Я стала злодейкой любовного романа

Глава 12

Схватив меня за плечо, Граф наклоняется к самому моему лицу, и на секунду мне кажется, что я вижу в его выцветших глазах искру безумия.

— Виктория, ты же понимаешь, что случится, если правда про твою мать выйдет наружу? Мы пропадём! Только за одно молчание нас лишат титула, если не жизни. Твоя мать, она же… Она...

— Она… — повторяю я сухими как опаленная деревяшка губами. Внутри всё сжимается от дурного предчувствия. Внезапно я вспоминаю жуткое ночное видение, слишком реальное, чтобы быть сном.

Граф опасливо оглядывается, но нас некому подслушивать. Отсюда даже острый слух оборотня не сможет уловить суть беседы.

— Если она или кто-то из их шайки снова придёт к тебе, делай, что они говорят. Не перечь! Оборотням ни слова! И магия… какого демона ты попросила учителя?!

— Хочу научиться...

— Ну, конечно! Решила меня позлить?! Ты же без пакостей и дня прожить не можешь! Хочешь, чтобы всё случилось как в прошлый раз?!

— А что случилось? — шепчу я. В голове сумбур, лицо холодеет. Я мысленно листаю страницы книги, но не нахожу ни одной подсказки.

— Небо! Не дочь, а сплошная головная боль! Просто забудь про магию, поняла?

— По почему?

— Не притворяйся дурой! — рявкает граф, его сухое лицо искажает злость. — Ты хочешь нас погубить?! Это не обсуждается! И ещё… если что интересное тут увидишь или услышишь, передавай мне. Через письма. А лучше через Деккарда.

— Услышу... что?

— Информацию, — раздражённо машет рукой отец, — про культистов, конечно. Или личное про принца блохастых… Про их внутренние распри, — он неприязненно косится на тренирующихся солдат. — Ходят голые по пояс, точно деревенский сброд, тьфу! Ты же умеешь совать нос, куда не надо... Так послужи во благо семьи. Если нароешь чего на Алана — это будет очень кстати. Козырь нам не помешает. И постарайся уж держать себя в руках, не позорь меня. Если узнаю, что вешаешься на шею кому-нибудь из оборотней, опробуешь плетей! Из дома не выпущу следующие пять лет, поняла?! Будет ещё этот молокосос учить меня, как детей воспитывать.

Граф ещё что-то говорит в таком же духе, а я стою с чувство, будто на меня выливают помои, но вместо страха, в груди растёт и крепнет злость. Вот кто виноват в несчастной судьбе Виктории. Не Алан, не Элиза… а её нерадивый отец! Неспособный подарить дочери даже каплю любви!

— Знаешь, папа… — перебиваю я его, — может, тебе стоило бы этого “молокососа” послушать? Может, тогда твоя дочь выросла бы совсем другим человеком!? И прожила бы спокойную счастливую жизнь!

— Что ты сказала? — недоумённо переспрашивает граф. — Вот ведь стервозная девка! Как говоришь с отцом?!

Я присаживаюсь в реверансе:

— Спасибо, что приехал. Я подумаю над твоими словами, папа… И сделаю так, как посчитаю нужным.

Графа буквально трясёт, он стискивает пальцы в кулаки, явно желая пустить их в дело! Но его пыл охлаждает тот факт, что мы у резиденции Алана.

Развернувшись, я придерживаю юбку и иду обратно к ожидающему меня принцу, а в голове снова и снова прокручиваю разговор с отцом, от которого на душе остался горький осадок. Граф Саблфорд позади уже забирается в карету и командует кучеру. Я не оборачиваюсь… уверена, отец не станет махать мне на прощание.

Кто моя мать? Как она связана с культистами? Почему мне нельзя заниматься магией?

Все эти вопросы я откладываю на потом, а сейчас усилием воли стираю с лица тревогу и растягиваю губы в милой улыбке.

Солдаты Алана уже вернулись к тренировкам... С громкими возгласами они размахивают тяжёлыми стальными мечами или тренируются с луками, сосредоточенно натягивая тетиву.

Будь я прежней Катей, то непременно впала бы в ступор от такого количества мужской энергии. А сейчас лишь отстранённо подмечаю их заинтересованные взгляды. Они и понятны, ведь Виктория — редкая красавица! Но не стоит забывать, если принц прикажет этим “аполлонам” меня схватить, они не дрогнут. У оборотней сильна иерархия, и тем, кто выше по званию, они подчиняются беспрекословно.

К Алану уже подошла Элиза. От меня не укрывается, как белокурая девушка то и дело поглядывает на принца, миленько порозовевшие щёки выдают её заинтересованность с головой.

— Виктория, как вы? — Она срывается с места и бежит навстречу, и вдруг спохватывается. — Ох, где мои манеры? — и торопливо кланяется.

— Не надо! Прошу, давай без формальностей, Элиза.

— Но вы же аристократка, а я… — она теряется, смущённо хлопает ресницами. — Но если вы просите…

— Очень, — уверяю я, вспоминая, что Элиза ещё не успела отыскать своих настоящих родителей. А вот когда найдёт, будет богаче многих так называемых “аристократов”.

— Я вас… тебя не поблагодарила, — смущённо говорит девушка, — за спасение. Если бы не вы. Ой… ты… Я бы пропала!

— Вот и нет. Принц бы тебя обязательно спас. Ведь спасли бы? — я поднимаю глаза на Алана, который стоит за спиной Элизы.

— Не сомневайтесь, —он чуть улыбаясь уголками губ. — Виктория, вы, наверное, проголодались? Приглашаю вас и Элизу пообедать и заодно расскажу кое-какие подробности относительно вашего здесь положения. Мне бы не хотелось оставлять недосказанность.

— Конечно, ваша светлость, — соглашаюсь я.

Вместе с Элизой мы идём вслед за принцем в столовую. По пути я снова возвращаюсь мыслями к словам отца. Зря я, наверное, грубила ему, всё-таки живу на его деньги, однако сложно простить настолько жестокое отношение к собственной дочери.

Но больше чем грубость Саблфорда, меня беспокоит тайна матери Виктории. Этот сон, что я видела ночью… был ли он игрой воображения? А ещё, вчера на меня среагировал кинжал культиста! И эти намёки отца… Очевидно, что мать злодейки связана с культистами! И ради общего блага, граф держит этот факт в секрете… Если вспомнить, то у Виктории из книги был талант к чёрной магии, получается, он передался ей по кровной линии?

Что сделает Алан, если узнает, кто моя родительница? Могла ли эта связь с культом стать ещё одним гвоздём в гроб Виктории?