Я стала злодейкой любовного романа

Глава 14

Отброшенный Аланом оборотень, скуля, поднимается на ноги и принимает боевую стойку. Но потом видит кто перед ним и испуганно втягивает голову в плечи. Его дружок лежит в траве без движения с разбитым в кровь лицом.

На Алана страшно смотреть, кажется, сейчас он разорвёт на куски любого. Он движется с пластикой дикого хищника. В три шага оказывается возле провинившегося солдата, хватает его за грудки прежде, чем тот успевает что-то сделать, а затем вколачивает кулак в чужой подбородок с такой силой, что у обычного человека череп раскололся бы надвое.

Но оборотни гораздо крепче людей.

Солдат жалобно вскрикивает, пытается оттолкнуть Алана, бесполезно ударяя его в грудь, но это не помогает. Алан остервенело замахивается, бьёт снова и снова, до отвратительного хруста, до жутких криков. В принца будто бес вселился.

Меня парализует от страха, а в памяти вспыхивает подзабытая глава из книги о событиях, что произошли через месяц, после встречи Виктории с истинным. В ней, чтобы вызвать ревность, злодейка соблазнила одного из подвыпивших солдат Алана. Застав их обнимающихся на улице, принц отреагировал точь в точь как сейчас.

В книге Алан так и не остановился, он избивал противника, пока того не покинул дух. После принц месяц ходил мрачный как адская гончая. Хочу ли я повторения истории? Правда ли эти два пьяных идиота заслужили смерть? Особенно если учесть, что алкоголь действует на оборотней куда сильнее, чем на людей. Он им тормоза срывает, туманит разум. Сомневаюсь, что солдатам вообще разрешено пить...

В книге принц знал про метку Виктории и потому среагировал столь яростно. Сейчас метка скрыта, однако не похоже, что Алан собирается отпустить солдат с миром. Он продолжает вколачивать кулаки, будто с цепи сорвался.

"Не вмешивайся, — настойчиво шепчет страх. — Слишком опасно. Просто уйди, оставь их. Сами виноваты, получат по заслугам!"

"Нет, — решаю я, стискивая кулаки. — Надо хотя бы попытаться! Но что сделать? Крикнуть?"

— Алан, перестаньте! — кричу, поднимаясь на ноги. — Остановитесь, прошу! — Голос дрожит. Принц меня не слышит. Солдат, которого он держит за грудки, уже не скулит, но ещё дышит, хоть и через силу. Принц продолжает сосредоточенно бить, словно перед ним не живое существо, а боксёрская груша.

Надо немедленно вмешаться! Или будет поздно!

И я решаюсь! Стиснув зубы, торопливо подхожу к Алану и самыми кончиками пальцев касаюсь его плеча, бормочу испуганно:

— Алан, прошу вас… остановитесь.

Он замирает, его мышцы как раскалённая сталь, горячие и твёрдые — я ощущаю это через ткань.

Моё сердце мечется, вопя об опасности. Слишком мощные волны злости расходятся от Алана. Что, если он перенаправит агрессию на меня? Что, если...

— Идите в свою комнату, Виктория, — рычит принц не оборачиваясь. — Мы поговорим позже.

— Нет, — выдавливаю я через страх. — Эти солдаты виновны, но они не заслужили… такого… Смерти. Просто немного заигрались. Уверена, они бы ничего не сделали.

— Неужели? — он разжимает кулаки, выпуская противника. Тот безвольно падает на траву.

Принц разворачивается ко мне. Лицо его пугающее, с каплями чужой крови на подбородке и щеках, но зверя он не выпустил. Клыки втянуты. Только глаза горят нечеловеческим огнём ярости:

— Тогда почему вы плачете, Виктория? — он делает ко мне шаг, я неловко пячусь.

— Испугалась, — пищу. Голос подводит.

— Но защищаете тех, кто на вас напал. С чего бы? — снова шаг вперёд. Я отступаю и упираюсь лопатками в холодный камень стены.

— Потому что не желаю им смерти.

— Неужели? — Алан смотрит сверху вниз, в его глазах бушует ярость. — А может, на самом деле, вам понравилось? Может, это вы их спровоцировали? Может, я всё неправильно понял, и вы просто развлекались?

— Нет! Да как вам наглости хватает мне такое говорить?!

Ситуация повторяется. Я снова прижата к стене, сверху завис оборотень. Но теперь я чувствую себя иначе. Меня колотит не только от страха, но и от странных, незнакомых эмоций.

Принц дышит слишком глубоко и часто, как после бега. Моё сердце тревожно тянет, ноет, чего-то просит, пульс ускоряется, шумит в ушах, и почему-то вдруг хочется протянуть к Алану руки, коснуться мужской груди, провести по крепким плечам, впитать жар и напряжение. Я пытаюсь оттолкнуть странные мысли, отгородиться от них, но это совсем непросто. Желание настолько сильное, что приходится закусить губу, чтобы сдержаться. Неужели это влияние метки? Неужели...

— Что вы тут делаете ночью? — спрашивает он на выдохе. Его тело — один напряжённый нерв, сжатая пружина.

— Гуляла… — бормочу я.

— Гуляли?

— Да… Под звёздами. Они… красивые.

Звёзды и правда прекрасны. Они отражаются в глазах Алана, будто в штормовом океане. Принц глубоко вздыхает, а потом, точно на усилии, делает шаг назад.

— Идите в комнату, Виктория, — приказывает он. — Мы поговорим позже. Сегодня. Не торопитесь ложиться спать.

— А они…

— Завтра с ними разберусь.

Ярость понемногу отпускает принца, он смотрит на меня и ждёт.

— Спасибо… Спасибо за помощь, — бормочу, прежде чем торопливо направиться к лестнице.

Хотя я не оборачиваюсь, откуда-то знаю, принц не сводит с меня взгляда.

***

Едва оказавшись в своей комнате, я прижимаюсь спиной к двери и бессильно сползаю вниз. Сердце колотится так быстро, что, кажется, сейчас выскочит из груди. Чувства вопят наперебой.

Я пытаюсь обдумать случившееся. Почему меня вообще так остро потянуло на прогулку? Точно в голову мысль вложили! Или нет? Или только кажется? Может ли сюжет меня подталкивать? Или я притягиваю факты за уши?

Должно же было так сложиться! Пьяные солдаты, принц поблизости… Вот только в книге обидчики погибли, а тут… Чтобы они сделали, если бы Алан не появился? А ведь принц обещал мне защиту! Интересно будет услышать, что он скажет в своё оправдание. Наверняка обвинит во всём меня. Заявит, что зря я вышла гулять, что спровоцировала… По сути, он уже меня обвинил!