?